Школяр

Таланов Дмитрий

Жар стремительно распространился по всему телу, но он был не больной, а приятный. Потом к нему присоединилось ощущение, будто гигантский медведь мнет Филя в мягких лапах. Сознание у него помутилось, он стал бредить, но скоро его прошиб пот, и он уснул.

Проснулся он глухой ночью оттого, что ему невероятно захотелось есть. Ян спал без задних ног. Филь зажег на тумбочке свечу и первым делом прикончил остатки засохшего пирога с ревенем. Затем, ощутив, что этого мало, умял все моченые яблоки.

Выдув кружку можжевелового кваса, он лег на кровать и только тут сообразил, что ребра у него больше

не болят. Счастливо вздохнув, Филь достал из-под подушки пачку листов, нашел те, которые утром изучал Ян, и погрузился в чтение.

— 4 —

«Едва не удавшаяся попытка захвата замка Кейплиг в 11-м веке вызвала к жизни полномасштабное расследование со стороны сердаров. Его результаты доказывали, что у демонов, не имевших в своей массе высшего сознания, появилась новая сила. Эта сила обладала интеллектом и, что опасней, смело шла на сговор с человеком. Казнь предателя Бергтора была призвана продемонстрировать людям завершение расследования, но на поимку его вдохновителя ушло еще немало времени…»

«История Первой Империи», 2-е издание, репринт «Для служебного пользования», Хальмстемская библиотека

— Тебя выдали люди, почему же ты их защищаешь?

— Они слабые, я прощаю им это.

— У тебя нет сердца, чтобы прощать, зато есть долгая память!

— У меня есть сердце. У меня также есть кровь, пусть не вашего цвета.

— А, значит, тебя проще убить, чем прочих? Сколько раз тебя надо убить, чтобы ты не воскрес?

— Я живу последнюю жизнь.

— Врешь, демон, все вы живете последнюю жизнь… Почему ты вступил в заговор?

— Потому что вы — захватчики.

— Но вы же тоже захватчики!

— Зато мы — не узурпаторы.

— Так ты бьешься за равные с нами права?

— Я ищу справедливости.

— Да ты сумасшедший!

— Это ваша вина. Вы не позволили нам уйти от места падения звезды.

— Метеорита? Мы не думали, что он опасен, он не опасен для человека. Однако мы дали вам возможность уйти, когда заметили, что он делает с вами.

— Вы выжидали, пока большинство из нас умрет.

— Ты это говорил людям, чтобы они пошли за тобой?

— Я говорил, что Иные — такие же гости, как все. Гости, не хозяева.

— Ты использовал устаревшую форму, так мы назывались давно. Почему?

— «Древние» придумано вами, чтобы отвести глаза людям. Вы безжалостны, в вас нет ничего общего с людьми, вы другие.

— А «сердар» придумано людьми, что означает «начальник». То есть они выдумали это, чтобы отвести себе глаза?

— В те времена люди не знали вашего настоящего лица.

— Что еще ты им рассказывал?

— Что они фактически уравнены в правах с демонами.

— А где ты жил до Кейплигской резни?

— В Старом Свете, искал Железную Книгу.

— Чем она вам так важна?

— Она — НАША.

— Как ты проник назад?

— Через Внутреннюю Границу.

— И кто тебя пустил в замок?

— Бергтор.

— Тот самый, который умер с твоей подачи?

— Да.

— Где же ты прятался последние три года?

— Жил на Окраине, пас коз.

— Ты не мог жить

там долго, иначе бы ты умер. Ты там общался с людьми?

— Да.

— Это там ты научился становиться похожим на человека?

— Я понял, что для людей важно, как ты выглядишь.

— То есть ты — метаморф. Из тех, что живут почти вечно… А как ты сам выделяешь себя среди демонов?

— Я — один из нергалов.

— Что такое «нергалы»? Это вид, род, фамилия?

— Это способ.

— Способ чего?

— Способ существования.

— Ты умрешь, демон. Ты откроешь мне свое настоящее имя?

— Меня зовут Набезан.

* * *

Филя разбудили удары молотка — кто-то настойчиво лупил им в стену дормитория. С трудом продрав глаза, он сел в кровати. Он помнил, что засыпал, усыпанный допросными листами, устав от бесконечных диалогов, собираясь на минутку прикорнуть. А проснулся днем, в освещенной солнцем постели без листов на ней и под аккомпанемент остервенелых ударов над ухом.

— Готово! — раздался за окном зычный голос Тома Рафтера.

Филь выглянул наружу. Рыжий Том стоял наверху лестницы, прислоненной к стене у окна, и любовался на приколоченное корыто. Увидев Филя, он сказал:

— Проснулся?

Тот ответил:

— А как же!

— Нравится? — спросил Том.

— Нравится, — сказал Филь. — А сколько сейчас времени?

— Полдень доходит, обед уже скоро.

Филь помахал на раздавшиеся снизу приветствия и стал собираться на обед. Он был готов слопать кита. Едва он сел на свое место в трапезной, Ян проговорил негромко:

— Мы отнесли назад то, что взяли вчера. Достаточно потратили времени на это, да и ты читал всю ночь… Кстати, ты пришел к какому-нибудь выводу?

Уткнувшись носом в тарелку, Филь пробурчал:

— Я считаю, Схизматик собрался оживлять мертвецов.

Ян удивленно хмыкнул:

— Должен заметить, неожиданный вывод… Хорошо, обсудим это после!

Руки Филя не поспевали за его ртом. Колбаски из крупно порубленного мяса и сала, щедро сдобренные чесноком и перцем, исчезали в нем одна за другой. Они были прожарены до золотистых, прозрачных бочков, сквозь которые заманчиво просвечивало душистое, пропитавшееся приправой мясо. Заедая их квашеной капустой и малосольными огурчиками, Филь разве что не урчал от удовольствия.

Скосившись на него, Ян спросил с усмешкой:

— Выздоравливаешь?

— Кажется, — ответил Филь.

— Не ответишь на вопрос что за отрава у тебя на тумбочке?

Филь промычал:

— Какая-то сердарская дрянь, Габриэль принесла.

Ребра его больше не беспокоили, только повязку он еще не снял.

— Поосторожней с этим, — сказал Ян. — Сердарам частенько плевать, как это скажется на людях. Считается, что их оружие это Арпонис и меч-серанд, в то время как их главное оружие — это гербология. Ты жил в Хальмстеме, должен был видеть поля желтого иссопа, это сердары его вывели. Когда-то демоны захватили Хальмстем, и сердары засеяли местность иссопом и другими цветами. Народ потешался, пока демоны не принялись умирать в замке от голода. Они умирали в нем сотню лет, но не сумели пересечь границу. Только построив под замком Внутреннюю Границу, они сумели сбежать в Старый Свет.