Сильнее страха
Шрифт:
Машина резко затормозила, Сьюзи выскочила и бросилась на обочину, где ее стошнило съеденным в аэропорту сэндвичем.
Эндрю подошел и взял ее за плечи, чтобы поддержать. Когда спазмы прекратились, он усадил ее в машину и вернулся за руль.
— Мне очень стыдно, простите, — выдавила она.
— Никогда не знаешь, что они суют в этот целлофан…
— Сначала, — заговорила она еле слышно, — я просыпалась с мыслью, что это всего лишь дурной сон, что он поднялся раньше меня и я найду его в кухне… Я всегда просыпалась раньше его, но притворялась
Эндрю медленно опустил стекло и поправил зеркало, подыскивая слова.
— После больницы, — наконец заговорил он, — я целыми днями торчал у Вэлери под окнами. Часами просиживал на скамейке, уставившись на дверь ее подъезда.
— И вы ни разу не встретились?
— Нет, ведь она переехала. Мы с вами два сапога пара.
Сьюзи молчала, наблюдая, как к ним приближается набухшая снегом туча. В начале очередного виража машину занесло, Эндрю снял ногу с акселератора, но «форд» продолжал скользить. К счастью, он вскоре уткнулся в выросший на пути сугроб и остановился.
— Настоящий каток! — констатировал Эндрю и хихикнул.
— Вы что, пили?
— Самую малость, в самолете, это не считается.
— Немедленно заглушите мотор!
Видя, что Эндрю не подчиняется, Сьюзи стала колотить его по плечу и в бок. Эндрю поймал ее руки и заставил уняться.
— Шамир мертв, Вэлери ушла, мы одиноки и ничего не можем с этим поделать. Успокойтесь! Если хотите, можете сами сесть за руль, но даже кристально трезвый водитель не совладает с таким гололедом.
Сьюзи вырвалась и сердито уставилась прямо перед собой.
Эндрю осторожно тронулся с места. Порывы ветра усиливались с каждой секундой, раскачивая «форд», как утлое суденышко. Темнело, видимость все ухудшалась. Проезжая через крохотный поселок, Эндрю недоумевал, как люди могут здесь жить. Сквозь метель блеснула реклама ресторанчика сети «Дикси Ли», и он свернул на стоянку.
— На сегодня хватит, — постановил он, выключая зажигание.
Интерьер и атмосфера ресторанчика словно были перенесены сюда с картины Эдварда Хоппера. За столиками сидели всего два посетителя. Эндрю и Сьюзи устроились в стороне, за небольшой перегородкой. Официантка принесла кофе и два меню. Эндрю заказал блинчики, Сьюзи отодвинула меню, ничего не выбрав.
— Вам надо поесть.
— Я не голодна.
— Вам приходило в голову, что ваша бабушка может быть виновна?
— Нет, никогда.
— Я не утверждаю, что это так, но бессмысленно приступать к расследованию, будучи заранее в чем-то уверенным.
Сидевший у стойки водитель грузовика нагло разглядывал Сьюзи. Эндрю попытался поставить его на место суровым
— Не корчите из себя ковбоя, — сказала Сьюзи.
— Этот тип меня раздражает.
Сьюзи встала и подошла к дальнобойщику.
— Хотите к нам присоединиться? Весь день один за рулем, за едой тоже один, нужна же вам компания! — В ее тоне не было и тени иронии.
Бедняга растерялся.
— У меня одна просьба: хватит глазеть на мою грудь, моему другу это неприятно. Уверена, вашей жене это бы тоже не понравилось. — Она указала подбородком на обручальное кольцо у него на пальце.
Дальнобойщик расплатился и вышел. Сьюзи опять уселась напротив Эндрю.
— Знаете, с чем у вас, мужчин, проблема? Со словарным запасом!
— Тут через дорогу мотель, лучше переночуем там, — предложил Эндрю.
— А рядом с мотелем бар, верно? — Сьюзи повернулась к окну. — Думаете засесть там, когда я усну?
— Не исключено. Вам-то что?
— Мне — ничего. Просто противно смотреть на ваши трясущиеся руки.
Официантка поставила перед Эндрю его заказ. Он передвинул тарелку на середину стола.
— Если вы поедите, то я сегодня вечером не выпью ни капли.
Сьюзи взглянула на него, взяла вилку, разделила стопку блинов надвое и налила в тарелку кленового сиропа.
— Шрун-Лейк в тридцати милях отсюда, — сказала она. — Приедем туда — и что?
— Сам не знаю. Разберемся завтра.
Насытившись, Эндрю направился в туалет. Как только он отвернулся, Сьюзи схватила свой мобильник.
— Куда ты подевалась? Я ищу тебя уже два дня.
— Гуляю, — ответила Сьюзи.
— У тебя неприятности?
— Вы слыхали что-нибудь об острове, куда ездила время от времени моя бабушка?
Кнопф смолчал.
— Надо понимать это как «да»?
— Не вздумай туда отправиться, — выдавил Кнопф.
— Что еще вы от меня скрывали?
— Только то, что может причинить тебе вред.
— А что может причинить мне вред, Кнопф?
— Утрата иллюзий. Они были твоей колыбельной в детстве, но как тебя за это упрекать, при твоем-то одиночестве!
— Вы на что-то намекаете?
— Твоей героиней была Лилиан, ты сочиняла ее историю, слушая бредни своей матери. Мне очень жаль, Сьюзи, но Лилиан была совсем не такой, какой ты ее себе выдумала.
— Можете не ходить вокруг да около, Кнопф, я давно выросла.
— Лили обманывала твоего деда! — выпалил Кнопф.
— Он об этом знал?
— Знал, разумеется, но закрывал на это глаза. Он слишком ее любил, чтобы рискнуть ее потерять.
— Я вам не верю.
— Как хочешь. Все равно ты скоро сама откроешь правду. Полагаю, вы уже на пути к озеру.
Настала очередь Сьюзи задержать дыхание.
— Когда доберетесь до Шруна, обратитесь к хозяину магазинчика — он там один. Дальше поступайте по своему усмотрению. Позволь только дать совет, идущий от самого сердца: лучше разворачивайтесь и поезжайте обратно.