Сид и император
Шрифт:
«Фу-у…» Фунт плоти, пинта крови. Перед глазами некстати мелькнули воспоминания об ушастом сиде, вырывающем чужое сердце, и об аккуратно разделанном фоморе. Кажется, зря я снова поела.
— Время? — уточнила я.
— Клепсидры на одиннадцать.
Мне казалось, что прошло больше времени. Ясно. Война в Ламаре окончена, окончательно и бесповоротно. Идет зачистка города от враждебно настроенных уруков и ильвов. Думаю, император еще не раз убедится в моей правоте, если у него оставались хоть какие-то сомнения.
Теперь остается
Еще предстоит дождаться, когда кончится огненный шторм на Тропе. Придется отбить обратно Тригон, Ондерйодиск, Северную Илонию и Норэгр. Заключить временный союз с Халифатом, чтобы сообща выбить врага с горных перевалов. Гнать жалкие остатки войск противника обратно, до самого конца, не давая ни секунды роздыха. И загнать этих крыс обратно в нору. Надо дойти до Тета и покарать захватчиков. Но все это еще впереди…
Главное сражение, к счастью, завершено.
— Госпожа Мэв, я хочу… хочу… — я вдруг зевнула. — Не могли бы вы предупредить, когда вернется посланник сидов или его величество?
— Конечно, моя госпожа, — поклонилась дама.
— А сейчас я хочу немного отдохнуть.
Думаю, я это заслужила. Все эти годы, эта бесконечная дорога, эта проклятая война и бессонная ночь! Я устала. Как же я устала. Словами не передать, как.
Но и во сне мне не дали отдохнуть.
Я занималась садоводством. Такие вот дела.
Реки крови иссякли. Отгремели бои, и на полях сражений зазеленела молодая поросль. Грозовые тучи унесло ветром, и снова воссияло солнце. И радуга, двойная радуга! Красиво.
— Где-то, за радугой…
Все менялось так быстро, что я не поспевала за событиями. Земля возрождалась. Никогда прежде я не бывала в таких богатых и пышных садах, которые простирались вдаль, насколько видел глаз! Невиданные травы и цветы, деревья и кустарники, которых никогда не касался садовник, дикий виноград, лианы и вьюнки… Тут было то, что я узнала, и то, чему не имелось названия на человеческих языках. Однако этому месту чего-то не хватало.
Вдруг откуда-то пришло знание, что нужно делать.
Я выдирала траву и рыла богатую, жирную землю прямо руками, пугая дождевых червей и букашек. Потом я бросила семечко на удобренную чужой кровью почву.
— Ну, вот. Так будет правильно? — спросила я, присыпав сверху и похлопав руками.
В ответ из рыхлой земли, как в детской сказке, появился нежный и хрупкий ярко-зеленый росток. Он поднимался и тянулся, казалось, к самому солнцу, становился все выше и выше, все толще и мощнее. Сначала это молодой саженец, потом — невысокое деревце с меня ростом, а через минуту уже дерево с пышной кроной, скрывающее своей тенью все вокруг.
И оно продолжало расти!
Я отошла подальше и наблюдала за развитием событий. Неужели дорастет до небес? А дерево все тянулось ввысь. Покрытый морщинами ствол уже не обхватить руками, так он велик! Птицы свили свои
Множество почек набухло на ветках, и в один миг все дерево стало бело-розовым, покрывшись, как снегом, цветущей пеной. В воздухе разливается неземной аромат. Он кружит голову и заставляет смеяться от счастья. Сверху падает настоящий дождь из цветочных лепестков.
— Какая красота! Спасибо. О, спасибо…
Я проснулась с улыбкой и слезами на глазах. Меня не покидало ощущение, что теперь все будет правильно. Не хорошо, не счастливо, но — правильно. Именно так. И я больше не удивлялась, что вся усыпана цветами, а руки в грязи. Опять притащила в тварный мир что-то с той стороны? Что ж, бывает…
Просто вымыла руки в тазу и проверила свою догадку. В моих вещах до сих пор валялся тот самый засохший огрызок яблока из мира снов. Я потрясла семенную коробочку и обнаружила, что осталось только одно семя. Оно мягко сияло жизненной силой, так же как и лепестки на моей одежде.
— Интересно, а второе семечко для чего?
«Или для кого, Твиг». Ладно. Ладно… Лишь бы на благо.
— Госпожа, вы уже проснулись? — в огороженные гобеленами покои влетела Тилли с подносом на руках. — Не желаете подкрепиться?
— Нет, спасибо, я не голодна. Лучше скажи, как долго я спала?
— Не очень. Солнце еще не село, — ответила девушка. — Госпожа, целитель скоро подойдет. У нас много раненых, не извольте гневаться!
Странно. Значит, меня никто не лечил, пока я спала. Однако ноги меня не беспокоили. Я присела в кресло, нагнулась и размотала одну из ступней. Под присохшими кровавыми повязками — чистая, гладкая кожа.
— Тилли, не нужно целителя, — сказала я. — Лучше организуй мне кофе. И покрепче.
И снова все завертелось. Меня опять умывали, переодевали, поили, переделывали обувь, которая сваливалась с ног, и вообще не давали ни минуты покоя. Я даже была этому рада. Не хотелось думать о том, что случится сегодня вечером.
Госпожа Мэв сказала, что вечером будет суд над преступниками. Трибунал — для своих, и светский суд для цивилов. Для военных преступников и пленных приготовили нечто особенное. С учетом того, как озлоблены люди, все казни и слушания будут публичными. Это хоть немного, но успокоит толпу и смягчит горечь утраты близких.
Надеюсь, мое присутствие не потребуется. Кто я такая, чтобы решать? Это дело повелителя.
«Бедный император». Бремя власти, чтоб его… Раньше я как-то мало думала об этом.
Мэв и служанки в шесть рук подгоняли платье. Темно-красный, кровавый шелк и мелкие, почти незаметные кораллы на рукавах и вороте. Простая прямая юбка, облегающий корсаж и узкие рукава. Белоснежная полупрозрачная рубашка под горло. Каждый участок кожи скрыт, кроме лица и кистей рук. Простой узел и коралловые шпильки в волосах. Ничего лишнего. Такой они меня увидят. Хорошо. Очень хорошо.