Силь
Шрифт:
Грахель восторженно цокал языком, осматривая стену, пока Миралисса и Дон спешили друг навстречу другу. Шаман закончил пляску, и в сторону тоннеля полетел ряд фиолетовых шаров, расплывшихся по его поверхности и не нанесших никакого видимого урона. Удары орочьими ятаганами нанесли не больше ущерба — они тупились, но не оставляли даже царапины. Тогда Старший Шаман издал ещё один вопль ярости, что-то крикнул — и несколько орков, которые маячили за спиной у Дона, опомнились и бросились к человеку. Миралисса потянулась было к луку, но Грахель оказался проворнее — повинуясь его жесту, поперёк прохода
— Я же говорил — исчезает всё и в любом количестве, — проговорил гном.
— И куда оно девается? — машинально поинтересовался Дон, совершенно не думая о своём вопросе, а сосредоточив всё своё внимание на Миралиссе, обнимая стан любимой, глядя — и не имея возможности наглядеться в её глаза. Миралисса ласково, но непреклонно отстранилась и первым делом принялась за лечение его ран, а обстоятельный гном подробно растолковал свой ответ:
— Учитель мне как-то объяснил, но я не понял. Запомнил, но не понял. А сказал он следующее: "Они попадают в пространство большего количества измерений, чем наше, скорее всего, в чётномерное пространство, но точно утверждать не берусь". И что вы на это скажете? — ехидно прищурился гном.
— Чем больше измерений, тем лучше! — решительно ответил Дон. — Лучше всего — семь.
— Почему? — опешил гном.
— Согласно пословице: семь раз измерь, один отрежь. Народная мудрость…
Громовой хохот гнома сотряс стены тоннеля.
Девятая глава
— И что теперь? — задала Миралисса мучающий всех вопрос, когда они вышли из тоннеля и свернули за угол, так что вопли орков и стук их ятаганов по покрытию тоннеля стал немного потише. — Какие у нас планы?
— Мы… — начал было Дон, но Грахель быстро перебил его:
— Мы будем действовать по Плану "Б"! — с невероятным апломбом заявил гном.
— По Плану "Б"? — удивился Дон.
— А в чём состоит План "Б"? — с интересом спросила эльфийка.
— "Б" означает — "Бежим!", — пояснил гном. — Нам нужно выбираться из города, и как можно скорее; надеюсь, возражений нет? — поглядел гном на своих спутников, и, не дождавшись с их стороны возражений, продолжил:
— Я знаю одну тихую улочку, которая подведёт нас прямо к городской стене, и там мы сможем скрытно, незаметно для орков выбраться из города. Главное — поскорее оказаться за его пределами…
— Нет! — вдруг решительно сказал Дон.
— Дон, дружище, — вкрадчивым голосом заговорил гном. — Ты не понимаешь. Если мы останемся в городе, то орки нас будут искать, и непременно найдут. Нужно ли тебе объяснять, что тогда с нами будет?
— Грахель, дружище, — таким же вкрадчивым голосом заговорил Дон, в точности копируя интонации гнома. — Ты не понимаешь. Я не предлагаю остаться в городе — это самоубийство. Я против того, чтобы покидать город скрытно, как ты предлагаешь. Ведь в этом случае орки подумают, что мы остались в городе, и они нас будут искать. Да, они нас не найдут, но непременно найдут массу других жителей. Нужно ли тебе объяснять, что тогда с ними будет?
— Сдаюсь! — гном со смехом поднял руки вверх. — Ты меня уел, признаю!
— И
Наверное, это из-за того, что я пытаюсь лечить на ходу, и не могу сконцентрироваться, – растерянно подумала она. — Или же…
— Я предлагаю уходить шумно, с помпой, через главные ворота, перебив всех встреченных орков по дороге! — ответил Дон на её вопрос. — В этом случае орки будут уверены, что мы ушли из города, и погонятся за нами — тоже покинув город и не творя в нём бесчинств, как это у них принято.
Дон указал направление и ускорил шаг — и Грахель с Миралиссой последовали за ним, эльфийка — держа его под руку, гном — семеня чуть позади.
— А как вы считаете, надолго ли мы от них оторвались? — спросила Миралисса. — Долго ли их задержит тоннель?
— О! — гном поднял вверх большой палец. — Твой тоннель — это настоящее чудо, я никогда подобного не видел! Дон, ты понял, из чего он?
— Похоже на алмаз, — неуверенно произнёс Дон.
— А ты молодец, — гном дружески похлопал его по плечу. — Глазастый… Или догадливый? В общем, ты прав, это действительно алмаз, причём природный алмаз, а самое главное — монокристаллический!
— Алмаз?!
– мысленно ахнула Миралисса. — Так это же получается,… что я… использовала заклинание магии камня? Не может быть!
— А ты уверен? — обратилась она к гному.
— Конечно, уверен! — отрезал Грахель обиженным тоном, явно показывая, что уязвлён в самое сердце. — Да чтобы гном монокристалл с поликристаллом перепутал — да никогда в жизни! Это невозможно! Любой гном, лишь поглядев на камушек, вам точно назовёт не только тип кристаллической решётки, но и аллотропную модификацию, а также перечислит точечные группы симметрии. Для нас это так же естественно, как для эльфа, поглядев на листочек, точно определить название и возраст дерева, с которого он упал! — гном надулся и отвернулся с обиженным видом.
Хорошо ещё, что он неправильно понял мой вопрос, — с облегчением подумала эльфийка. — Если бы я усомнилась вслух, что он правильно определил тип вещества, то он бы обиделся гораздо сильнее.
— Грахель, а вот… физические характеристики кристалла гномы могут определить? — поинтересовался Дон, явно спеша погасить обиды гнома, и увлечь его беседой.
— Конечно! — оживился гном. — Любую из восьмидесяти трёх! Какая именно тебя интересует?
— Э-э-э… Прочность.
— Какая именно? — повторил вопрос гном, и, видя задумчивость на лице Дона и недоумение на лице эльфийки, пояснил: — Прочность бывает на сжатие, на растяжение, на изгиб, на кручение… Какая именно тебя интересует?
— Я по-другому задам вопрос, — сказала Миралисса. — Как разрушить этот тоннель?
— Очень просто, — пустился в разъяснения словоохотливый Грахель. — Нужно приложить давление выше критического, и все дела!
— И чему оно равно? — с неподдельным интересом задал вопрос Дон.