Шрамы
Шрифт:
Он склонился надо мной и покрыл мою шею обжигающими поцелуями, которые вызвали у меня стон. Я задрожала от быстрого прилива удовольствия, когда его руки нежно скользнули по моей талии и бедрам, стараясь не напугать меня и не причинить боль. Казалось, он позволял мне привыкнуть к ощущениям или останавливался в любой момент, когда я этого хотела, но я также ощущала его настойчивость в напряжении его тела, которое совпадало с моим. Впервые я была готова ко всему, что могло произойти.
Он устроился на мне и, схватив пальцами подол
— Можно?
Я кивнула, его вопрос вызвал у меня трепет. Он приподнял топ, открывая мою грудь, и я с трудом дышала, загипнотизированная пламенем в его глазах, когда он взглянул на меня.
— Почему ты смотришь на меня так, будто хочешь проглотить? — Пошутила я дрожащим голосом, но он не улыбался. Он был абсолютно серьезен.
— Это потому, что я действительно хочу обладать тобой. Ты даже не представляешь, что я могу с тобой сделать.
Я не могла дышать. Было что-то извращенно-приятное в том, что я могла заставить большого и плохого Мейсена Брауна чувствовать себя таким образом. Мне хотелось увидеть, насколько сильно он может потерять контроль из-за меня.
Он взял мои груди в ладони и, приоткрыв рот, поцеловал каждую из них. Я выгнула спину, охваченная наслаждением. Это был первый раз, когда меня целовали в грудь, и мне это понравилось. Очень.
Он начал вырываться, вероятно, испугавшись, что зашел слишком далеко, но я схватила его за плечо и остановила.
— Подожди. Сделай это еще раз.
Он одарил меня волчьей ухмылкой.
— Тебе нравится это, милая? — Он снова поцеловал мою грудь, посылая по мне электрический ток. Я кивнула, наблюдая, как он осыпает мою грудь дюжиной поцелуев. Он не сводил с меня глаз, удовлетворяя мою внутреннюю зависимость, которая становилась только сильнее. Я чувствовала так много… Больше, чем много.
Его рука нежно коснулась моего живота, проникла под шорты и трусики, остановившись именно там, где мое тело пульсировало с наибольшей силой. Я резко вдохнула, ощущая его прикосновение. Похоть придала его глазам глубокий и опасный оттенок, делая их мрачно-соблазнительными.
— Ты действительно этого хочешь? Скажи мне, — прошептал он.
Я почувствовала неуверенность. Не из-за отвращения, а из-за неуверенности в себе. Он был экспертом в этой области, а я — новичком. Я ненавидела себя за свою неопытность и чувствовала себя неловко в его присутствии. Мне даже не хотелось думать о том, сколько девушек испытали с ним подобные чувства. Если бы я это сделала, то разозлилась бы и снова оттолкнула его.
Он слегка нахмурил брови.
— О чем ты думаешь? — Спросил он, почувствовав перемену во мне, но по-прежнему не убирал руку.
Я закрыла глаза.
— Заткнись и делай своё дело.
Он издал хриплый смешок и, облокотившись на локоть, наклонился так, что его губы оказались всего в нескольких дюймах от моего уха.
— Властная, как всегда.
Он пошевелил пальцами, и я
— Ты же знаешь, я остановлюсь, если ты попросишь, — его горячее дыхание на моей шее дразнило меня.
— Я не хочу, чтобы ты останавливался.
Он усмехнулся и продолжил ласкать меня так, что я потеряла себя в его прикосновениях. Я теряла голову от обжигающих ощущений, не понимая, как то, что всегда казалось мне насилием, могло быть таким приятным. Мне казалось нереальным, что я испытываю это, — что я в его власти, и мне это очень нравилось.
Его губы скользнули вниз по моей шее, лаская все мои чувствительные места, добравшись до самого интимного места.
— Если бы я только знал, что под всем этим ты такая… Ты гораздо слаще, чем кажешься.
Я едва могла различить его слова, пока от отодвинув трусики ласкал меня, поднимаясь всё выше и выше на волне, которая угрожала поглотить меня. Я сжала в кулаке его рубашку, моё дыхание вырывалось короткими, быстрыми вздохами, и слишком быстро я достигла пика, ослепленная невообразимым удовольствием. Я выкрикивала его имя и почти до боли сжимала его рубашку, пока меня снова и снова сотрясали волны экстаза.
Когда я вернулась к реальности, меня встретил его нежный взгляд, от которого перехватило дыхание.
— Я никогда в жизни не видел ничего прекраснее, — сказал он с искренней эмоцией в голосе.
Мои щеки покраснели, я хотела отвести взгляд от его завораживающих глаз. Но я выдавила улыбку:
— Давай признаем это. Ты уже говорил это, по крайней мере, сотне девушек.
Он рассмеялся, покачав головой.
— Да, по крайней мере, сотне.
Он нежно поцеловал меня в лоб, что ещё больше разрушило мою защиту, и снова обнял, заключив в свои объятия.
Я нахмурилась.
— А как же ты? — Я указала на заметную выпуклость в его джинсах.
Он крепче обнял меня:
— Нет. На этот раз всё только о тебе.
У меня защемило в груди, и внезапно нахлынула волна эмоций. Он просто отдавал, ничего не требуя взамен. И подумать только, я считала его самым эгоистичным человеком на свете.
Я прочистила горло, чувствуя, что вот-вот снова расплачусь, что было бы нелепо.
— Ты действительно проводишь время с девушкой, ничего от этого не получая?
Он уткнулся носом в мою шею:
— Кто бы мог подумать? Это шокирует.
Я закрыла глаза. Я так много хотела сказать, но для меня было бы невозможно объяснить ему, что он только что сделал для меня. Он освободил меня. Он помог мне исцелить ту часть меня, которую я думала, что потеряла навсегда, показав мне, что удовольствие может заменить насилие, страх и непобедимую боль.
Я прижалась к нему еще ближе. Наконец-то я могла позволить себе просто положиться на кого-то другого, без забот и постоянной осторожности.
— Кроме того, не то чтобы я ничего из этого не извлек, — добавил он.