Шестирукий резидент
Шрифт:
Конечно, об этом планируемом развитии событий парень, убежавший из дома в одних тапочках, понятия не имел. Я даже подумал, не догнать ли его, чтобы раскрыть глаза на «невесту». Потом решил, что мне он вряд ли поверит. Если вообще выслушает.
Разгневанная девушка минут пять швыряла в меня всем подряд - книгами, стаканами, мягкими игрушками, носками, подушками, тарелками и одной птичьей клеткой (без птиц). А я без особого напряжения все это ловил и выкидывал в окно. Реакция у меня
– Ай, моя вазочка!
– запоздало вскрикнула Маша, по невнимательности бросившая в меня дорогущую хрустальную вазу. Разумеется, я выкинул в окно и ее тоже. И при этом получил искреннее, по-настоящему садистское наслаждение. Демон я или не демон?
Демон.
– У вас дверь открыта, - зашел Марат.
– А мне на голову тарелка упала.
Он вытряхнул из волос крохотные осколки фарфора и тупо уставился на царящий в кухне разгром. Я тоже оглядел получившийся бардак - чтобы видеть все пространство, даже не потребовалось поворачиваться. Мои три глаза дают обзор в двести семьдесят градусов.
И мне очень понравилось увиденное. Из всех предметов, что можно было запустить в свободный полет, уцелела только декоративная перечница. Непорядок.
– Ты что делаешь?!
– завопила Маша, кидаясь к окну, в которое я выбросил перечницу.
Теперь порядок.
– Что это у вас вещи из окна падают?
– осведомился Миша, просовывая нос в кухню.
– Кстати, Машк, у тебя там дверь открыта.
– Знаю!
– огрызнулась Маша.
– Машка, дура [цензура], ты какого [цензура] эту [цензура] из окна выкинула?!
– вошел злющий Сева, сжимая в одной руке перечницу, а другой потирая шишку на затылке.
– А дверь чего не закрываешь? Во дурища-то!
– Маш, у тебя там дверь была открыта, - почти вплотную с ним вошла Надя.
– А под окном вещи не твои валяются? Я там такого милого медвежонка нашла - можно взять, а?
– Да хоть все забирай!
Послышался щелчок дверного замка - Юре единственному хватило разумения запереть за собой дверь. Он вошел, задумчиво вертя в руках помятую клетку.
– А почему?…
– Вещи под окном или открытая дверь?
– устало уточнила Маша.
– Э-э-э… ну, дверь ты, наверное, просто закрыть забыла. А вот вещи…
– Это он их выбросил, - обвиняюще указала на меня хозяйка квартира.
– Вот урод!
– хмыкнул Сева, копаясь в холодильнике.
– [цензура], Машка, у тебя даже пива нет?
– А ну отдай, - отнял у него пакет молока я.
– Перенервничал я тут с вами, хоть молочка выпью…
– Ты зачем мои стаканы выкинул?!
– А ты зачем в меня ими кидалась?
– А ты зачем Юрку выгнал?!
– Что?
– удивился Юра.
– Не тебя, - отмахнулась Маша.
– Алексеева Юрку.
– Это который с
– Да, именно со мной!
– А зачем твой Юрка на меня с молотком пошел? Еще бы рогатину захватил! Я вам не косолапый мишка! И я ему, кстати, ничего даже не сделал - просто стоял и улыбался. Нельзя, что ли? И вообще - считайте это демонстрацией. Вам самим я вреда причинить не могу, но вот вашим вещам… Или, скажем, родственникам… Намек понятен?
– А если бы не эта дурацкая клятва, мы бы вас всех давно зарезали, - подал голос Рабан.
«Они тебя все равно не слышат», - скептично подумал я.
– А ты им озвучь.
– Угу. Иголки патефонные только наточу, и сразу.
– Что?
– снова протупил Юра.
– Да это я так, своим мыслям. Держи свой плакатик, радуйся.
Когда я протянул студенту копию «Джоконды», он сначала просветлел лицом. Касаясь рамы произведения бессмертного Леонардо, его руки заметно дрожали. Но уже в следующую секунду до него дошло, что здесь что-то не так. Он перевернул картину и отупело уставился на ценник, который я заботливо пришпилил кусочком скотча.
– Это же репродукция… - пролепетал Юра.
– Конечно, - спокойно вскрыл еще один молочный пакет я.
– Но ведь «Джоконда»?
– «Джоконда»… Но репродукция!
– Угу. Точно. А чем ты недоволен? Желание исполнено, следующий.
Я ехидно продемонстрировал ему и всем остальным договор, с которого исчезла третья подпись. Договор был не в претензии.
– Но ведь репродукция же!
– уже чуть не плакал Юра.
– [цензура] тебя, лох ушастый?
– заржал Сева.
– А не [цензура] всякую [цензура] загадывать!
– Триста пятнадцать рублей… - грустно прочитал ценник обманутый заказчик.
– Это еще и дешевая репродукция!
– Самая дешевая из всех, какие только были, - довольно подтвердил я.
– Но дырку на обоях загородить сгодится. Так кто следующий?
– Я, - подняла руку Маша.
– Но я уступаю. Можно я буду последней?
– Можно, можно, - отпихнул ее Сева.
– Значит, я хочу… хотя погодите… лучше я… нет, на [цензура]… а вот если…
– Совет надо?
– осторожно предложил Миша.
– Пошел на, - коротко ответил ему Сева.
– Так, чего бы такого… Надо как следует подумать… Что бы я такое загадал, если бы…
– Если бы у тебя были мозги?
– уточнил я.
– Тогда бы ты загадал что-нибудь умное. Ты думай, думай, я не тороплю.
– Ла-а-а-адно… - поскреб висок Сева.
– А если я попрошу… у-у-у… еще тысячу желаний?
– Увеличивать нельзя, - автоматически ответил я.
– Одно. Никаких хитростей - такие фокусы срабатывают только в глупых сказках. Хотя загадывай, если хочешь - просто потеряешь единственное.