Шпион

Ода Юлия

— Рассчитывал, ага. Потому как четко просил не лезть и не мешать.

— Так я и не мешал, — кивнул тот. — Все как просили.

И вдруг повел носом.

— Фу! У твоего нового дружка проблемы со вкусом — хвост прям как за павлином.

— Богатый парфюм, — согласился Пепел. — Сплошной мускус. Но его названия я не знаю.

— «Ночи в алых красках», — чуть свысока глянул на него ресс. — Контрабанда из Сиенуры.

— Контрабанда, говоришь? — Эрдари задумался, переваривая новую информацию. — А, может, дипломатическая почта?

—

Ну или так, — не стали с ним спорить. — В любом случае аромат модный до писка и в целом неплохой, если, конечно, не выливать на себя полфлакона. Так думаешь, этот господин из посольства?

— Похоже. А еще я думаю, что он не господин, а прямо-таки целый лорд. Сдается, нашего недоделка тут ценили и на свиданку с ним отправили не абы кого — чтоб не засветить ненароком.

— Скорее уж ценили те сведения, что он таскает.

— Ну или так, — Пепел в точности повторил давешнюю реплику Ралта, скопировав даже интонации. — Что тоже хорошо. Значит, на вторую встречу придут обязательно.

— А ты сомневался?

— Не без того. Для них это риск, как ни крути, причем риск очень серьезный. Но если решат, что оно того стоит…

Договаривать Пепел не стал, все и так уже было ясно. Вместо этого он резко сменил тему:

— Давай-ка свалим отсюда, ни к чему здесь твои косы светить. Быстро, пока наши друзья не вернулись и не засекли.

— Так через три часа только? Вернутся, в смысле?

— А проверить все заранее? Я бы на их месте с этим точно подсуетился — сразу же, как записку прочитал.

— Ясно. Ну идем, раз так.

Далеко не ушли: особого смысла в том не было, вряд ли бы их новые знакомые стали прочесывать весь парк целиком. Но местечко выбрали укромное и тихое — маленькая полянка в самой глубине сада, со всех сторон аккуратно прикрытая кустами и дававшая ощущение полной защищенности, особенно в наступивших сумерках.

Эрдари снял ненужный больше плащ, расстелил прямо на траву и уселся с краю, оставляя место для Шоралта. Тот не заставил себя упрашивать: тут же устроился рядом.

— Пепел, — начал он после небольшой паузы, — а ведь ты нервничаешь. И это на тебя не похоже.

— Нервничаю, — не стал он спорить. — Неспокойно мне, да.

— Чуешь что-то?

— Чую? А ведь ты, пожалуй, прав. Так и есть — что-то мой мелкий пророк всполошился.

— Вот и я чую, — неожиданно признался Ютиси. — Потому и пришел.

И после паузы вдруг предложил:

— Слушай, хочешь, кину тебе руны?

— Сдурел? — не сразу поверил Пепел. — Ты же Каги только вчера кидал!

— Зря запрыгал. Это всякая мелкая шушера вроде тебя от такого сгореть может, а я — не ты. Я пророк!

— Ну, гонор-то у тебя точно подходящий, не поспоришь. — Эрдари задумался, но потом все-таки качнул головой: — Нет. Давай лучше я сам. На Рин. У тебя мои кристаллы с собой?

— И кто из нас сдурел, а? Ты сюда мир спасать приперся или в откате валяться?

— Да за три часа я все успею — чуток того, чуток этого… Давай пузырек!

— Но не больше пары

штук, — Ралт все-таки полез в карман за усилителем, который сам Пепел три года назад и сделал.

— А больше мне и не надо, — кивнул он, вытряхивая на ладонь две крупинки. — Придержишь, если что?

И тут же закинул кристаллы в рот.

Глава 7

Второй день совместного путешествия уже подходил к концу, когда Рин все-таки рискнула вернуться к разговору, заставившему ее сильно задуматься еще при отъезде из Сонресорма. И которого до этого она старалась всячески избегать.

Но ведь не зря говорят: общие трудности сближают. И хотя предельно комфортное путешествие сначала на дирижабле, а потом в новом, не потрепанном еще дорогами дилижансе трудностями можно было назвать лишь с натяжкой, тем не менее… Поездка есть поездка. Без хлопот, часто крайне докучливых, не обходится никогда. Вот они-то их с бабушкой и сплотили, причем так, что уже на подъезде к крепости Таронка Рин к неприятной теме вернулась:

— Госпожа Шарот, а ведь вы меня тогда проверяли, так? Когда про господина Олифауэлла расспрашивали? — Смотрела девушка при этом в окно, не на собеседницу. — Не поверили? Решили, что я пытаюсь оправдаться в собственных грешках?

И, получив в ответ лишь загадочную улыбку, продолжила:

— А Эрдари? Он тоже мне не верит?

— Верит. Он — верит. — Пожилая леди коснулась ее руки, заставив обернуться и глянуть прямо в глаза. — Интересно, а ты ему в подобной ситуации поверила бы?

Рин открыла рот, чтобы сразу согласиться — мол, конечно, а как же иначе… и тут же прикрыла его обратно, снова всерьез задумавшись. Вот умела бабушка задавать неудобные вопросы!

Впрочем, пару минут спустя она все равно кивнула:

— Да. Поверила бы. И знаете, я вот сейчас решила, что мне вообще без разницы, с кем он там может спать… или не спать… Важно, чтобы любил он только меня. Это главное, понимаете?

— Да, — кивнули ей в ответ с каким-то странным выражением. — Кажется, понимаю. Но совсем уж перегибать тоже не стоит. Важно-то на самом деле все, и это в том числе. Но насчет его любви можешь не сомневаться, как и насчет его доверия: похоже, в этом плане мальчик все-таки больше ресс, чем лорд. А у них по-другому не бывает, если ты его женщина.

Норин тихонько выдохнула, радуясь, что закрыла, наконец, тему, откинулась на мягкую спинку сиденья и посмотрела в окно уже с интересом, а не просто для того, чтобы отвести взгляд. И тут же сообразила: они почти на месте.

Небольшой гарнизон на границе империи расположился хоть и далеко от всяческих столиц, зато весьма удобно — в слегка обветшавшей, но надежной крепости со старинными, сложенными из местного камня стенами. Те благополучно простояли уже полтысячелетия и обещали легко простоять еще столько же, если сюда вдруг не подвезут тяжелую артиллерию или серьезную взрывчатку. Вот только зачем? Если с соседями мир?