Шестерка Сердец
Шрифт:
Почесывая нервно свою руку, я отвечаю:
— У меня свидание.
— Свидание? Ну, разве это не замечательно. Ты выглядишь прелестно.
Я слегка улыбаюсь ему.
— Спасибо, пап.
Все это время Джей молча смотрит на меня. Я закидываю свою сумку на плечо и поворачиваюсь, чтобы уйти.
— Я провожу тебя, — говорит он тогда, вскакивая со своего места и следуя за мной. Я иду к двери и выхожу наружу, прежде чем повернуться к нему. Джей кладет свои руки мне на плечи и смотрит на меня свысока, изучая мое лицо.
— Не нервничай. Повар-кретин — счастливчик оттого, что ты
Делаю глубокий вдох, и его слова на самом деле прибавляют мне больше уверенности, словно я могу это выдержать.
— Я постараюсь. Спасибо, Джей.
— Не за что, — говорит он, затем пробегает рукой по ткани моей рубашки и дразнит: — Вы только посмотрите на этот охренительный наряд — такой ангельский, что мне хочется сделать что-нибудь порочное.
У меня отвисает челюсть, и я поднимаю на него взгляд. Джей склоняется и дарит самый нежный и легкий поцелуй в щеку. Я прикасаюсь к ней, когда двигаюсь в сторону автобусной остановки. Боже, как бы мне хотелось пойти на обед с ним вместо Оуэна. Не то, чтобы с Оуэном что-то не так. Уверена, он не кретин, как выражается Джей. Просто, кажется, что все мужчины бледнеют в сравнении с иллюзионистом, живущем со мной под одной крышей.
Когда я добираюсь до ресторана — стильного бистро — стою снаружи около пяти минут, не решаясь войти. Мое сердце слишком быстро стучит, а руки трясутся. Я делаю вдох и выдох, нуждаясь в еще одной зажигательной речи Джея. Но его нет здесь, и рано или поздно мне придется войти внутрь. Я точно не позволю себе струсить и уйти.
Когда я, наконец, захожу, на террасе замечаю Оуэна, сидящего за столиком на двоих. Каждый шаг кажется милей, пока я иду к нему, и Оуэн поднимает на меня глаза. Я подхожу к столу, он встает и целует меня в щеку. Я разочарована, что это не вызывает у меня бабочек, как поцелуй Джея.
— Ты Матильда, — говорит он.
— Да, это я, — отвечаю тупо.
Он улыбается.
— Я Оуэн.
Он выдвигает для меня стул, что очень вежливо с его стороны, и я сажусь. На столе лежит меню, поэтому беру его, чтобы чем-то занять свои руки. Проходит официант с подносом напитков, и я задумываюсь, почему не выпила пару стаканчиков, прежде чем прийти сюда. Будь я подвыпившей, моя нервозность была бы менее очевидной. Хотя быть откровенно пьяной, возможно, тоже не очень-то хорошо бы выглядело.
— Так значит ты - повар. Что посоветуешь мне заказать? — спрашиваю я, стараясь, чтобы голос звучал взросло и уверенно. Однако он звучит странно даже для моих ушей.
Оуэн улыбается.
— Ну, здесь я не работаю, но курица в качестве основного блюда звучит неплохо.
— Я люблю курицу. Но не искусственно обработанную. На вкус она как резина.
Неужели я, блин, сказала это? Убейте меня сейчас же.
Но это не полная катастрофа потому, что Оуэн соглашается:
— Да, эта гадость ужасна. Я отказываюсь верить, что это настоящая курица.
Его слова вызывают у меня смех.
— О, Боже, что это тогда может быть? Думаешь, они кормят
Оуэн наклоняется и шепчет:
— Там может оказаться что угодно. Но давай не будем говорить об этом здесь. У стен есть уши.
На этот раз я смеюсь еще громче. На удивление все проходит хорошо. Мы говорим немного о работе, и я рассказываю ему о своем шитье. Он кажется внимательным и заинтересованным, и я считаю, что это хороший знак. Я всегда спотыкалась на этом в разговорах с мужчинами из бара, когда мы бывали там с Мишель, и их взгляды совершенно тускнели, когда я рассказывала о себе. И в основном все эти потухшие глаза были сосредоточены на моей груди, а не на лице.
Когда нам приносят еду, у меня раздается громкий сигнал сообщения. Я решаю не обращать на него внимания, но Оуэн настаивает, чтобы я проверила, поскольку это может быть очень важно. Совсем нет. Оно от Джея.
Шерлок Холмс к вашим Услугам: Ватсон, где вы храните газонокосилку?
Ага, именно так он записал свое имя. Я сразу же исправляю его на просто «Джей».
Матильда: Она в сарае. Я не собираюсь спрашивать, зачем она тебе понадобилась. P. S. я не оставляю твое имя таким, ты, большой идиот.
Джей: Уже в сарае. Не могу ее найти. Хочу покосить газон. Сохрани имя или столкнешься с последствиями.
Матильда: Почему ты отвлекаешь меня этим? Не можешь спросить у папы? Я рассмеюсь в лицо твоим последствиям.
Джей: Он вышел. Посмеешься над последствиями? Мне нужно отшлепать тебя за твою дерзость.
Не знаю, что сказать на это, и вообще заливаюсь румянцем. Мой палец зависает над экраном, пока я пытаюсь придумать умный ответ, и тут приходит другое сообщение.
Джей: Забыл спросить, как проходит свидание?
Матильда: Проходило бы лучше, если бы ты грубо не прерывал нас!
Джей: Значит хорошо проходит. Он джентльмен? Лучше бы ему быть. Не хотелось бы идти туда и размахивать кулаками ярости.
Ухмыляясь, я убираю свой телефон обратно в сумку, полагая, что и так заставила Оуэна ждать. Мы продолжаем есть и разговаривать, а телефон еще несколько раз сигналит. В итоге я выключаю его.
Чего бы Джей ни хотел, это может подождать. Оуэн, кажется, слегка недоумевает, почему я игнорирую телефон. Здорово, теперь он наверно считает, что я стерва, которая игнорирует сообщения друзей.
Наше свидание заканчивается, и Оуэн провожает меня до автобусной остановки. Оказывается, он пришел в ресторан пешком, потому что живет поблизости. Оуэн тихо предлагает еще как-нибудь это повторить, я улыбаюсь ему и соглашаюсь. Затем мы обмениваемся номерами. Когда подходит мой автобус, он придвигается то ли для поцелуя, то ли для объятия. Мои нервы берут надо мной верх, и я быстро запрыгиваю в автобус, бешено махая рукой на прощанье, как идиотка.