Шептуха
Шрифт:
Через дорогу находился продуктовый магазин. Когда я вошла внутрь, колокольчик над дверью пронзительно звякнул.
– Добрый день, не могли бы вы подсказать мне, где живет шептуха? – спросила я у продавщицы.
Женщина окинула меня взглядом.
– Не знала, что к Яге приезжают и из города.
Я позволила ей втянуть себя в разговор. Рано или поздно все и так узнают, что я новая ученица. Это будет нетрудно заметить, раз я буду околачиваться тут целый год.
– Я приехала на практику, – призналась я.
– Ох! Хочешь стать шептухой? –
– Очевидно, у меня нет выбора. – Я кисло улыбнулась. – Вы не подскажете, как к ней попасть? Я и так немного опаздываю.
– Конечно!
Она вывела меня на улицу и показала пальцем.
– Видишь вон тот перекресток? – Она подождала, пока я кивну. – Надо свернуть налево, на дорогу, ведущую к лесу. Она ведет напрямик. Иди по ней, пока не дойдешь до очередных построек и перекрестка. Там повернешь направо, а затем нужно держаться асфальтированной дороги. Она приведет тебя к дому шептухи. Он стоит последним, у самого леса.
Я старалась быстро запомнить все сказанное.
– А это далеко? – спросила я, думая о своих ногах. – Может, можно на чем-нибудь доехать, на автобусе, например.
– Мне жаль, дорогуша, – засмеялась продавщица, – но придется тебе идти пешком. Тут недалеко, всего-то три или четыре километра. Что это для такой молодой девчонки? Передай, пожалуйста, от меня привет нашей дорогой Яге.
Напоследок она похлопала меня по плечу и вернулась в магазин обслуживать очередных покупателей. Я присела на парапет рядом с магазином и, сняв туфли, внимательно осмотрела пятки. Да уж, расстояние я пока преодолела небольшое, а кожа на сухожилиях уже покраснела. К тому времени, как добреду до шептухи, наверняка натру мозоли.
Я открыла сумочку и порылась внутри. Наконец на самом дне нашлось несколько пластырей, которые я убрала в карман плаща. Сейчас уже не было смысла снимать колготки, спрятавшись в кустах, и наклеивать пластыри – сделаю это в ванной, когда доберусь до места.
Если у шептухи есть ванная. Внутри все похолодело при мысли о том, что у нее может быть только деревянный туалет.
Но пора в путь! Я перекинула сумку через плечо и отважно направилась к перекрестку.
Он оказался дальше, чем я думала – словно отдалялся с каждым шагом. Когда я наконец добралась до него, то запыхалась так, будто бежала все это время. В плаще было слишком жарко, но снимать его не хотелось, чтобы не пришлось нести в руках.
Ноги горели огнем. Я чувствовала, как неудобная и в высшей степени непрактичная для такой прогулки обувь с каждым шагом все сильнее натирает мне мозоли. Присев, я осмотрела ступни и попыталась снять туфлю с левой ноги, но она не поддавалась. Через мгновение я поняла, в чем дело – задник туфли приклеился к колготкам… Я посмотрела на стертую до крови кожу после лопнувшего волдыря, и к глазам подступили слезы.
Где я так согрешила? Что я такого сделала, что боги теперь так меня наказывают?
Ну, по крайней мере, когда на левой ступне лопнул волдырь, она стала чуть меньше болеть.
Я посмотрела перед собой. Вдалеке
Я попыталась сделать несколько шагов, но ноги болели все сильнее. В конце концов мне пришлось остановиться и, ругаясь на чем свет стоит, снять туфли. Стараясь не думать о столбняке (перед отъездом я снова сделала прививку, на всякий случай – а что!), я зашагала по асфальту в одних колготках. На мгновение это даже принесло мне облегчение, когда изящные и узкие носки туфель перестали тисками сжимать пальцы, а пятки – касаться волдырей и ран.
Облегчение испарилось, когда я поняла, каким холодным был асфальт. Термометры могли показывать больше десяти градусов на солнце, но земля все равно еще не прогрелась. Я быстро пошла вперед, в надежде как можно реже наступать на асфальт, но, несмотря на это, я была уверена, что подхвачу насморк.
На полпути в гору я решила, что ненавижу свою жизнь и что прямо сейчас, не обращая внимания на клещей, муравьев и змей, улягусь на простирающемся вдоль дороги лугу, чтобы немного отдохнуть.
Моя аккуратно уложенная прическа растрепалась, а волосы, мокрые от пота, то и дело липли к лицу. Я коснулась своих щек – они были ледяными. Наверняка я выгляжу так, будто перестаралась с румянами. Дождя давно не было, поэтому дорога была пыльной. Я знала, что мои ноги, плащ и волосы тоже в пыли. Настоящий профессионализм. Сразу видно – врач идет!
Позади я услышала стук подков об асфальт и послушно отошла на узкую обочину, чтобы повозка могла меня объехать. Дорога была не слишком широкой, и мне не хотелось, чтобы воз меня задел.
Несколько минут назад по дороге проезжала другая телега, и я надеялась, что меня подбросят, но она была полностью загружена бревнами, так что я никак бы туда не поместилась. Возница предложил мне сесть рядом с ним на козлы, но от него за версту несло самогоном, поэтому я решила не рисковать.
Еще раньше мимо проезжал легковой автомобиль – но тоже набитый людьми под завязку. Не оставалось ничего другого, как идти пешком.
В этот раз меня обогнал вороной жеребец с белыми щетками у копыт. Я быстро отошла. Еще никогда мне не приходилось видеть такого громадного коня – около двух метров в холке! Казалось, могучий скакун тянет за собой телегу без всяких усилий. Вдруг он притормозил, так как сзади кто-то цокнул и слегка натянул поводья.
– Может, вас подвезти? – раздался надо мной дружелюбный голос.
Я удивленно подняла голову и в следующую секунду горько пожалела о своем внешнем виде.
На козлах сидел самый красивый мужчина, которого я когда-либо видела, а может, мне просто так показалось, потому что свет, бьющий ему в спину, слепил мне глаза.
Я быстро убрала волосы с лица, чтобы выглядеть получше и – самое главное – получше его рассмотреть.
– Спасибо, – сказала я подозрительно высоким голосом и быстро прокашлялась. – Буду признательна.