Силиконовое сердце
Шрифт:
Татьяна недовольно фыркнула.
— Его бы энергию да в мирных целях… Насколько мне известно, его дочка может умереть с минуты на минуту. Наверное, он поймет, что чувствуем мы с Кристиной изо дня в день?
— Моя дочка уже прооперирована благодаря Диме, и опасность уже миновала, — ответил Евгений Ильич.
— О, я оказалась права, ваши денежки уже начали разбазариваться на благотворительность?! — присвистнула Таня.
— Вы отвлеклись, гражданка Коршунова. Зачем вы избавились от своего сообщника, Глеба Лютикова, — отравив его? — вернул ее к даче показаний Иванов.
— Это наши разборки! Паренек зарвался. Он случайно узнал, что мы с Кристиной не обо всех планах и заработках ставим его в известность. Как он разошелся! Кричал, что так же, как и мы, участвует в преступлениях, а женщин обольстил предостаточно! Кричал, что не знал, как люди в последнее время умирали от порошка. Короче говоря, свой гонорар он решил потратить на адвоката,
— А заодно вы избавились от Юрия и Льва Леонидовича?
— Да, конечно. Это был уже использованный материал. Мне стал не нужен муж-маразматик, я разочаровалась в его умственных способностях. Убить супруга его же изобретением не рискнула: слишком подозрительно — молодая жена, старый муж… Кристине тоже порядком надоел опекающий ее дядя, который к тому же мог о чем-нибудь догадаться.
«Прав был Дима, когда невольно спросил, не сговорились ли дамы в своих несчастьях с одинаковыми вопросами? — подумала Ева. — Они действительно сговорились избавиться от тех, кто им мешал по жизни».
— Не легче ли было попросить денег на лечение у Юрия? Он не отказал бы любимой племяннице? — спросил следователь.
— Надо знать Кристину. Ее характер очень импонирует мне. Она агрессивна и независима. Кроме того, ей нравилось заниматься тем, чем она занималась. А ее дядя — слабохарактерный тюфяк! Заподозрил свою племянницу в употреблении наркотиков, увидев у нее порошок, и прямо спросил у Кристины об этом. Смех, да и только! Стал угрожать ей, что будет каждый день приводить ее за руку в институт и встречать. Кристина возмутилась и, в порыве дикого гнева выстрелив в него, ушла из дома. Зачем Юрий, раненый, погнался за ней, не знаю. Надо же было ему врезаться в машину Евы! Злополучный день! Тогда и пересеклись наши пути. Кристина с каждым днем становилась все несноснее, мне кажется, болезнь сказывалась, прежде всего, на ее нервной системе. Она решила бросить институт, и я испугалась, что потеряю напарницу. И даже обратилась за помощью к Еве, чтобы вразумить Кристину и вернуть в институт. А в последнее время девчонку обуяла идея фикс, ей надоело обкрадывать людей, захотелось всего и сразу. В анонимном клубе зараженных СПИДом она познакомилась с болгарской девушкой Марией, которая намеревалась поступить в медицинский институт. Кристина обещала ей помочь, имея в виду дружбу со мной. В ответ Мария рассказала Кристине, что владеет информацией о сокровищах умершей королевы Болгарии Венеты Жечевой. Якобы клад зарыт где-то в ботаническом саду. Кристина поделилась известием со мной, но я ей сразу посоветовала выбросить эти сказки из головы. Я стала ревновать свою подругу к Марии, уж очень много времени они проводили вместе. Но когда узнала, что болгарка умерла от внезапного удушья, а Кристина улетела в Болгарию, то только усмехнулась. Одержимая, она хотела найти это богатство сразу! Чтобы Кристина не наделала глупостей, вместе со своим «козликом» полетела за ней. И предположить не могла, что в Болгарии соберутся и Ева, и Юрий, и липовый братец Дмитрий. Я напугала Еву тем, что Юрий зол на нее за отказ помочь племяннице. Думала, что это остановит пыл моей подруги, но я и в страшном сне не могла представить, что Ева рванет за ними в Болгарию! Предложила Кристине избавиться от наших родственников, которые при случае могут вставить нам палки в колеса, — руки с сигаретой у Татьяны заметно дрожали. — Мы обыграли ситуацию, в которой хорошо подставили и Юрия, и моего муженька. Я была уверена, что «козлик» двух слов не свяжет в свою защиту на суде. Кроме микробов и способов борьбы с ними, он мало о чем имеет представление. Я, конечно, рисковала, вонзая нож себе в грудь, да и Кристина тоже… она же на самом деле захлебнулась. Но риск того стоил. Никто и не усомнился в виновности Льва и Юрия. Подкинутый костюм, кровавые ножны и оторванная пуговица от пиджака «душителя» сделали свое дело. Потом мы избавились от Глеба, дабы тот не нарушил наши планы, тем более что денег собрали уже предостаточно и в скором времени могли осуществить свою мечту. Хотя Кристину все еще посещали мысли о кладе Жечевой. Ведь найди мы его, не пришлось бы больше промышлять нашим ремеслом и подвергаться опасности. А этот самоуверенный болван Глеб до последнего момента не подозревал, что его участь уже предрешена! — засмеялась Таня. — Ходил таким петухом, каждый день ездил на шоу демонстрировать свое мясо, желая подцепить богатую клиентку. Заигрался мальчик! По просьбе Кристины подбивал клинья и к хозяйской дочке Ольге, но у Глеба ничего не вышло, что его сильно опечалило.
— Все-таки не стоило трогать друга моего отца, — прохрипел Дима.
— А…
Следователь рассмеялся.
— Сколько веревочке ни виться… Кстати, именно Евгений Ильич заметил, что шрам на вашей груди от удара, который вы могли нанести только самостоятельно.
— Чертов патологоанатом! И сюда влез, — огрызнулась Таня. — Почему он не сдох от пьянства?
— Извините, так уж получилось, — подал голос Евгений Ильич.
— Я думала, что состав вещества, каким мы травили клиентов, никогда не будет найден, — грустно сказала Коршунова, — я, конечно, догадывалась, что муж вел какие-то записи с химическими формулами и расчетами своих экспериментов, поэтому и решила окончательно уничтожить все улики, устроив пожар на кафедре. Потом узнала, что вездесущий Евгений Ильич вынес из кабинета мужа какие-то документы. Мы не могли рисковать, вдруг бы они попали в руки специалиста.
— Мы знаем, что вы хотели учинить с Евгением Ильичом и устроить пожар в анатомичке.
— Очень жаль, что не получилось ни то ни другое. Иначе бы вы никогда не сидели здесь с таким торжествующим видом, — парировала Коршунова.
— Нашли сокровища королевы Жечевой? — усмехаясь, спросил Дмитрий.
— Конечно, нет… Я убедила Кристину выкинуть эту чушь из головы и вернуться домой. У нас уже было достаточно добра, чтобы продать его и поехать за границу. Да, я собиралась жить! Люблю жизнь и красивых мужчин! Вы, Дмитрий, мне действительно понравились! Я надеялась, что вылечусь и продолжу вкушать все прелести жизни!
— Ну, что ж… мне все ясно, — захлопнул блокнот следователь. — Увести ее. В ближайшее время надо связаться с болгарскими коллегами, а за вашей сообщницей уже выехали.
Оглушительный звонок прервал повисшее молчание. Иванов резко дернулся и подскочил к телефону. По его враз помрачневшему лицу стало понятно, что сообщение не из приятных.
— Боюсь, у меня плохие новости, — сказал следователь Еве и Диме. — По нашим сведениям, Кристина Бунеева два дня назад вылетела в Варну.
— Обратно в Болгарию? — удивленно переспросила Ева.
— Совершенно верно. Иван Костов в срочном порядке вернулся на родину, и уже сегодня от него поступило известие, что семья Кутеповых убита.
— Как?!
— Похоже, что тем же способом, что и Глеб, археолог Игорь Александрович, болгарка Мария. Мы не успели… Они все задохнулись, кроме дочери Кутеповых Ольги, ее просто не оказалось дома. Кристину задержали прямо в поместье в невменяемом состоянии, но это не наркотическое состояние. Она просто психически больна. Все время твердит о каких-то сокровищах, которые ее спасут, что семья Кутеповых незаконно присвоила себе богатство болгарской королевы. Кристина не отрицает, что убила семью Кутеповых, войдя к ним в доверие на правах соотечественницы. Скоро ее привезут на родину, и в этом деле будет поставлена точка.
Глава 21
Ботанический сад зимой представлял собой зрелище куда более печальное, нежели цветущей весной и жарким летом. Голые стволы деревьев и ветки с коричневой корой, покрытой ледяной корочкой и кое-где сохранившейся пожухлой листвой, кусты роз выглядели сейчас совсем не привлекательно. Большие кактусы напоминали карликовых уродцев, скрюченных от пронизывающего морского ветра, обдувавшего летнюю резиденцию королевы Жечевой с трех сторон. Деревянные постройки смотрелись уныло и одиноко, под раскидистыми кустами больше не играла музыка, не сидели люди за летними столиками с кружками пива. Природа в курортном местечке замерла в предвкушении нового сезона. Процессия в мокрых куртках и плащах, состоящая из Евы, Димы, его отца Леонида Ильича и Ивана Костова, направлялась по скользкой тропинке к главному зданию резиденции. Ева держала под руку Диму и думала о том, что «пути Господни неисповедимы». Ее приключения начались с поездки в Болгарию и заканчиваются снова в этой стране. Темно-серое море на горизонте сливалось с небом такого же цвета и было покрыто мелкой рябью волн, гонимых сильным ветром к берегу и с шумом бросаемых им на холодный, влажный песок, который в легкой дымке тумана тоже казался серым. Дверь им открыла Оля Кутепова, зябко кутающаяся в шерстяной плед. С недавних пор она очень изменилась, повзрослела. На бледном осунувшемся лице выделялись большие печальные глаза, равнодушно глядевшие на пришедших. Она сильно похудела, а так как и раньше отличалась изяществом, то сейчас создавалось впечатление, что ее унесет первым же сквозняком. Ольга была предупреждена и подготовлена к их приходу, поэтому слабо улыбнулась и отступила внутрь своего миниатюрного замка.