Штрих-код
Шрифт:
Олег хрипло дышал рядом. Егор ожил, бросился к товарищу, помогая ему сесть.
– Ростислав Сергеевич, – голос Дарины дрожал так, словно она была готова разрыдаться. – То есть, что же это… Олега хотели убить за сожженный портрет? За тряпку с краской?!
На всех лицах, смотревших на Ростислава, сейчас не было ничего, кроме боли и гнева – и он так устал, что даже не мог обрадоваться тому, что ему наконец-то поверили.
– Да, – кивнул Ростислав. – Да, за сожженный портрет. Теперь вы видите, кто именно вами правит?
Только сейчас он смог перевести
***
– Документы передадите куратору. Запрос в ваш университет уже отправлен, ведомости и выписку по сданным предметам нам пришлют.
Ростислав не знал, сколько лет Анне Петровне – может, двести. Во всяком случае, о своем романе с Троцким она рассказывала не раз. Но комендант общежития меньше всего была похожа на сказочную Бабу-Ягу – просто ухоженная немолодая женщина, которая все и обо всех знает.
Вот и сейчас они шли в сторону хранилища, и комендант рассказывала Кате о том, о чем, собственно, должен был говорить Ростислав. Он был рад, что Анна Петровна хотела поболтать: ему хотелось помолчать. Удержать в себе чувство завершенности и исцеления.
Румянец на щеках Кати был таким, словно она заболела. Иногда она дотрагивалась до живота в том месте, где лежала рука Ростислава, и румянец становился еще ярче.
– Кстати, как так получилось, что вам не прислали приглашение? – поинтересовалась комендант, и Катя пожала плечами.
– Не знаю, – честно сказала она. – Все так быстро завертелось…
Анна Петровна бросила колючий взгляд в сторону Ростислава. Тот кивнул.
– В общем, смотрите, – комендант с грохотом открыла дверь склада и вошла в царство перин и простыней. – Все просто. В некоторых людях просыпаются магические способности. Как только их опознает сканер штрих-кода, то информация об этом приходит к нам в ректорат, к Илье Владимировичу и, скажем так, нашим контролерам среди людей. Вспыхивает огонек на карте, вы сами увидите, еще будет случай. Все маги должны пройти регистрацию, потому что она помогает удерживать их силы, которые они не всегда могут контролировать.
Выбрав для Кати комплект постельного белья в цветочек и тощую подушку, комендант пошла к большому шкафу с посудой. Катя потянулась за ней.
– А потом?
– Магу сразу отправляется сообщение во всех мессенджерах и по привязанной к штрих-коду почте, – Анна Петровна со вздохом нагнулась к нижней полке и вынула коробку, в которой что-то позвякивало. Посуда для той, которая появилась в общаге без вещей. – Школьников и студентов приглашают приехать в колледж для учебы, остальным – просто пройти регистрацию. При желании для них есть курсы, они учатся самым основным заклинаниям.
Она выпрямилась, протянула Кате коробку и добавила:
– Потому что магов без регистрации убивают. Они опасны и для себя, и для людей.И я очень удивлена, что вы не получили приглашения.
Во взгляде Кати заплескался ужас.
– Да, – кивнула она. – За мной пришли… – Катя сделала паузу, словно рот отказывался говорить. – Гнилые гончие.
Анна Петровна вопросительно изогнула левую бровь – она действительно была удивлена.
– Это невозможно, милочка моя, – с улыбкой заметила комендант. Когда она кого-то называла милочкой, это был дурной знак. – Илья Владимирович не может быть рядом с гнилыми гончими. Вам показалось от страха. Гнилые гончие – это твари на службе людей, а не магов.
В тоне Анны Петровны звякнул металл. Очень может быть, что она спала не только с Троцким, но и с Выгоцким. Ростислав быстро поднес указательный палец к губам: молчи. Катя не стала спорить.
– Может быть, – согласилась она и призналась: – Я так испугалась…
– Ну, немудрено, – ободряюще улыбнулась комендант и дружески погладила Катю по плечу. – Гнилые гончие и не таких пугали. Ладно, идите, устраивайтесь. Дариша Волянчак хорошая девочка, вы поладите.
Катя кивнула и подалась к выходу. Когда она вышла в коридор, Анна Петровна ткнула Ростислава указательным пальцем в бок.
– Рос, проснись. Земля вызывает Роса, прием, прием.
– Я не сплю, – сказал Ростислав. Комендант выразительно завела глаза к гудящей и мигающей лампе под потолком. – Задумался.
Анна Петровна понимающе кивнула.
– Ты видишь, что с ней? – спросила она. Ростислав пожал плечами.
– А что с ней? – ответил он вопросом на вопрос.
– Она же мертвая, – ответила Анна Петровна. – Ты что, действительно не увидел?
Ростислав нахмурился. Да не была она мертвой, эта перепуганная до смерти девчонка, его идеальный фамильяр. Мертвые так не трясутся, когда к ним прикасаешься. Впрочем, это, конечно, многое объясняло.
– Поэтому она и не получила приглашения, – задумчиво проговорил Ростислав и с силой сжал переносицу. Надо было прийти в себя. Анна Петровна кивнула.
– Вот именно. Будь с ней осторожен, Рос. Пожалуйста, вот от души тебя прошу.
– Буду, – глухо согласился Ростислав и спросил: – У вас зеркало открыто?
Комендант указала куда-то за его спину. Ростислав обернулся: старое потемневшее зеркало на стене плескалось голубыми волнами. Можно было идти.
– Выгоцкий сейчас почти задушил Олега Кравченко, – негромко сообщил Ростислав, шагнув к зеркалу. Анна Петровна невозмутимо пожала плечами.
– Будет думать, что можно поджигать, а что не стоит, – равнодушно ответила она.
Ростислав не стал ее переубеждать.
Вынырнув в старой комнате Кати, Ростислав какое-то время стоял, привалившись к стене и выравнивая дыхание. Откуда-то снизу доносилось кваканье сирен скорой помощи – гнилые гончие не ушли без обеда. Повезло тем студентам, которые решили приехать в общагу завтра.
Он посмотрел по сторонам. Чистенько и убого. Двери в комнате не было – ее выворотили из стены вместе с коробкой. Ростислав прошел к окну, выглянул во двор и увидел несколько полицейских машин. В белый микроавтобус скорой помощи грузили носилки с чем-то черно-красным. Несколько блестящих мешков лежали прямо на земле – там уже помогать было некому.