Схватка

Бир Грег

Первые признаки надвигающейся беды не заставили себя долго ждать. Шести часов не прошло, как мы выгрузили головы, а к нам уже пожаловала Янис Грейнджер, заместитель Фионы Таск-Фелдер.

Я как-то не удосужился рассказать Ро о перипетиях лунной политики, а она после отлета на Землю совершенно не следила за новостями. Между тем произошло нечто, год назад казавшееся совершенно немыслимым. Фиону Таск-Фелдер выбрали Президентом Совета Сообществ. Янис Грейнджер назначила нам встречу через секретаря Сандовальской общины, аккредитованного в Порте Инь. Я согласился, не имея ни малейшего

представления, о чем со мной собираются разговаривать. Еще бы! Попробуйте отказаться от беседы с членом Совета. Через несколько часов ее персональный шаттл приземлился на Третьей Площадке. Я принял высокого гостя в скромно обставленном, но просторном зале для официальных мероприятий, расположенном в одной из штолен фермы, рядом с административно-хозяйственными помещениями.

Грейнджер в ту пору исполнилось двадцать семь лет. Это была черноволосая женщина с евразийскими чертами лица и америдианской кожей, скроенными на заказ уже после рождения. Строгий светло-голубой костюм хорошо сочетался с белой блузкой, схваченной в сборки у шеи. В сборках, словно в калейдоскопе, сменяли одна другую белые геометрические фигуры. Янис, так же как ее босс и „сестра“ Фиона, принадлежала к общине Таск-Фелдеров.

Таск-Фелдеры обосновались на Земле в качестве лунной общины. Такой неортодоксальный подход лет пятьдесят назад поверг бы всех в изумление. Поскольку все без исключения Таск-Фелдеры принадлежали к логологистам, это означало появление единственной лунной общины, построенной на религиозных принципах. В результате община Таск-Фелдеров оказалась на отшибе и не оказывала ощутимого влияния на лунную политику — если происходящее у нас: все эти хитросплетения взаимных услуг, реверансы в сторону соседей и сотрудничество малых общин, сообща противостоящих очевидному финансовому давлению — вообще можно назвать политикой.

Логологисты вели дела осторожно, придавая значение каждой мелочи, тщательно распределяя льготы и займы между другими общинами и Советом. Они невероятно быстро проложили себе дорогу наверх и добились всеобщего признания.

— Не так давно я ознакомилась в Совете с докладом о внутриобщинных проектах, — начала Грейнджер, грациозно опустившись в кресло напротив меня. За стол я садиться не стал. За ним подписывались контракты и заключались финансовые сделки. — Поскольку вы возглавляете крупнейший из нынешних проектов Сандовальской общины, хотелось бы обсудить его с вами.

Мне и раньше приходилось слышать об этих докладах, составляемых для Совета, поначалу совершенно безобидных, являющихся одной из форм обсуждения общинами взаимовыгодной деятельности.

— Как известно, мы добились от общин-основоположников согласия консультироваться друг с другом по поводу проектов, которые могут отразиться на положении Луны внутри Триады, — продолжала Грейнджер.

Одно непонятно — почему бы ей не обратиться к синдикам нашей семьи в самом Порте Инь? Стоило ли проделывать такой долгий путь ради встречи со мной?

— Ну что ж, — сказал я, — думаю, сандовальский представитель просматривала соглашение.

— Да, просматривала. И сочла, что выполнение проекта чревато межобщинным конфликтом. Имеется в виду не ваш первоначальный

проект, а тот, который разрабатывается сейчас. Она посоветовала направить представителя Президента для разговора с вами. Я сочла дело достаточно важным, чтобы заняться им лично. — Грейнджер смотрела на меня, не отрываясь, без тени улыбки. Своей напористостью она немного напоминала Ро.

— Розалинда Сандовал заключила контракт на доставку к нам нескольких сот земных препаратов, — сказала она, чуть наклонившись вперед, не отрывая локтей от подлокотников кресла.

— Да, подписала. Кстати, она моя родная сестра.

Грейнджер удивленно заморгала. Любой член общины, созданной по принципу родства, поинтересовался бы после такого замечания здоровьем остальных ваших родственников. Но собеседнице моей было не до политесов.

— Вы собираетесь воскресить препараты? — спросила она в конце концов.

— Нет, мы рассчитываем на их ценность в будущем.

— Но если вы их не оживите, то в чем состоит их будущая ценность?

— Позвольте, это уже наша забота, — мягко возразил я.

— Члены Совета встревожены. Вы создаете прецедент, после которого нас буквально завалят препаратами по демпинговым ценам. Луне просто не по карману размещать у себя сотни тысяч покойников. Они станут черной дырой в нашем бюджете.

— Не вижу здесь никакого повода для создания прецедента. — Я все еще не мог взять в толк, куда она клонит.

— Сандовальская община — одна из самых сильных. Многие новые семьи и побочные ветви старых фамилий живут с оглядкой на вас. До нас докатились слухи, что еще две семьи подумывают, не заключить ли подобные сделки, если у вас что-то выгорит. Обе связались с Кайлететской общиной. Я уверена, что Розалинда Сандовал-Пиерс тоже пытается заключить официальный эксклюзивный контракт с Кайлететами. Вы давали ей разрешение?

Нет, разрешения я не давал. И не ожидал, что Ро проявит такую прыть. Хотя меня это нисколько не удивляло — подобный шаг казался вполне логичным.

— Подробностей мы не обсуждали. Но сандовалы заранее одобрили ее действия по реализации проекта.

Казалось, эта новость застала Грейнджер врасплох.

— И тем самым отдали приоритет общинной хартии?

— Да.

— Но почему?

Я пока не видел ни малейшего повода раскрывать семейные секреты. Инстинкт подсказывал мне, что если Грейнджер до сих пор не узнала об этом, то ей и не следует знать.

— Это деловая тайна, мадам.

Наступила неловкая пауза. Грейнджер отвела взгляд и какое-то время обдумывала мои слова. Потом снова посмотрела на меня.

— Кайлететы обратились к нам. И я подготовила заявление, в котором говорится о нежелательности подобных исследований. Члены Совета считают, что ваша деятельность приведет к падению курса лунной валюты внутри Триады. Подобная сделка оскорбляет религиозные чувства землян. Кроме того, у семи земных наций оживление трупов запрещено законом. Нам кажется, не совсем этично пользоваться создавшимся положением.

— А мы так не считаем.

— Тем не менее Совет рассматривает возможность принятия нового указа, запрещающего хранение и использование препаратов.