Сильнее Бога
Шрифт:
Откинув одеяло, я сел в кровати, смотря на окно. Было солнечно, что бывало довольно редко в это время, но такая погода всегда поднимала настроение. Улыбнувшись, я встал и отправился умываться. Я знал, что Ремус уже встал и что-то готовил, тихо напивая себе под нос. Моя магия всегда сообщала мне подобные вещи. Сила чувствовала все, что происходит вокруг. И мне это было, в основном, на руку. Правда, не особо спасало, как оказалось.
Спустившись вниз, я сел там же, где вчера, глядя на то, как Лунатик готовит. Он увидел, что я уже здесь, но промолчал, продолжая помешивать кашу. Это, конечно,
Я же ощущал какой-то невероятный душевный подъем от всего происходящего вокруг. Особенно мне нравилось это домашнее спокойствие и атмосфера уюта. Я улыбался, не думая ни о чем, и расслабился, отпуская силу, которая с радостью оберегала нас, и строила стены вокруг, помня, что мне нужно убежище. Так же как и Ремусу.
— Ты все еще не привык есть кашу по утрам? Сириус, видимо, по привычке, кормил тебя только беконом и омлетом?
Я широко улыбнулся, кивнув, но в душе было тревожно от воспоминаний о крестном. Я все еще не знал, на моей ли он стороне.
— А ты все еще пытаешься питаться правильно? — парировал я.
Он фыркнул, поставив передо мной тарелку, и наложив себе еду.
— Я не хочу есть постоянно мясо, так что приручаю себя к другой еде. Это сложно, но все-таки я уже могу это есть.
Я кивнул, понимая, что он все еще ненавидит себя. И здесь никакая магия не поможет. Даже такая сильная, как у меня.
— Я думаю, что тебе просто нужно расслабиться, Лунатик. Это очень помогает. Поверь.
Он кивнул, молча уставившись в тарелку.
— Я понимаю, волчонок, но это сильнее меня.
Я приступил к завтраку, обдумывая то, что все еще крутилось в моих мыслях. Проблемы принятия себя и мира всегда были остры для всех, никто не является исключением. Но Люпин слишком сильно терзался всем этим. А мне хотелось бы это исправить. Но вот в чем вопрос: Как?
========== 3 ==========
Я провел у оборотня неделю, так ничего не узнав о том, что происходит за стенами дома. Это было плохо, потому что о крестном я тоже ничего не знал. А газеты писали лишь о том, что я стал воплощением Темного Лорда и подлежу уничтожению. Это было удивительно, ведь в магическом мире казни не приветствовались. Да, существовал поцелуй Дементора, который, к моему счастью, мне не опасен, но, судя по тому, как меня описывал Ежедневный Пророк, я был слишком опасен для того, чтобы сохранить мне жизнь.
Всюду чувствовалось влияние Директора Хогвартса. Да, я знал, что покушение на его свободу будет стоить мне дорого, если тот узнает, но не ожидал, что он сможет опередить меня и не попасть в ловушку. Хотя, тут проблема в том, что меня предал близкий человек. Как и Салазара Слизерина, в свое время. История повторяется. Но поступлю я так же как и он? Но меня больше волновало то, что магический мир так слепо доверяет словам Дамблдора.
А ведь у них не было ни доказательств, ни судебного решения. Меня, как и крестного, в свое время, обвинили лишь со слов Дамблдора. Я всегда знал, что он за человек, и был в курсе его власти, но сейчас, ощущая себя в центре его паутины, понял, что я его недооценил, думая, что на моей стороне сила, о которой никому не известно. Судя по всему, не так уж я и умен, раз меня так легко обманули и предали.
Я
После этой трапезы я планировал вернуться в Тайную комнату. Сказать по правде, я не хотел рисковать и впутывать во все это Ремуса. Да, конечно он уже был в курсе всей ситуации, но для меня это мало что меняло. Я хотел, чтобы он был в безопасности, как единственный близкий для меня человек.
— Ты собираешься уходить? — спросил со вздохом оборотень, внимательно глядя на меня. Я кивнул, с легким стуком поставив чашку на стол.
— Мне нужно решить свои проблемы, Лунатик. Я не хочу провести жизнь в бегах, зная, что не просто невиновен, но еще и спустил все с рук Дамблдору. По мне, так убийцы не заслуживают существовать в этом мире.
— Я тебя понимаю, но порой бывают несчастные случаи.
Я поднял взгляд на Ремуса и заглянул в его разум. Да, я знал, что его клыки были окрашены кровью, оборотни не осознают себя во время полнолуния. И становятся полноценными волками со всем вытекающим.
— Я не о тебе. Это вообще особо то и не считается. Я имею ввиду спланированное и преднамеренное убийство. И моя семья не единственная, кто пал от его руки.
Он кивнул, и я встал из-за стола.
— Спасибо за завтрак, но мне уже пора. Я буду приходить к тебе раз в неделю, чтобы обсудить ситуацию и поговорить.
— Я буду рад, если ты меня не забудешь.
Я улыбнулся ему и тут же перенесся в Тайную Комнату Хогвартса. Я оказался перед портретом Салазара, и он стал внимательно меня осматривать.
— Не ожидал, что ты будешь отсутсвовать так долго, — протянул мой предок. Я пожал плечами, садясь на диван и вытягивая ноги.
— Он все еще предан мне. Так что я не один, — ответил я, закрыв глаза и задумавшись о будущем.
Я понимал, что мне нужно связаться со Снейпом и распланировать все свои действия, чтобы не сделать ситуацию еще хуже. Хотя, казалось бы, что хуже уже быть не может, но и я никогда не был оптимистом.
Тайная комната была очень уютной, по крайней мере, для меня. Правда, я понимал, что вкус у меня весьма специфический. На самом деле здесь было мрачно, не было окон, а вход охранял Василиск. Мало привлекательного для простого человека. Но ведь я простым никогда не был. Так что не стоит это забывать. Я открыл глаза, вновь вернув свое внимание портрету основателя Хогвартса. Он скучающе смотрел вокруг, не зная, чем себя занять. Хотя, я понимал его, ведь действительно заняться ему веками было нечем. И я теперь был самым интересным, что с ним происходило.
— Я могу позвать для тебя Декана своего факультета.
Я ошарашено взглянул Салазару в глаза. Я, конечно, мог и сам его призвать, ведь моя магия была тесно переплетена с Замком, и я мог многое. Но неожиданно было то, что портрету тоже это подвластно. Или он имел ввиду что-то другое?
— И как ты это сделаешь?
Он фыркнул, зашипев. Зашевелилась рамка портрета и из нее выползла небольшая змейка.
— Но он же не понимает язык змей.
Основатель хохотнул, с упреком посмотрев на меня.