Сила Света
Шрифт:
«Помогите! Помогите!» Мысленно обратилась я к наследницам. Баба Нюра слегка покачала головой. Призраки не могли говорить, но глазами бабуля показала на черные нити, которые я теперь четко видела. Тварь окончательно присосалась ко мне.
— Настенька-а-а, — прошипела паучиха, — тебе осталось произнести «Да!» и мы станем одним целым. Наве-е-ечно-о-о. Даже после того, как сгниет твое тело, душа все равно будет мое-е-ей.
Лоб неимоверно жгло и сама я вся тряслась от пережитого. Черные нити больше не удерживали мою руку и я поняла, что могу ею управлять. Крепче сжала нож двумя руками, взглянула
— Настенька-а-а, — тварь повернула меня лицом к себе. Ее красные глаза лихорадочно блестели и в них я увидела свое испуганное лицо, измазанное в собтвенной крови.
— Ты согласна впустить меня? — запах гнили ударил в нос и я вдруг подумала, что пора паучихе убираться домой.
— Нет! — и с криком вонзила нож по самую рукоятку в левый глаз твари. Она завыла от боли, отпрянула от меня, мотая головой. Черные нити испуганно сжались, и я поняла — это мой шанс на спасение. Бросилась к единственному выходу из склепа.
На больную ногу ступать не смогла, поэтому поскакала на здоровой, но у лестницы остановилась и встав на колени поползла наверх. Торопливо перебирала руками и ногами, жуткий вой лишь подстегивал меня двигаться быстрее.
Вот она дверь! Вот она! Стукнула по железной двери, с ужасом оглядываясь назад, откуда раздавалось яростное шипение.
— Ты моя! Моя, никуда не сбежи-и-ишь.
От этих слов кровь застыла в жилах и адреналин сильнее разогнал сердце до бешеного ритма. Я принялась стучать и стучать в проклятую дверь. Шорох скребущих лап и хрип паучихи снова поверг в леденящий ужас.
— Помогите! — кричала я, разбивая кулаки в кровь. — Умоляю! Помогите!
Надежда о спасении гасла с каждой секундой, а злобное шипение твари было все ближе, как дверь неожиданно открылась и Игнатьич в плаще с капюшоном замахнулся на меня топором.
— Зарублю тварь! В Анечке я тебя терпел, а теперь терпеть не стану!
Я закричала. Отпрянула к стене и закрыла глаза. Прохладный воздух ворвался в склеп, и я вздохнула ночной свежести. Капли дождя упали на лицо. Страшно. Умирать. Как же хотелось жить. Тварь внизу жалобно завыла. А я вся сжалась, ожидая удара. Никаких мыслей не было в голове. Кто говорил, что перед смертью пролетает вся жизнь перед глазами? Все это враки. Сплошная пустота и темнота.
Игнатьич? Что же ты медлишь? Не успеешь! Паучиха уже подбиралась ко мне, и я слышала шарканье ее лап, злобное шипение. Неожиданно раздался хриплый вскрик старика и я взглянула на него. Широко распахнутые глаза Игнатьича с удивлением смотрели на меня, потом он перевел взгляд на живот, где я увидела красное, быстро расплывающееся пятно крови.
Старик зашатался, рука опустилась, и топор звонко ударился об ступеньки. Я едва успела подобрать под себя ногу, иначе осталась бы без стопы. За спиной Игнатьича показался мрачный Коля. Капюшон слетел с его головы и теперь крупные капли дождя нещадно падали на одежу и лицо, но Коля, не обращая на это внимание, обхватил Игнатьича за плечи, сверкнула молния и в руках мужчины блеснул длинный нож.
Коля осторожно опустил еще живого старика на землю и повернулся ко мне. Взгляд такой дикий, страшный. Его трясло и я видела, как он сжимал зубы от напряжения. Мокрое бледное лицо и синие губы.
Я почти выползла наружу. Сразу же промокла и перепачкалась в холодной грязи.
— К-к-коля, — затряслась от ночного дождя и не смогла вымолвить и слова. А ведь надо убираться отсюда поскорее и закрыть этот чертов склеп. Навсегда. Я протянула мужчине дрожащие руки и мысленно взмолилась о помощи, но Коля мельком взглянул на меня и замер, уставившись мне за спину, в глубину проклятого склепа. Я не стала оглядываться и так знала, кого увижу. Ненавистную тварь! Прожорливую паучиху! Мерзкого демона! Поэтому привстала на руки и буквально вытолкнула себя к ногам мужчины.
— Николай, — услышала шипение твари, — верни мне Свет. Тьма еще не остановлена.
С ужасом я обернулась назад. Паучиха стояла у двери и скалилась, показывая острые зубы. Левый глаз вытек, на его месте зияла истекающая черной кровью дыра. Тварь подобрала передние лапы с острыми жалами и ждала ответа мужчины.
— Прости, — Коля поднял меня на руки, и я крепко вцепилась разбитыми пальцами в его плечи. Дождь заливал глаза, и я не видела лица мужчины, но услышала его шепот, от которого страх, острый животный страх, прокрался до глубины сердца. — Иногда приходится совершать такие поступки, от которых самому страшно становиться…прости. Тьму удержит только Свет!
— Нет! — закричала я, когда Коля, протянул мое дрожащее тело твари, а та довольная, щелкнула языком. Я сопротивлялась изо всех сил. Кричала, царапалась, пиналась. Но что могла сделать обессиленная девушка против сильного мужчины и голодной твари.
Черные нити паучихи обездвижили мое тело, громыхнул раскатистый гром и сверкнувшая молния на мгновение осветила стены склепа, торжествующий взгляд твари и бледное лицо Николая.
— Нет! — но из горла вырвался лишь хрип. Я столько сделала, чтобы спастись и сейчас не могла поверить, что Коля закроет дверь.
— Жди, — рявкнула мужчине тварь и потащила меня в зловещую темноту. Дверь захлопнулась, и я услышала, как мужчина торопливо вешал замок. Нет, нет! Не — е — е т! Мой крик был слышен только призракам, но они не могли спасти очередную жертву паучихи. Их удел, лишь скорбно наблюдать за мучениями живого человека, а потом поддержать призрачным плечом растерянную наследницу.
ЭПИЛОГ
Прошло пять лет
Впервые я почувствовала, как тварь зашевелилась во мне зимой, а сегодня, когда на улице жаркий август, я услышала ее шипение. Паучиха просыпалась, и я знала, что скоро тварь начнет дергать меня за ниточки, поэтому необходимо было все успеть сделать, пока она окончательно не проснулась.
Прода от 17.12.2019, 12:24
Пять лет назад я не смогла вырваться из цепких лап паучихи, долго терпела ее пытки, но истязаниями тварь вытянула заветное согласие. Я плохо помнила тот момент, когда обессиленная прошептала «Да». Затем яркая вспышка в глазах и ужасная боль во всем теле, как будто по венам вместо крови побежала раскаленная лава. А когда я очнулась, то поняла, что больше не управляла своим телом. Мою душу словно заперли в высокой башне и сквозь маленькое решетчатое окошечко я наблюдала за происходящим.