Шторм

Эмиль

мень, и темная вода скроет останки барка и его моряков, но

Кинг вновь доказал, что он отличный рулевой. Быстрый пово-

рот штурвала – и барк благополучно прошел мимо страшных

камней. Едва лишь он миновал мыс, как Кинг вновь завертел

штурвал, и судно, круто накренившись, пошло другим курсом, но волны сносили его в сторону причала, и тогда, повинуясь

знаку, поданному Скарроу, пришла в движение носовая ко-

манда. Бешено завертелись кабестаны, выпуская

футы троса, и тяжелый якорь, подняв мириады брызг, исчез в морской пу-

чине, чтобы лечь на дно и держать на месте плясавший на

волнах барк.

На палубе грянуло громогласное «ура». Промокшие и

уставшие, но счастливые и довольные, моряки празднова-

ли очередную победу над свирепой стихией. И пусть еще

воет холодный ветер, бьют в борта разъяренные волны –

самое трудное позади. Прикрытые высоким каменным мо-

нолитом, моряки могли отдохнуть и заняться своими дела-

ми, ожидая окончания шторма.

Капитан порывисто обнял штурмана.

– Джон, я не забуду этой ночи и того, что вы сделали.

7

Эмиль Новер

Скарроу с трудом освободился из горячих объятий.

– Мелочи жизни, сэр, лучше прикажите, чтобы был от-

дан и второй якорь. Если не будем стоять на двух, может

сорвать, и вс труды пойдут насмарку.

– Не беспокойся, Джон, я немедленно пошлю людей!

И капитан отправился, чтобы выполнить сказанное

штурманом.

Скарроу оперся о планшир, хоть барк довольно сильно

кренило, и бросил взгляд на силуэты домов, хаотично раз-

бросанных по всему берегу. Это был родной город англи-

чанина, на берегу этой бухты, прошло его детство, а гряз-

ные улочки помнили легкую поступь детских ног. Здесь он

впервые почувствовал вкус к бесконечным морским скита-

ниям, именно отсюда он вышел в свое первое плавание.

Давно уже прошла пора романтических мечтаний юности и

на смену им пришла зрелая мудрость прожитых лет, но на-

веки осталась любовь к морю, его просторам.

Да, давно не был здесь Джон Скарроу, но желания по-

скорее оказаться на берегу, он не испытывал. Уходя, моряк

не жаждал вновь ступить на эту землю. Может, так было

потому, что, кроме могил матери и отца, здесь его ничто не

держало, а может, и оттого, что, родившись на ирландской

земле, он чувствовал себя англичанином. Кто знает?

Джона тронули за руку, он обернулся и увидел перед

собой молодого моряка.

Капитан велел передать вам, сэр, что вы и ваша вах-

та могут отдыхать, – перекрикивая ветер, сообщил

он.

Скарроу слабо улыбнулся. Сейчас, когда можно было

расслабиться, он почувствовал, как сильно устал. Приказав

сменить рулевого, Джон ушел с кормы.

Матрос подошел к штурвалу, взялся за спицы и бросил

Кингу:

Иди, отдохни! Капитан разрешил!

Смена была как нельзя кстати. Передавая управление, Сэлвор предупредил:

Внимательно следи за бушпритом – ветер еще не ос-

лабел!

Ладно! – весело сказал матрос. – Не маленький!

8

Капитан «Дьявол»

Верно, – произнес Сэлвор. И неприязненно добавил: –

Сопля зеленая!

Ирландец не терпел самодовольных хвастунов.

Сойдя с трапа, он увидел Джона. Встав спиной к ветру и

держась за стойки релингов, ограждавших трап, он жадно

втягивал табачный дым. Сэлвор подошел к нему и задал

вопрос, но Джон не расслышал его и Кинг повторил громче:

В город пойдешь?

Скарроу отрицательно покачал головой.

Тогда сделай так, чтобы и Майкил не пошел. Загрузи

его работой или сделай еще что-нибудь, но необходимо его

оставить на судне.

Штурман чуть не поперхнулся дымом:

Это еще зачем?

Мне он не нравится!

Просьба Сэлвора сильно удивила Скарроу. Майкил

Свирт считался хорошим матросом, и с рулевым барка его

связывали товарищеские отношения, Кинг неизменно вы-

сказывался о нем в доброжелательном духе – и вдруг такая

просьба! Скарроу попытался выяснить е мотивы, но Кинг

не захотел разговаривать на эту тему, бросил «Пошли

спать!», и ушел.

К утру шторм стих. Словно по мановению волшебной па-

лочки, исчезли мрачные черные тучи, в разрывах белых обла-

ков выглядывало ласковое, теплое солнце. Заливая вс ок-

рест себя ярким светом, оно отражалось в стеклах домов, ро-

се листьев, зеленоватой воде бухты. Солнечные блики, играя

с зыбью, поднимаемой легкими порывами ветра, то вспыхи-

вали яркими огоньками, то ослепительными зайчиками колы-

хались на воде, ласково и мирно лизавшей лениво покачи-

вающиеся суда, обросшее водорослями каменное тело при-

стани. В это тихое, ясное утро с трудом верилось, что еще

ночью небо сверкало и гремело, жестокий ливень ск холод-

ными струями город, его дома и улицы, каменистый берег, кроны и стволы деревьев. Трудно представить, что эти ма-

ленькие безобидные волны ночью были огромными валами, с