Шёпот Ночи

Keril

В тот день Клавдия так и не дождалась звонка Сергея. "Ну ничего, может, вспомнит и завтра позвонит", — подумала она и легла спать.

Ближе к десяти вечера Наташа возвращалась домой, она жила в другой стороне посёлка, поэтому прогулка заняла у неё длительное время. По пути она зашла в магазин, купила хлеб, растительного масла и полтора литра лимонада. Солнце уже почти зашло, девушка решила срезать путь и пошла через тропинку у оврага, тропинка была узкая много камней. К её несчастью по той же дороге возвращался домой местный пьяница, он потерял работу, был по уши в долгах и жил один. Завидев в сумерках одинокую девушку с пакетом продуктов,

да и на этой безлюдной тропинке, он решил, почему бы и нет: может, удастся что-то с неё поиметь.

— Эй! — сказал он негромко, но так чтобы она услышала.

Наташа остановилась, он стоял в десяти метрах от неё, смотрел ей прямо в глаза. Ей стало страшно, мурашки пробежали по позвоночнику, как-то резко похолодало, что-то тёплое потекло по её ногам.

— Я с тобой разговариваю! — он сделал ещё несколько шагов к ней, — кто такая? Что здесь делаешь?

— А вам какая разница? — она выдала себя дрогнувшим голосом.

Пьяница набросился на неё, обхватив одной рукой, и зажал рот другой. Наташа в отчаянии укусила его за руку, тот взвизгнул, убрал ладонь, но хватки не ослабил. Девушка закричала:

— Помогите!

— Заткнись, сука! — выдал он от злобы на сопротивление, казалось бы, безропотной жертвы, отпустил руку, которой обхватывал, и ударил девушку кулаком по лицу.

Наташа сама не поняла, как упала на землю, ударилась головой о камень и потеряла сознание. Пьяница внезапно осознал серьёзность положения, если его поймают, что с ним будет в тюрьме, если там узнают, за что его отправили. А если она несовершеннолетняя? Он испугался и решил бежать домой, но своего не упустил, прихватив её пакет с продуктами.

* * *

Когда девушка пришла в себя, была уже глубокая ночь. Она была в том же месте: на безлюдной тропинке через овраг. Нос окаменел, голова гудела. Где-то у затылка пощипывала рана. Она поняла, что лицо испачкано чем-то мокрым, вытерла рукой и в свете луны поняла, что это кровь. Она поднялась на ноги и заковыляла домой. Девушка плакала, но не от боли, а от обиды, ведь она никому не желала зла, и ей просто не повезло оказаться на узкой дорожке с этой мразью. Её майка была вся в дорожной пыли, а джинсовые шорты были мокрыми от мочи. Нужно было выйти на дорогу, оттуда до дома совсем близко и вызвать скорую, а уж они и полицию позовут. Сделать надо, но она не была уверена, что его найдут. Ей в спину подул холодный ветерок, и как будто кто-то был за ней. Неужели он вернулся, чтобы её добить или изнасиловать? Наташа развернулась, но там стоял не он, а высокая по сравнению с ней женщина в белой блузке и чёрной юбке, она смотрела ей прямо в глаза. В глазах было сострадание. Какой у неё взгляд… В нём можно утонуть навсегда. Женщина улыбнулась, но как-то холодно и безжизненно.

— Что вам нужно? — спросила девушка.

— С тобой плохо обошлись, — ответила женщина.

— Вы кто?

— Зови меня Кристиной. Я просто хочу тебе помочь.

— Как? Вы найдёте этого подонка? — усмешка невольно сама вырвалась.

Улыбка сошла с губ женщины. Она подошла ближе, между ней и Наташей было расстояние вытянутой руки. Девушка увидела, что у новой знакомой были красные глаза.

— Нет, душа моя, ты сама его накажешь.

Девушка тихо посмеялась.

— Вы шутите. Как же я его смогу наказать? Только если полиция его найдёт.

— Ты его найдёшь и накажешь. Никто не посмеет тебя больше обидеть.

Женщина распахнула объятия. Наташа больше не сопротивлялась

и кинулась в её руки. Она ощутила, как что-то острое прокололо её шею и где-то в дали, мираж её затуманенного рассудка, замерцал серебряный свет. Она закрыла глаза и больше не помнила ничего.

Глава 9

На следующий день Леонид проснулся около десяти часов утра. Как ни странно, чувствовал он себя отдохнувшим, погода была, как и предыдущий день, ясной. Мужчина поднялся с кровати, на которой ещё несколько лет назад спал его отец, и пошёл в комнаты. Саша ещё спал во второй комнате, рядом лежали две пустые банки пива и открытый пакет с недоеденными сухариками. Терапевт даже не стал раздеваться, спал прямо в рубашке и брюках. Из передней вышел Сергей, он потягивался на ходу и зевал.

— О, пап, ты уже встал.

Леонид не стал отвечать сыну. Всё и так было ясно. Вместо ответа он сам задал вопрос:

— А дед где?

Юноша развёл руками.

— Ты проснулся раньше, я думал — ты знаешь, — ответил он.

— Нет, Серёж, я не знаю.

Леонид подошёл к окну.

— Смотри, Сашин "жигулёнок" тоже исчез. Видно, на нём дед и уехал куда-то, — он махнул рукой, — ладно, вернётся. Пошли завтракать.

— Отличная мысль.

Сын сел за стол, а отец достал из холодильника сыр и куриные яйца, из сыра сделал бутерброды, а яйца поставил вариться. Саша продолжал спать в средней комнате.

— Клаву видел? — спросил Леонид.

— Да, видел вчера. Надо бы ей позвонить.

— Позвони, конечно. Она — девчонка красивая.

Лёня взял две чашки и налил в них остывший чай. Они с сыном любили пить холодный.

— Поешь и позвони, думаю, она в это время уже не спит, — закончил он.

Сергей допил чай, встал и пошёл во двор.

— А как же яйца? — спросил Леонид.

— Потом поем.

Юноша вышел.

— Ну как хочешь.

* * *

А тем временем Клавдия наблюдала в окно, как её мать принесла лошади навильник сена, у неё зазвонил телефон, женщина оставила вилы у стенки сарая и ответила. Она с кем-то обменялась парой слов и положила телефон обратно в карман джинсов, этот звонок её явно озадачил. Девушка отошла от окна и пошла в комнату к отцу. Тот читал районную газету. Мужчина оторвал взгляд, заметив, что кто-то к нему зашёл, увидев дочь, он улыбнулся.

— Садись, дочка.

Клавдия села на край отцовой тахты.

— Что случилось? — спросил Пётр.

Дочь не стала ничего отвечать, её не покидало чувство тревоги или даже страха перед чем-то неизвестным, как будто к её семье со вчерашнего дня стала приближаться некая опасность. Она села ближе к отцу и обняла его.

— Да что у тебя случилось-то? Тебя никто не обидел? — Пётр обнял Клавдию в ответ, — если тебя кто-то хоть пальцем тронет, я его придушу голыми руками! Ты не думай, что я калека!

— Не надо, папуль, просто мне немного тревожно.

— Из-за поступления?

Клава кивнула.

— Да, так и есть, — она понимала, что это обман, но отцу было ни к чему волноваться.

Из коридора её позвала мать.

— Ладно, пап, я пойду. Мама зовёт.

— Иди, дочка.

Клава пришла на кухню, там её уже ждала мать.

— Наташа во сколько от нас ушла? — спросила она.

— Вечером, часов в восемь, солнце уже заходило, а что?

Анастасия вздохнула.

— Звонила её мать, сказала, что она домой так и не пришла.