Шпион
Шрифт:
Дари ошибался, легче Ворону не было, деятельность глава имперской тайной канцелярии развил крайне бурную, плавно перетекая от одной группки гостей и хозяев к другой и планомерно отщипывая от них по кусочку. В смысле по персонажу, который на данный момент был ему нужен. И уже заканчивал отыгрывать обязательную программу — то, ради чего сюда якобы и явился. Пообщался кое с кем из высокопоставленных местных чинов на тему событий в Сонресорме и каждому из них толсто намекнул, что ситуация в этой северной провинции полностью под контролем
Так что да, с этим можно считать все, Сонресорм из-под удара он пока вывел. А теперь прицеливался, как лучше подойти к выполнению главной на сегодня задачи — раз и навсегда вывести из-под удара Эрдари Равеслаута.
Глядя на двух своих сиенурских «коллег» — глав разведки и контрразведки, — ресс пытался угадать: на кого Фирмиллит ставил как на союзника, а кого пытался обыграть, чтобы потом подставить и влезть в его кресло? Причем угадать с первого же раза: права на ошибку у него сейчас не было.
Итак. Сам он кого в такой ситуации предпочел бы видеть в качестве тайного покровителя, а кого в качестве будущего врага? И вдруг понял — как в голове щелкнуло. Да никого он не хочет во враги! Тем более что и необходимости в этом нет. Пока что в роли тайных союзников можно разыгрывать их обоих, ведь отношения между ведомствами больше напоминают вечную грызню псов за кость, а их главы вообще не общаются между собой без крайней необходимости. Риска никакого! Встретиться и сговориться за спиной Фирмиллита для двух конкурирующих сиенурских разведок без шансов. А значит, и разыгрывать обе эти карты нужно одинаково.
Приняв решение, Ретен первым делом двинулся в сторону главы внешней разведки, сьера Иссаливанти — именно этот достойный господин весьма кстати обнаружился возле подноса с бокалами прохладительного. Раз так, с него и начнем.
— Доброго вечера, сьер.
— Доброго, ресс, — вопреки сказанному, невнятный, словно какой-то припыленный господин, на котором даже новый черный сюртук выглядел облинявшим, сверкнул глазами очень недобро. И тут же с ходу съязвил: — Не иначе как о чем-то попросить собираетесь, раз такой вежливый?
— Напротив, — отзеркалил это ехидство Ретен. — Хочу сделать вам подарок.
— Подарок? — взглянул поверх бокала сиенурец. — От вас? Мне уже страшно.
— Лучше бы вы начали бояться за свою репутацию.
— А вам какой профит в моей репутации? — выразительно приподнял тот брови. — Если не секрет, конечно.
— Да привык я к вам, — развел руками ресс. — Вот не поверите, но менять вашу известную мне вдоль и поперек персону на какую-нибудь темную лошадку нет ни малейшего желания.
— Ну… В такую ностальгию с вашей стороны я готов поверить, — уже внимательнее посмотрел на Ретенауи
— Знакомо ли вам имя господина Краспа?
— Знакомо.
По тому, насколько быстро сьер закрылся и ушел в глухую оборону, Ретен понял, что попал. Удар угодил куда нужно и в кого нужно.
— Насколько хорошо знакомо?
— Достаточно.
— То есть вам и в самом деле обещали, что его методику по созданию изменённых, причем измененных новых, идеально послушных, уже практически восстановили?
— Я прямо-таки предвкушаю, — прищурился тот в ответ, — как вы назовете мне еще одно имя.
— Назову. Равеслаут. Его вы хотели услышать?
— Не ожидал. Честно. — Сьер Иссаливанти одарил Ретена еще одним долгим взглядом, поставил бокал на столик и приглашающе махнул в сторону ближайшего свободного дивана.
— А не перейти ли нам туда, а?
— Почему нет? — пожал плечами ресс. — Не самое плохое место беседовать о репутации.
— Только, Ретенауи, — хмыкнул по дороге к укромно стоящей мебели глава сиенурской разведки, — для начала хотелось бы уточнить: мы о чьей репутации станем сейчас беседовать? Моей? Или все-таки вашей?
— Вашей, — тоже усмехнулся тот в ответ. — Сейчас злые люди подбираются именно к ней. Пытаясь втянуть вас в заведомо провальный проект.
— Провальный?
— Да. Потому что все записи по методике Краспа уничтожены. Полностью и безвозвратно. А без этого о каких измененных можно говорить?
— По моим сведениям, одна копия все же осталась. Своеобразная, правда… Но есть основания верить, что достаточно полная. Мне представили доказательства, что все прочитанное этим… лордом воссоздается весьма точно.
— Нет, не осталась. И не могла остаться.
— Это ваши догадки? Или фантазии?
— Я не догадываюсь и не фантазирую. Я знаю! Потому что был там лично. За одну ночь мы с лордом Равеслаутом, имя которого вы совсем не ожидали от меня услышать, успели навестить виллу Адарни, лабораторию Краспа, контору поверенных Ставена да еще и заглянуть к Его Императорскому Величеству — последнее, правда, уже под утро. Всерьез полагаете, что у него при этом было время на чтение?
— Госпиталь забыли. У меня есть сведения, что ваша жена тогда была ранена.
— Никогда не сомневался в широте ваших знаний.
— Но ведь архивы оказались в вашем распоряжении гораздо раньше. Кто знает, что вы там успели изучить до той ночи?
— Архивы! Варановы архивы. Но не документы Краспа! Не его бумаги.
— Демоны!
— Поняли, да? Это было просто невозможно. Если у вас столь информированные источники, уточните время, когда записи из лаборатории попали в контору поверенных, и время, когда начался пожар. Сами поймете, что это невозможно. Физически. Той пары десятков минут, что у нас были, не хватило бы ни на чтение, ни тем более на изучение. Не говорю уж про то, что нас к тем бумагам и на выстрел не подпустили.