Схватка

Бир Грег

— Кроме шуток, — сказал он, наклоняясь вперед. — Все происходило за счет испарения и выброса тепла в пространство. В черное ночное небо. Непрерывное испарение охлаждает поднос и жидкость, температура жидкости падает, влажность практически равна нулю. В результате вода в подносе замерзает. Утром лед собирают, а к вечеру опять наполняют поднос водой. Теперь допустим, что у тебя есть достаточно земли, подносов и пещер для хранения льда. Практически кондиционер готов.

— Ты считаешь, это могло сработать?

—

Черт возьми, да, конечно же, срабатывало! Именно так получали лед задолго до появления электричества. В любом месте с сухим климатом и ясным ночным небом.

— Не забывай, большая часть воды испарялась.

Вильям покачал головой:

— Романтики в тебе ни на грош, Мики. Лучше попробуй представить, как фараону подают кувшин ледяного пива.

— Пиво… — мечтательно произнес я. — Как ты думаешь, сколько пива поместилось бы в хранилище Ро? — На маленькой лунной станции этот напиток считался роскошью.

Вильям скорчил недовольную мину.

— Я смотрел запись твоей беседы с Грейнджер. Она что, пригрозила неприятностями для Ро?

Я покачал головой.

— Не исключено, что Ро от этого только выиграет, — предположил Вильям. Он встал, потер лицо руками, а потом стал разглядывать, прищурившись, сложенные вместе большой и указательный пальцы. — Ты оказался прав, Мики. У меня там появились неожиданные эффекты, а значит, и новые проблемы. К.Л. рекомендует заново настроить дестабилизирующие насосы. На это уйдет неделя, но потом я все-таки получу нулевую температуру вещества. Подобного не случалось за время, что мы мозолим глаза Господу.

В который раз приходилось мне выслушивать все это! Порой казалось, что он настолько привык к моим поддразниваниям, что, натолкнувшись на очередное препятствие в работе, использует их вместо успокоительного.

— Нарушение третьего закона, — обронил я небрежно.

Он лишь нетерпеливо отмахнулся.

— Вильям, ты непостоянен в своих пристрастиях. Третий закон обыкновенная ловушка для ума, как звуковой барьер.

— А если это больше похоже на скорость света?

Вильям посмотрел на меня ехидно, прищурившись:

— Денежки-то в любом случае выложил ты! Так что если я дурак, то ты дурак в квадрате.

— На твоем месте я не счел бы такой аргумент очень ободряющим, хмыкнул я. — Кое-что я знаю наверняка, потому что привык трезво смотреть на вещи. Помести меня под ясным земным небом, и мозги мои просто замерзнут.

— Да ты гораздо умнее, чем требуется, — рассмеялся Вильям. — Нарушение третьего закона термодинамики — подумаешь, важность! Это подсадная утка, Мики, ожидающая, пока ее подстрелят.

— Что-то долго она засиделась на месте, хотя охотников всегда находилось достаточно. Ты сам палишь мимо цели уже третий год.

— А все потому, что у нас не было мыслителя К.Л. и дестабилизирующих

насосов, — сказал Вильям, вглядываясь в темноту через маленькое оконце. От шахтерских лампочек арбайтеров, ведущих монтажные работы во Впадине, лицо его озарялось оранжевым светом.

— От этих насосов меня в дрожь бросает, — признался я уже не в первый раз.

Вильям пропустил мои слова мимо ушей. Повернувшись ко мне, он вдруг произнес с серьезным видом:

— Если Совету вздумается остановить Ро, будем биться с ними до последнего. Пустим в ход все, что под руку попадется. Я не сандовал по происхождению, но считаю, что община просто обязана за нее постоять.

— Вряд ли дело зайдет далеко, — успокоил я Вильяма. — Вся эта муть, именуемая политикой, яйца выеденного не стоит.

— Скажи им, что с нас довольно чертовой политики, — мягко сказал Вильям, присоединившись к голосу большинства лунных граждан, спаянных между собой крепкими узами, но при этом дорожащих собственной индивидуальностью. „Довольно политики!“ — как часто приходилось мне слышать эту фразу. — Это проект Ро. Если я… если мы позволили ей использовать Ледяную Впадину, то кому какое дело? Что вообще творится с Луной, черт возьми!.. Ты веришь во все, что слышал о логологистах?

— Не знаю. Но наверняка они считают себя не такими, как ты или я. — Я подошел в окну и встал рядом с Вильямом. — Спасибо тебе.

— За что? — удивился Вильям.

— За то, что ты позволил Ро делать то, что она хочет.

— Ро еще более чокнутая, чем я, — вздохнул Вильям. — Она говорит, ты вначале тоже был не в восторге.

— Приятного в этом мало, — признал я.

— И все-таки ты заинтересовался.

— Да.

— И особенно после беседы с заместителем Таск-Фелдер.

Я кивнул.

Вильям рассеянно постучал по толстому оконному стеклу.

— Мики, Ро всегда находилась под защитой Сандовалов, потому что жила на Луне. И Луна, с ее свободным духом и маленьким населением, с массой возможностей для молодых людей проявить себя, всегда вдохновляла ее на смелые поступки. Она чуточку наивна.

— Как и все мы, — добавил я.

— Ты — возможно. Я-то хлебнул в своей жизни.

Я посмотрел на него оценивающе, чуть склонив голову набок.

— Смотря что ты подразумеваешь под наивностью. Если ты думаешь, что она ничего не смыслит в драках, то сильно ошибаешься.

— Она знает все это теоретически, — объяснил Вильям. — Учитывая ее порывистость, большего ей и не требуется, пока не пришлось ввязаться в грязную драку.

— А ты считаешь, что нас ожидает грязная драка?

— Я никак не могу взять в толк, что происходит. „Четыреста мертвых голов“ — конечно, звучит отвратительно, но ведь они совершенно неопасны. На Земле их терпели целое столетие…