Швед
Шрифт:
– Ржавый, какого х…я звонишь не в урочное время?
– Арман… – хриплю в трубку. – Помоги…
– Рома? Ты где? – меняется голос моего покупателя.
– Не знаю… Отследи звонок… – выдавливаю с трудом и добавляю: – И я нашёл твою покупку. Янка… Она у Шведа…
– Ни х…я себе! – бешено рычит Арман. – Ты подставить меня решил, уёбок?!
– Нет… Я не… не знал… Помоги… Расскажу всё…
– Помогу,
– Просто… помоги…
Глава 7
ЯНА
Оставшись одна, забираюсь под тёплое одеяло и гляжу в одну точку, не в состоянии больше двинуться с места.
Я стараюсь заставить свои лёгкие вдохнуть хоть немного воздуха, но мою грудь стянуло, словно стальным обручем, и я не могу дышать.
Мои глаза наполняются слезами, они стекают по моему лицу. Беззвучно плачу и чувствую себя конченной дурой.
Швед, наверное, думает про меня, что я – шлюха. Разыграла перед ним сцену. Ведь всё выглядит именно так.
Но я, правда, не специально. Глупая, случайная ошибка.
И если честно, то я заплатила за эту ошибку. Кровью. Сама виновата, что не удержала чёртову банку. И какого хера я вообще полезла за ней? Сто лет не пользовалась кремами и ещё столько же обошлась бы без них.
Касаюсь руками горячего пылающего от стыда лица. Мне было очень стыдно стоять, выпятив зад прямо перед лицом Шведа, пока он обрабатывал и зашивал мою рану.
Мне бы посмеяться над этой неловкой ситуацией, но не выходит. Да и Швед вряд ли посмеётся. Теперь точно выставит… Хотя нет… Он же сказал, что будет обрабатывать мою рану ежедневно.
Чёрт. Мне так стыдно.
Закрываю лицо руками и глухо стону, мысленно матеря себя, на чём свет стоит.
За мыслями о щекотливой ситуации, отвлекаюсь от боли в руках и под ягодицей. Ладони болят слабо, можно сказать, даже не болят.
А вот зашитая рана дёргается и реально сильно болит. Но я терплю и даже умудряюсь заснуть.
На периферии сознания слышу, что кто-то заходит в комнату, что-то спрашивает, и я
Чувствую прикосновение к щеке и… И всё.
Утром я просыпаюсь, словно меня толкнул кто-то. Резко подскакиваю, дезориентированная, в полном непонимании, где я, что произошло?
Увидев незнакомую обстановку, пугаюсь и дёргаюсь, чтобы вскочить, но запутанная в одеяло как в кокон, с грохотом сваливаюсь с кровати.
Боль тут же пронзает мою правую ногу и ягодицу.
– А-у-у-ув! – взвываю и застываю, позволяя боли утихнуть.
Тут же сознание возвращает меня в реальность, и я вспоминаю, что я в квартире Шведа – мужчины, которого я пыталась ограбить, и который накормил и приютил меня.
Выдохнула, и ощутила облегчение.
Я в безопасности. И впервые я спала на невозможно мягкой кровати. Спала без задних ног, даже сновидений не было, хотя пережила до этого немало. И боль меня не тревожила. Хорошая у него аура, значит.
Протёрла кулачками сонные глаза и, стараясь сильно не дёргать ногами, выпуталась из одеяла.
Чувствовала себя хорошо, если не обращать внимания на боль и чувство голода.
Осмотрев гостевую комнату, снова вздохнула и закуталась в одеяло.
Мне нужна одежда. Хоть какая-то. Разгуливать перед взрослым мужчиной голышом не буду. Вчерашней обнажёнки хватило. До сих пор стыдно от воспоминания, что я лежала абсолютно голая перед Шведом и позволила ему видеть мой голый зад и не только.
Боже, надеюсь, он не подумает, что я пыталась заигрывать с ним? Будто захотела «поймать его на крючок»? Что всё подстроила? Или вообще подумает, что я позволю ему что-то…
Кусая губы, крепко удерживая толстое, но удивительно лёгкое одеяло, вышла из комнаты.
На цыпочках начала красться в сторону, откуда доносились бытовые звуки.
Кто-то хозяйничал на кухне.
Хотя, почему кто-то? Олег Викторович. Его же квартира.
Добрела до кухни и застыла истуканом.
Швед что-то готовил. Или подогревал вчерашние блюда из ресторана. Не знаю. Просто, он выглядел очень… В общем, очень круто.
Мужчина он большой, сильный и что греха таить, сексуальный.
Конец ознакомительного фрагмента.