Шестерка Сердец
Шрифт:
— Ты права. Так и есть. Это снаряды для дела, Матильда.
Движение едва заметное, но я вижу, как его челюсть поддергивается. Ага, я точно вышла на правильный след. Джей двигается с места и начинает ехать домой. Он не произносит ни слова, а я не свожу с него глаз.
Мы почти у дома, когда я шепчу:
— Ты не доверяешь мне?
Его взгляд отрывается от дороги, чтобы встретиться с моим. Он тяжело вздыхает.
— Я доверяю тебе. Дело не в доверии. А в том факте, что если бы ты знала правду, то наверняка не хотела бы меня больше, а я бы не смог без этого жить.
У меня резко перехватывает
— Думаю, ты недооцениваешь мою способность принять тебя, Джей, даже твои плохие поступки.
— Ты не можешь так говорить, Матильда. Ты не можешь так говорить, пока не узнаешь всего.
— А ты когда-нибудь мне расскажешь?
— Да, я собираюсь все рассказать. Тебе просто нужно подождать. Пожалуйста, подожди.
Мы смотрим друг на друга, кажется, целую вечность. Джею нужно, чтобы я подождала, в его просьбе слышится отчаяние, отчего мне хочется сделать это для него. Мои чувства к нему настолько сильны, что я хочу довериться Джею и позволить рассказать мне, когда он решит, что время настало. Так что, слегка кивнув, даю понять, что готова поступить, как он просит. Джей резко выдыхает с облегчением. Не стану его расспрашивать, пока для него не наступит время дать мне ответы.
Я считаю, что терпелива. Также считаю, что некоторые вещи стоят ожидания, а Джей, безусловно, один из таких.
Когда я, наконец, отвожу взгляд, усталость подбивает меня, словно кузнечным молотом. Справляться со всей этой эмоциональной неразберихой так изнурительно. Мы заходим внутрь, каждый в свою комнату. Когда я все-таки добираюсь до кровати, то начинаю пялиться в потолок и гадать: что же он сделал такого плохого, что думает, будто я его больше не захочу?
ГЛАВА 24
Следующим утром показывается Мишель, чтобы позавтракать со мной перед работой. Совершенно забыла, что мы договорились об этом на прошлой неделе. Джей еще не встал, когда я открываю ей дверь.
Какое-то время мы сидим и болтаем. Папа заходит и что-то быстро перекусывает, прежде чем уйти на запланированную ранним утром встречу. Джей входит, выглядя восхитительно взъерошенным ото сна. Его волосы в беспорядке, а футболка помята. И вот честно, нужно правило, запрещающее ему ходить по дому в одних боксерах. Его бедра просто чертовски… великолепны. Все такие мускулистые, подтянутые, сексуальные и очень крепкие. Эти бедра были предназначены для баловства, и скажу я вам, они балуют.
Мишель поигрывает бровями, смотря на меня, когда Джей заходит, а я говорю ей взглядом «молчать». У нас еще не было шанса хорошенько обсудить, что происходит между мной и Джеем, и я вижу, ее это убивает.
Подергивание бровями превращается в нахмуренный взгляд, когда подруга сосредотачивается на моей шее.
— Что это? — спрашивает она, наклоняясь с любопытством и дергая за ворот моей блузки. — Синяк? — продолжает она.
Я неловко поднимаю руку к горлу. Не видела никаких синяков, когда собиралась этим утром, но опять же, я немного спешила, поэтому
— Думаю, это синяк, — говорит утвердительно Мишель. Я встаю из-за стола и иду посмотреться в зеркало. Как она и сказала, на шее есть маленький серый синяк. По сути, там три маленьких синяка подряд. Образ того, как прошлой ночью Джей хватает меня за шею на заднем сиденье своей машины, мелькает в моей голове. О, Боже, он действительно был груб со мной.
— Ага, похоже, ты права, — говорю я тихо, расправляя обратно свой воротник. — У меня постоянно появляются эти загадочные синяки, никогда не знаю, откуда они берутся.
— Вот как? — говорит Мишель. В ее глазах светится огонек, отчего я задумываюсь, подозревает ли она о том, что я точно знаю, откуда они взялись. Бросаю взгляд на Джея, и в выражении его лица безошибочное возбуждение. Он тоже помнит.
Я краснею.
Он, должно быть, замечает это, потому что приходит мне на помощь, сосредотачивая свое внимание на Мишель.
— Так я слышал, что вы с Джесси снова мнете друг другу киски. Что происходит?
Клянусь, я чуть не выплюнула апельсиновый сок, который пила.
— Ха-ха! — громко произносит Мишель. — Хорошая фразочка. Возьму на заметку. И, да, так и есть. У нас маленькая сексуальная связь. Это довольно увлекательно.
Джей пересекает комнату и садится с нами за стол. Он откусывает от моего наполовину съеденного рогалика так, словно это самая естественная вещь на свете. Я смотрю на Джея с насмешливым возмущением, на что он нагло мне подмигивает.
— Сексуальная связь? — спрашивает он беспечно. — Ты уверена, что это все?
Губы Мишель неуловимо поджимаются.
— Да. Почему ты спрашиваешь?
Он пожимает плечами.
— Просто мне кажется, она нравится тебе больше, чем ты хочешь признать.
Мишель бросает на меня раздраженный взгляд.
— Боже, Матильда, скажи ему. Я не привязываюсь. А если и привяжусь, то к мужчине. Не в обиду Джесси или еще что-то.
— О, так ты просто используешь мою подругу? Очень мило. Должно быть, очень гордишься собой.
Тон Джея на грани взбешенного, но тут что-то не так. Словно он симулирует гнев, чтобы добиться желанного результата. Мишель поникает, в ее глазах растет вина.
Она отвечает тихим голосом:
— Нет, я так не делаю. Пожалуйста, не говори этого Джесси.
— Какая тебе разница, если я скажу? Ты же сама сказала, что не привязана к ней.
— Да, но просто… ладно, слушай, ты ведь знаешь, какого порой иметь идеал человека, с которым ты хочешь быть? Например, ты всегда целишься на здоровых метросексуалов. Но затем встречаешь коллегу по работе, который немного занудный, и не знает ничего о стиле или красивой внешности. Ты сразу отвергаешь этого человека в качестве романтического интереса и заносишь в категорию друзей. Но затем узнаешь его лучше, проходит время, и начинает расти к нему влечение, потому что его характер или что-то в нем, будь то внутренний мир или что угодно, просто захватывает тебя. И тогда ни с того ни с сего ты обнаруживаешь, что у тебя возникают серьезные чувства к этому человеку, чувства, которые ты никогда не ожидал.