Шестирукий резидент
Шрифт:
Ну да, конечно! Резко сворачиваю на узенькую улочку - совсем рядом моя временная берлога. Старое кладбище, на котором работает сторожем надежный товарищ Святогневнев. Да, его ожидает неприятный сюрприз…
На бегу разворачиваюсь и плюю кислотой в несущийся на всех парах джип. Шофер в последний момент успевает вильнуть рулем, и зеленоватая жидкость растворяет только левую фару и часть бампера. Железяка бьет по асфальту, высекая тучи искр, машина слегка сбавляет скорость.
Зато шилопаук не отстает. Бежим дворами, машин и прохожих нет, и он начинает меня настигать. Погонщик Рабов приподнимается
Удар! Взвиваюсь в воздух, делая огромный прыжок. Приземляюсь на все восемь - о, уже почти не больно!
– вновь выпрямляюсь и устремляюсь в просвет между домами. Еще немного, еще чуть-чуть… Тут опасно - в окнах уже зажигается свет. Мне ни в коем случае нельзя привлекать к себе лишнее внимание - нет ничего хуже для тайного резидента, чем реклама. Представляете, что будет, если Йог-Сотхотх узнает, что я в свободное время самовольно посещаю Землю?! А он непременно узнает, если я нашумлю слишком сильно!
Перепрыгиваю через ограду - бегу между могил. Хвост несется сзади - виляю им, чтобы обмануть охотников. Хвост в одну сторону - Погонщик Рабов за ним, а я совсем в противоположном направлении.
Шилопаук с легкостью перемахивает через забор - эта тварь неплохо прыгает. Да и ростом его бог не обидел. А вот у джипа такое не получается - приходится ехать к воротам. Хе-хе - ворота с противоположной стороны кладбища!
О нет! Они вовсе не едут к воротам - просто отъезжают подальше, чтобы взять хороший разгон. Эта проклятая колымага яростно взревывает и мчит прямо на ограду. Она старая и хлипкая - мужики легко ее проламывают. Будха высовывается из окна и шипит - ему в глаз воткнулась щепка. Вырывает ее и выбрасывает - око обновляется в мгновение ока.
– Патрон, ну ты хоть сейчас можешь не каламбурить?!
– ругается Рабан.
– Заткнись, я снимаю напряжение.
Бегу со всей мочи к дому Святогневнева - буду вести бой на привычном поле. Там мне знаком каждый кустик, каждая травинка - пару месяцев назад мы тут уже… но об этом как-нибудь в другой раз.
– Ну, теперь подходите!
– ору я, с хрустом распрямляя сросшиеся пальцы и выпуская все сорок два когтя. Крылья по-прежнему висят безжизненными тряпками, но ничего, я и на земле превращу их в холодец!
Прыгаю вперед, в последний момент переворачиваясь на спину, и пролетаю под брюхом у шилопаука. Вспарываю ему кожу, выпуская кишки - шилопаук только называется пауком, но с членистоногими ничего общего не имеет. Так что кишки у него есть… и зубы тоже!
Зверюга клацает этими самыми зубами у меня над головой - ужасная челюсть как раз идеально приспособлена для того, чтобы хватать что-то, находящееся снизу. Но меня там уже нет - я вылетаю у него из-под задницы, нижними руками полосую монстру спину, средними хватаюсь за него, чтобы сохранить равновесие, а когтями верхних срезаю спинные шипы Погонщика Рабов. Два изогнутых рога отлетают в стороны. Боевая техника у меня только одна, но зато очень эффективная. Называется «Стиль Миксера».
Погонщик делает кульбит, спрыгивает со своего мустанга и хлещет меня кнутом. Ловлю его прямо в воздухе, одновременно впивая в спину шилопауку когти сразу трех рук - чудовище яростно вихляется, стараясь сбросить
Точнее, пытаюсь выколоть. По инерции. Само собой, у меня ничего не выходит - у шилопауков просто-напросто нет глаз. Эти твари слепы и при движении полагаются исключительно на слух и нюх - и то, и другое у них развито до чрезвычайности.
Круша кресты и могильные плиты, по дорожке проносится джип и с визгом тормозит у самого дома. Оплавленный бампер почти оторвался. Погонщик Рабов тут же отламывает его совсем и взмахивает, как бейсбольной битой. Лица под маской не видно, но, по-моему, он радуется.
На шум из дома выбегают двое - толстяк в противогазе и растерянный донельзя мертвец в докторском халате. Первый держит пистолет (отыскал-таки!), второй - заполненный шприц.
– Олег, такого я даже от тебя не ожидал!… - воскликнул Святогневнев, с выпученными глазами рассматривая пришельцев.
– Це враги народа?
– деловито уточнил Щученко, передергивая затвор.
Вместо ответа я прыгнул на водителя, снова нацеливающего на меня базуку. Когти верхних рук свистнули, разрезая смертоносную трубу пополам, когти средних отхватили мужику руки, а когти нижних впились ему в живот, выволакивая кишки наружу. Хвост взметнулся над головой, прошивая насквозь лицо уже мертвого парня. А я тут же оттолкнулся от крыши авто, сигая обратно - к шилопауку. Тварь уже оклемалась и защелкала зубами. Даже умудрилась оторвать мне кусок штанины.
Щученко что-то крикнул сквозь фильтр противогаза и выстрелил в автомобильную шину. Потом еще раз - в другую. Из машины вылезли остальные трое - автоматчик, мужик с ружьем и будха. При виде последнего полковник обильно вспотел и завопил:
– Враги народа!!! Агенты поганой Американщины!!!
Одновременно с криком он что-то швырнул прямо в машину. Очень здорово швырнул - отличный питчер мог бы получиться.
Судя по последовавшему взрыву, это была граната.
Я разобрался с шилопауком, превратив его в огромную кучу фарша, выпрямился… и едва успел снова пригнуться - над головой просвистел оторванный бампер. Погонщик Рабов размахнулся снова, но на его руке повис Святогневнев. Мертвец вцепился зубами в плечо демона, приглушенно рыча - Лев Игнатьевич все-таки дал волю людоедским инстинктам ходячего мертвеца.
Пока Погонщик и Святогневнев дубасились, я занялся будхой - он как раз в этот момент появился из горящей машины. Черный балахон превратился в пепел, обнажив ужасное тело позеленевшего трупа. Щученко, увидев эту картину, ахнул, почесал пистолетом висок и машинально полез в карман за другой гранатой.
К сожалению, другой гранаты у него не было.
Впрочем, с будхами я драться умею - прыгнул на него, хватая тварь всеми руками, ударил его гребнем в подбородок, ломая шею, как гнилую доску, и щедро обрызгал кислотой. Кислота - это самое надежное средство против будхи. Она разъедает этих уродов так, что они уже не способны восстановиться. А вот любое другое средство помогает… хотя нет, не помогает.