Шоу
Шрифт:
Лего, ответив на незнакомый телефонный звонок, привычный уже ко всему, только и сказал:
– О, это же артисты, ты понимаешь, Виэра? С ними никогда не соскучишься. Вот позвонили: Найк и Круч задержаны за угон самолета в Турцию. Ну, как убедить полицию, что никакого самолета никто из них не угонит даже за полугодовой гонорар, они вообще и мухи-то не обидят!
Позднее вырученные из беды парни рассказали о недоразумении. Собрав вещички, они отправились на рейс, и даже не опоздали. На трапе между делом выясняли (в шутку, разумеется), хватит ли бензина до Турции. «Да не бензина – керосина, самолеты
В самолете та самая бортпроводница подсела к ним и спросила: «А почему вы про Турцию спрашивали?».
«Да так, – ответили они, – спросили, и всё»…
«А билеты-то у вас правильно оформлены? – с милой улыбкой спросила стюардесса. – Позвольте посмотреть».
Круч поторопился показать свой документ– и официальный бланк немедленно исчез в кармашке форменной одежды бортпроводницы вместе с паспортом, в который был вложен…
На промежуточном аэродроме она вновь появилась перед ними – и не одна, а в сопровождении полицейского. Маленький, толстый, обливающийся потом краснолицый чин только и изрек: «Эти?». И в упор на парней уставился. А бортпроводница торжественно, будто давая клятву, говорит: «Да! И я не полечу, если в самолете будут эти двое!».
Такой формой публичного заявления она воспользовалась неслучайно. Оказалось, по законам ее авиакомпании пассажиры действительно должны покинуть самолет в случае, если стюардесса заявит, что не доверяет им. Решение, по Летному уставу, должен принимать командир корабля. Кого он выберет – угадайте с трех раз: двух чужих ему пассажиров или свою стюардессу?
Интересно, что бы он стал делать, если бы она выразила недоверие сразу всем пассажирам рейса?
«Пройдите со мной», – отдуваясь и обмахиваясь, сказал жирный полицейский. Наручники, правда, не надел. Так что два лжетеррориста запросто могли дать деру. Они, не сговариваясь, глянули друг на друга и ускорили шаг. Но вовремя вспомнили, что стюардесса забрала у Круча паспорт. Пришлось парням послушно отправляться за полицейским.
В отделении их начали расспрашивать: кто, откуда. Слова про Шоу не произвели никакого впечатления.
Тогда Найк – а он реальный любитель железной логики – спросил: «Если бы мы были настоящими террористами, то, как вы думаете, что находилось бы у нас в багаже?»
Это были напрасные слова.
Переглянувшись, двое полицейских, присутствовавших на допросе, ринулись на борт.
Досматривать задержанных пришла втиснутая в синюю форму дородная тетя. Она наугад вытаскивала вещички. «Это – что?» – громко спросила она у хозяина сумки, подняв над головой и встряхнув банку кофе. «Кокаин», – не моргнув глазом, ответил Круч.
Банку вскрыли, безжалостно распоров насквозь. Там, естественно, оказался коричневый порошок с запахом кофе. Что и соответствовало надписи на этикетке.
Вторая точно такая же банка оказалась заполнена, как потом гласили полицейские протоколы, «белым кристаллическим порошком, сладким на вкус». Это был сахар, по гастрольной традиции сложенный в банку из-под кофе…
Потом парней увезли на анализы: наркотики, алкоголь…
Самолет ждал, как и его пассажиры, которые слонялись по аэропорту в ожидании завершения досмотра «террористической группы»…
Наручники парням
И только после вмешательства Лего, которому парни в конце концов позвонили, они были посажены в другой самолет, державший путь прямо туда, где их с нетерпением ждало Шоу.
Тем не менее, Найк, игравший главную роль, появиться на премьере не мог – рейс к сроку не успевал.
Перед офисом встала проблема: как перенести премьеру Шоу? Билеты были проданы под завязку. Сыграть главную роль мог только Круч: но и он находился в той самой нелепой переделке!
Виэра, которая ждала Шоу с таким нетерпением, больше других переживала этот злосчастный инцидент. Казалось, что особенного, вытерпеть еще один день – к тому же, переговоры, которые вел Лего, далеко не сразу увенчались успехом, не дай бог, вызволять своих подопечных ему пришлось бы на месте захвата лжетеррористов…
И вот почему-то она взяла на себя смелость выйти к столпившимся у входа зрителям, чтобы объявить им о переносе премьеры на один день. То ли соскучилась по публичности, то ли по привычке все объяснять – как когда-то объясняла своим читателям максимально убедительно все противоречия жизни. То ли понимала, что некому взять на себя этот труд.
С ней увязался Поль: юноша оказался не менее Виэры красноречив и эмоционален в доводах. Похоже, ему нравилось, что он может привлечь к своей персоне дополнительное внимание (или старался изо всех сил быть полезен Шоу, в котором только начал работать?). Понятно, что для руководителя инфраструктурного подразделения – а на нем были все бары, артистический буфет и персонал – это необязательное поручение. Однако Виэра не отказалась от его помощи. Всегда лучше, когда в работе участвуют двое разного пола…
Уговаривать людей поменять билеты и отказаться от планов получить положенную порцию развлечений именно сегодня оказалось нелегким делом. Самое трудное было объяснять причину: ведь правду говорить нельзя, а термин «по техническим причинам» не внушал людям доверие. Особо дотошные требовали вызвать руководство, некоторые отводили в сторону поочередно то Поля, то Виэру и пытались «вызнать правду» любой ценой. Таким Виэра сначала доверительно объясняла, что заболел исполнитель главной роли. «Травма?» – ужасались несостоявшиеся зрители. Стало понятно, что этот вариант тоже не подходит: могут поползти слухи, что Шоу опасно для жизни артистов и зрителей.
В конце концов, Виэра выбрала тактику неответа на вопрос. Вспомнила свой журналистский опыт: так всегда поступал один знакомый политик на пресс-конференциях. Не нравится вопрос – ну, он его и не замечает… И Виэра просто не замечала вопроса «почему», и как попугай твердила: пройдите в кассу, вы можете сдать свой билет или обменять его на любое другое число.
Проблемы были с теми, кто уже уезжал из города и мечтал увидеть разрекламированное зрелище именно сегодня. Что им можно было предложить? А главное, таких людей должно было быть как можно меньше – ведь каждый требовал возврата денег, а Шоу их еще не заработало.