Шейх

Ангелос Амира

Теперь я должна думать не только о себе. Осознать насколько изменился мой мир непросто. Столько разных мыслей в голове…

В саду стоит ничем не нарушаемая тишина. Прохожу через арочную дверь, в глубину сада, где меньше солнца, но удивительно тепло и красиво. Присев на резную скамейку, любуюсь красивыми клумбами, кустами роз, еще влажных от росы. Они растут вокруг изысканного фонтана, устроенного в виде нескольких чаш, в которых вода переливается из одной в другую, создавая несколько водопадов.

Полной грудью

вдыхаю прохладный чистый воздух, напоенный нежным ароматом. Вдали вижу павлина, с сияющим сине-зеленым хвостом. Что тут сказать, этот дворец – настоящий рай на земле. Островок покоя, красоты, природы…

В этот момент понимаю, как ужасно, отчаянно соскучилась по Кадиру, мне безумно не хватает его. Настолько, что кажется я уже готова забыть о гордости.

Неожиданно мое уединение нарушает Раина. Сад огромен, но нам видимо суждено было столкнуться в одном месте…

– Доброе утро, Виталия, - на удивление дружелюбно ведет себя мачеха.
– Как ты себя чувствуешь? Я слышала, ты приболела.

– Мне немного лучше, спасибо.

– Как жаль, что это помешало тебе уехать с мамой.

– Вы настолько жаждете моего отъезда? – не могу не вставить шпильку, хотя тут же жалею об этом. Я не привыкла язвить, особенно если пусть даже неприятный мне человек, но старается повести себя миролюбиво.

– Ну что ты, дорогая. Нет, конечно же, - мягко, но слегка укоризненно произносит Раина.

– Извините я зря это сказала…

– Ничего. Я понимаю, ты нервничаешь. Просто хочу, чтобы ты знала, я всегда следую за желаниями своего приемного сына.

Эта фраза удивляет меня. Совсем недавно Раина вела себя прямо противоположно. Почему она сегодня стелет так мягко? И насколько жестко будет спать?

– Да, знаю, у нас не все было гладко в общении. Но теперь я поняла, что вы любите друг друга, - добавляет мачеха.

– Интересно, когда вы это поняли?

После того как шейха нет почти неделю во дворце. Наверняка эта жаба надо мной просто издевается. И делает это изысканно вежливо. Что бесит только сильнее.

– Кадир прислал мне сообщение. Я должна передать его тебе.

– Что? Сообщение через вас? Но почему?

Голова идет кругом, ничего не понимаю. Мне казалось, Кадир знает, что Раина меня и мою семью недолюбливает… Так зачем… С другой стороны, может с ним что-то случилось? Может его ранили, мало ли в пустыне бандитов, я убедилась в этом на собственной шкуре! А я тут сижу и жалостью к себе упиваюсь!

– С ним что-то случилось? – спрашиваю дрожащим голосом. – Он в порядке?

– Да, конечно. Ты так разволновалась, милая. Как же сильно ты его любишь!

– Очень люблю, - вырывается у меня, совершенно непроизвольно.

Лицо мачехи темнеет, словно она совсем не ждала от меня таких слов. Впрочем, я конечно зря это сказала. Здесь не принято вываливать напоказ свои чувства. Я еще ведь даже самому шейху

в них не призналась… Да что же со мной такое? Просто разрывает от эмоций!

– У Кадира серьезные проблемы на границе, милая. Он отправился туда всего на день, и застрял… У вас была ссора. Он сначала думал, что расстояние поможет остыть… Но теперь он с ума сходит от тоски. Хочет, чтобы ты к нему приехала…

– Тогда почему не звонит?

– Там ужасная связь, считай и нет ее.

– Тогда как вы узнали столько о наших отношениях? – спрашиваю с недоверием.

– Приехал человек от шейха. Он же должен был сообщить, что с ним все хорошо. Рано утром приехал… Я зашла к тебе, но тебя не было в комнате…

– У меня разболелась голова. Я ушла прогуляться.

– Да, конечно, понимаю. Ты так переживаешь. Но зря. Кадир ждет тебя.

– Ждет?

– Да, хочет, чтобы ты к нему приехала.

– В такую даль… к границе… - поеживаюсь, вспоминая, что мне дало прошлое путешествие.

– Я поеду с тобой. Буду сопровождать. Желание сына для меня священно…

– Спасибо вам большое… Я подумаю.

Мне ужасно не хочется никуда ехать. Рано или поздно шейх вернется… Путешествовать с периодически накатывающей тошнотой – мало приятного.

– Дорогая, это не просьба. Тут все подчиняются желаниям шейха. Иди собирай свои вещи. Мы выезжаем ночью.

* * *

Чем больше я думаю про слова Раины, тем меньше мне все это нравится. Я так сильно нервничаю, что даже решаю посоветоваться с Арифой.

– Да, действительно, с утра приезжал араб, кажется привозил вести от нашего господина, - задумчиво подтверждает служанка. – Это же хорошо, что он вызывает тебя, милая. Если мужчина не может без тебя даже пару дней провести… радоваться надо.

Но мне было совсем не радостно. Как назло, я осталась одна, сейчас ужасно жалею, что уговорила маму уехать без меня. В тот момент мне было настолько плохо, что я не соображала. Теперь же понимаю, что осталась фактически на милость Раины. Она может поступить со мной как захочет. Потому что считается в отсутствии шейха главной во дворце… Конечно, на глазах у всех она не решится что-то сделать… Может поэтому и пытается увезти? Или я себя накручиваю, может гормоны шалят? Понимаю, что не могу адекватно оценить ситуацию…

Потом я много раз спрашивала себя, могла ли что-то сделать, чтобы противостоять событиям? Но так и не находила ответа. Как мне казалось, на тот момент я сделала все что могла. Даже позвонила маме. Стараясь не волновать ее, рассказала о том, что Раина зовет меня в поездку.

– Ты боишься, что у неё недобрые намерения? Впрочем, откуда там взяться добрым намерениям, - взволнованно говорит мама. Тебе надо было ехать с нами. Как я жалею, что не настояла!

– В этом только я виновата, - поспешно заверяю Талию.