Шторм
Шрифт:
Я: «Знаю. Этим летом приедем вместе. Ты сможешь помочь мне с цветами»
Шторм: «Обязательно. Что ты пишешь?»
Я: «Список того, что мне нужно сделать, чтобы быть с тобой»
Шторм: «Блядь. Из-за тебя мое сердце только что пропустило удар»
Мои бабочки в животе закружились в танце счастья. Я любила то, как он заставлял меня чувствовать себя.
Я: «Это
Шторм: «Это офигенно. Я хочу выпрыгнуть из автобуса и побежать обратно к тебе»
Я: «ЛОЛ… Только не делай этого»
Шторм: «Дождись только, когда я смогу дотянуться к тебе руками :-)~ »
Я: « :) Я уже буду собираться домой. Здесь становится пасмурно»
Шторм: «Ок. Я позже тебе напишу»
Я закрыла свой дневник. Допишу попозже, когда у меня появится больше времени, чтобы подумать. Прикоснувшись к надгробию, я задумалась, что мои родители подумали бы о Шторме. Папа бы точно высмеивал его длинные волосы и татуировки, но, мне кажется, когда бы они узнали его получше, то оба полюбили его. Мама была бы очарована его улыбкой и глазами.
У меня остались только Майкл и Эми. Мои единственные друзья, моя единственная семья. С тех пор, как умерли мои родители, только с ними я чувствую, что меня тут еще что-то держит. Они придают мне чувство связи с той жизнью, когда она была полной и счастливой. Само собой, уход от Майкла оставит в моей жизни дыру.
Я люблю его, но больше не чувствую, что влюблена в него. Мне нужно было встретить на своем пути Шторма, чтобы понять это. И я ненавижу сравнивать людей, но с Майклом мои внутренности никогда не превращались в кашу, даже в самом начале. Я никогда не испытывала с ним той близости, как если бы закрыла глаза и полностью растворилась в нем навсегда. У меня никогда не было такого чувства, что я могу рассказать ему обо всем. Я никогда не кончала ему на лицо и не покрывалась мелкой дрожью, просто думая о нем. Думаю, мы были обречены, когда начали встречаться в четырнадцать. Мы не росли и не развивались. Наша любовь так и осталась любовью двоих четырнадцати-леток, в телах людей, которым за двадцать.
Мама любила повторять, что когда закрыта дверь, у тебя есть открытое окно. Я потеряю Майкла. Но это даст мне открытое пространство, чтобы попробовать все, что происходит между Штормом и мной без чувства вины и пониманием, что я плохой человек. Может быть, у нас действительно все получится, и мы станем парой.
«Если мы когда-то будем вместе, то будем проводить здесь много времени» - так Шторм сказал мне, когда мы были в доме его бабушки. Он хочет, чтобы я стала частью его семьи. У меня снова может быть семья. И что за семья! Моему уму непостижима сама мысль об этом. Когда-то это, и правда, может стать моей жизнью?
Крошечными шажками.
Продолжим мой список – Отдалиться от Майкла. А это будет сложно. Пока Майкл
Хейло. Нужно убедиться, что в новой квартире можно будет держать животных.
Зазвонил домашний телефон. Я отложила дневник на край стола и сняла трубку.
– Привет, чика, - радостно сказала Эми.
– Как прошло твое свидание за завтраком?
– Уф. Он был милый, но я была такая уставшая, да и выглядела дерьмово, как мне кажется. Засранцу стоило бы догадаться, что женщинам необходимо какое-то время утром, чтобы прихорошиться. Мне кажется, он предложил для первого свидания встретиться за завтраком, рассчитывая увидеть, как убийственно и заспанно мы выглядим до того, как окончательно проснемся. На самом деле, это же гениально.
– Как его зовут?
– Райан Какой-то там. Не запомнила. Он риэлтор. Завтра мы вместе ужинаем. Мне он вроде как понравился, показался довольно собранным.
– Что ж, держи меня в курсе.
– Посмотрим, как пойдет. Похоже, четыре – магическое число для свиданий, после которого они превращаются в законченных ублюдков или в маменькиных сынков. Так что, ты поговорила со Штормом после вчерашнего концерта?
– Да… Прошлой ночью мы говорили по телефону. Он позволил той шлюхе отсосать.
– Вот срань. Мне жаль, Эв.
– Мне было ужасно больно, Эм. Вот, правда. Хотелось кричать и рыдать, если уж совсем честно. Но он извинился. Сказал, что был не в себе после того, что между нами произошло. Объяснил, что не целовал и не прикасался к ней, просто воспользовался и избавился от нее. Хотя от этого мне стало ненамного легче.
– Я думаю, это именно то, чем он занимался уже на протяжении долгого времени. Ты сказала, что он не встречался ни с кем годами.
– Не встречался. В любом случае, мы вроде как пришли к соглашению. Он не хочет, чтобы я не занималась сексом с Майклом, и сказал, что больше не будет прикасаться ни к одной из тех подстилок. Сказал, что хочет быть только со мной. Я решилась, Эм. Я хочу дать ему шанс. Еще я одновременно составляю план, чтобы уйти от Майкла. Я просто не могу собрать вещи и уйти сегодня же. Мне нужно кое с чем разобраться.
– Ничего себе, Эвелин. Самое время. Я очень тобой горжусь.
– Мне страшно. Я не знаю, как я это проверну.
– Эвелин, я тебе помогу. Ты справишься. Он тоже пытается, правильно?
Я вздохнула и потерла лоб.
– Очень старается, Эми. Я изо всех сил пытаюсь уверить себя, что он не просто поиграет со мной какое-то время, а потом бросит.
– Дай ему больше времени. Помни, что это в новинку и для него. Что ты думаешь, будешь переезжать?
– Я понимаю, ты права. И да, в конце концов, мне придется найти дешевую квартиру-студию рядом с работой.