Silver
Шрифт:
— Да, но ведь она заняла у тебя огромную сумму… — опешила я. — разве ты не для этого хочешь найти девчонку?
— Нет. Долг я могу простить, а вот если с ней что-то случится, то я буду винить себя до конца дней. — Вика вздохнула. — если это не в твоих силах, то я пойму и мы просто разойдемся словно этого разговора не было.
— Нет. — уверенно заявила я отодвинув в сторону деньги. — деньги мне не нужны. Я помогу тебе, но только один вопрос…если слухи оправдаются, то меня будут снимать?
— Если слухи оправдаются, то Дима будет покрывать расходы твоей слежки. Как только ты завершаешь танец, у тебя будет час так сказать «свободного времени». Этот час полностью займет Дима, и твоя сексуальная
— Я хочу помочь, а не заработать. Если бы ты знала, какая меня окружала скучная до этого жизнь. Сейчас я словно героиня приключенческого фильма, но только могу именно помочь, а не сыграть помощь. — я вздохнула. — глупости и звучит, как детский лепет, но ничего не могу поделать. Это бредовые мысли. Только мне нужно предупредить работодательницу, что не смогу выйти в смену и…
— Ты разве не в курсе, что уволена? — Вика опустошила свой стакан. — тебя же уволили через сутки после того инцидента, что приключился с тобой неделей ранее.
— Меня списали? Очень здорово. — я опустила руки. — чтобы не было проблем…
— Я бы могла помочь тебе потом устроиться в более прибыльный бар, но только не могу пригласить в «Белую Лошадь», ибо там цениться зрелость и порядочность, а не пускание слюней и волчий вой в сторону милых девочек, как ты. Вот стукнет за тридцать пять, то можешь напомнить мне о моих словах.
Судьба позволяет мне стать героем, и упустить такой шанс было бы моей самой глупой ошибкой. На выходе меня встретил Дима, и крепко взяв за локоть, он открыл дверь на лестницу, и целых пять этаже мы спускались пешком, где, как я поняла позже был снят его номер. Мы закрыли двери, и он усадил меня на мягкую кровать. Протянув ножки вперед, я кивнула ему на кеды, и встав на колено он начал медленно развязывать шнурки и оголяя пяточку, нежно обвивал своей мягкой ладонью кожу. Как только обувь была снята, я поставила стопы на его колено и игриво склонила голову на бок. Взгляд его исподлобья заставил мурашки россыпью бегать по спине.
— Скажи, пожалуйста, что Лина настолько плоха? — удивилась я.
— Ну, что мы подразумеваем под «плоха»? — улыбнулся Дима. — скорее наглая, и просто слишком самостоятельная. Мы встречались с ней некоторое время, но в нашей паре мужчиной хотела быть она, и все мои попытки ухаживания пресекались ее вечно недовольной гримасой.
— Чем же она знаменита? — спросила я.
— Своей надменностью. Что тебе сказала Вика? — спросил грустно улыбнувшись Дима.
— Скажи, а что ты знаешь про бар «Ма Бэккер»?
Дима поменялся в лице…
Глава 12
*Веста
«Все начинается с малого», любит говорить моя мама в самые непредсказуемые для нее ситуации не взирая на масштабы предстоящих проблем, которые могут следовать в роли последствия потенциальных действий. В каждой ситуации эта своего рода пословица ложилась на обстоятельства таким образом, словно была выдумано исключительно несколько секунд назад и именно для этой минуты временного раскола. Конечно же, я не была из суеверных, но что-то все же заставляло работать мой редкий инстинкт самосохранения. Казалось бы, что мешает мне в эту минуту повернуть назад, а лучше уехать из города прочь, чтобы следователь и ее своенравная подружка-бандитка просто меня не нашли? Наверное, привитое с детства чувство долга перед данным словом. Возьми, брось все и хотя бы на секунду подумай о своей безопасности, но нет увы, сейчас ты чувствуешь себя главной героиней, что спустя двадцать минут фильма окажется в полном дерьме, где инстинкты, буйный нрав или же остроумные шуточки просто не помогут.
Собственно говоря,
В чем отличие танцовщиц стриптиза от проституток? Я задавалась этим вопросом миллионы раз, но каждый из них был настолько провальным, что только сейчас глядя на своих новых коллег, мне хочется плакать от ужаса, что реально так себя запустить просто. Они не похожи на милых девочек-кроликов, что виляют пушистыми хвостиками, когда какой-нибудь властный парень щелкнет пальцами. Вот взять хотя бы старожилу Катю. Прокуренная тамбуром поезда, что мчит ее по наклонной жизни, где ей уже ничего не интересно. При всей своей весьма простой внешности, она не отличается ничем от среднестатистической женщины, что занимается домашней рутиной. Тусклая одним словом, а вульгарная до безобразия. Впрочем, вульгарная она настолько, что краснею от стыда даже я, хотя обычно мне все равно на ситуации подобного рода. Она много курит и гнет свою никому не нужную философию о девочках «цыпочках», что выгорают, как спички пока пляшут на радость всяким уродам.
Что же все-таки делает стриптизершу более отличимой от проститутки и существует ли какая-нибудь самая отличительная черта? С одной стороны, обе продают свое тело, но с другой стороны, стоит какому-нибудь грязному мерзавцу прикоснуться пальцем к роскошной танцовщице, и парни с мощными затылками прикоснутся к нему. Вообще, вышибалы бара обычно очень ревнивые мужчины, и самое примечательное, что иной раз они выражают свое трепетное отношение к тебе…к хрупкой танцовщице куда более признательно, чем среднестатистический муж. Конечно, шутки из серии «Стриптизерша перед сексом ломается минут десять» — избитые до нельзя. Многие мужчины, что после зажигательного шоу возвращаются белыми котятами в свою семью, где пирует мир и гармония, а так же орут пятеро детей, любят говорить, что разницы никакой, да и что стриптизерша живет на две зарплаты, но только ночью, когда перед глазами всплывают образы той, кто красиво раздевалась на сцене заставляют мужское достоинство твердеть, а в постели оказывается всего-то старая жена, что давно перестала привлекать, то тогда-то начинаешь кусать ничтожно губы.
— О чем задумалась, милашка? — облокотившись о длинный столик своими ягодицами спросил меня один из вышибал, что нежно наблюдает за мной с первого дня трудоустройства в этот бар. — о чем такой котенок думает? — его грубые пальцы нежно пощекотали мою шейку, и я игриво засмеялась.
— Если скажу, то будешь смеяться. — я вздохнула проведя широкой кисточкой по щеке растушёвывая пудру. — и почему тебя не удивляет, что стриптизерша о чем-то думает?
— А что в этом невероятного? — он вздохнул. — впрочем, я так давно за тобой наблюдаю, что не перестаю поражаться. — его ладонь небрежно потрепала кисточки в стакане. — почему ты танцуешь стриптиз, а не преподаешь в колледже?