Шоколатье поневоле

Поздно Джулия

– Господи, опять ты за свое, Петр, и не надоело тебе? – женщина подошла к журнальному столику и поставила на него переносной фонарь. Ловко отворив одну из створок фонаря, она щелкнула пальцами. – Свет!

– Это скучный способ, матушка! – мужчина расстегнул пуговицы фрака и удобно расположился в кресле.

– Зачем тратить силу на такие мелочи? Благо, артефакторика не стоит на месте и очень помогает в быту. Ты не задумывался, почему в гимназии несколько лет учат ее не только тратить, но и приумножать?

– К чему это обсуждать? Войн нет, и без практики

мое умение может и вовсе сойти на нет, – он не дерзил, но всякий раз подчеркивал, что не нуждается в родительских нотациях. – Только благодаря силе стихий мы смогли прервать не одну череду волнений в государстве. А что сейчас? Только и остается бросать огонь в камин!

– Ты неправ и очень недальновиден! С чего растрачивать себя так бездарно? – мать присела напротив и расправила широкие полы юбки.

В маленькой женщине, несмотря на возраст, чувствовался твердый стержень. Степанида Сергеевна Сливова никогда не блистала утонченной красотой, но от отца ей передались ясный ум и предприимчивость. Именно ее нрав и мышление сослужили хорошую службу в таком непростом семейном бизнесе, как кондитерское дело.

Она смотрела в глаза среднего сына и понимала – сколько бы лет ни прошло, а для нее он навсегда останется тем пугливым симпатичным малышом с небесно-голубыми глазами, которые всегда смотрели на нее так пронзительно. Она тряхнула головой, и видение прошлого растаяло.

Петр, скинув фрак, сшитый по последней моде, игрался, придавая огню форму разных животных. Этой забавой он увлекался с детских пор, как его силы проявились впервые, лишив гостиную новых портьер, заказанных у лучшей портнихи в городе.

– Матушка, вы же как никто другой знаете, что мне сложно сдерживать энергию.

– Я много раз предлагала тебе присоединиться к отцу, но ты продолжаешь игнорировать семейное дело. Почему?

Ответить на надоевший вопрос он не успел – дверь с грохотом распахнулась, и на пороге показался глава семейства Матвей Владимирович Сливов. Его вид просто кричал о том, что произошло непредвиденное. Степанида напряженно посмотрела за спину мужа – из тени выступил старший сын Иван, несший на руках странно одетую девушку в бессознательном состоянии.

– Что произошло? – испуганно спросила Степанида.

– Не время для объяснений, срочно нужен врач. И, – отец перевел свой взгляд на Петра, – необходимо послать за магистром Алексеем Федоровичем, дело чрезвычайной важности, и только он сохранит все в секрете.

– Я понял, – Петр быстро покинул комнату. На мгновение присутствующие почувствовали, как исказилось разорванное порталом пространство.

Степанида не входила в число женщин, при любом удобном случае устраивавших мужьям истерики, понимала, что после они с супругом обязательно обсудят случившиеся, но сейчас ее заботой было разместить девушку. Единственное, от чего она не удержалась – просканировать девушку и считать ее ауру. Почти незаметный пассивный дар Степаниды никому не причинял вреда, но помогал многое узнать о людях.

Аура девушки постоянно меняла окрас и была нестабильна, хаотичные всплески

говорили о большом запасе энергии, которую она явно не контролировала. Но размышлять над странностями незнакомки было некогда. Торопливо шагая впереди мужа и сына, женщина едва успевала последовательно активировать кристаллы света. Хотя девушка и казалась пушинкой, руки Ивана уже дрожали от усталости, но использовать портал не представлялось возможный – ступавшие в него должны пребывать в сознании.

Мужчина только успел положить гостью на кровать в спальне, как пространство исказилось, и из раскрывшегося портала вышли двое мужчин.

– Надеюсь, это действительно важно! – с сарказмом в голосе произнес первый мужчина и замер. – Не может быть! Какой сильный энергетический всплеск! – он посмотрел на Матвея Владимировича. – А тебе как обычно везет, Сливов.

Глава 3

Магистр первого ранга Алексей Федорович был высокопоставленным лицом при дворе императора и по долгу службы обязан был незамедлительно заявить о первом за последние пятьдесят лет маге с подобным уровнем силы. Но когда дело касалось Матвея Владимировича – друга детства, он был бессилен. Именно Матвей спас ему жизнь, когда, казалось, все уже было предрешено.

– Вы ставите меня в затруднительное положение, – с упреком произнес он, глядя на Сливова.

– Я прекрасно вас понимаю, но поймите и меня! Если бы речь шла о жительнице нашей столицы, я бы сам незамедлительно отправил посыльного с докладом императору. Но девушка появилась посреди дороги из ниоткуда, в странной одежде и с неуправляемой энергией.

– Неужели вам жаль первую встречную? – Алексей Федорович с интересом рассматривал энергетические потоки, исходившие от миниатюрной носительницы дара.

– Сейчас скорее мы представляем для нее угрозу, нежели она, – в разговор осмелился вступить Петр.

Он понимал, что произошедшее ставит под удар их семью, но мотивы отца были очевидны. Подобная энергия – это сокровище сродни утраченной энергии света, но, не разобравшись, девушку отдадут под суд и вынесут смертный приговор.

Разговор прервал осветивший комнату зеленый свет. Мужчины резко обернулись. Иван, совершая пасы рукой, тихо произнес:

– Господа, не будем терять время и заключим соглашение о неразглашение сроком на год.

– Но почему так надолго? – в нетерпении спросила Степанида Сергеевна.

– Этого времени достаточно, чтобы понять магическую природу девушки и выяснить, откуда она сама появилась. Подобные вопросы не должны решаться в спешке. Петр прав, мы представляем для нее большую угрозу.

Мать благосклонно кивнула и сделала шаг вперед, ее руки окутало розовое свечение. Темная комната наполнилась разноцветными вспышками. Четверо мужчин и одна женщина, выпуская свою энергию, заключали соглашение-клятву. Каждый, кто нарушал такое соглашение, лишался дара, в редких случаях доходило до смерти – все зависело от энергетического запаса клятвопреступника.