Шёпот Ночи
Шрифт:
— Ну, папа даёт! — сказал он.
— Это не папа, а всего лишь твой дед готовится к твоему приезду, — ответил знакомый голос из-за спины.
Сергей вздрогнул от страха, повернулся, готовый увидеть воскресшего деда Степана, но увидел другого своего деда — Владимира, который, как он думал, остался в Пензе. Сергей выдохнул. Дед как всегда был на шаг впереди, даже в этом вопросе. Его не проведёшь.
— Дед?
— Дед, дед, — сказал Владимир, — а сейчас я эту лапшу про девушку из Москвы со своих ушей стряхиваю, мы садимся за стол, и ты за чашечкой чая мне подробненько рассказываешь
Сергей поджал губы и был вынужден подчиниться.
Глава 4
Дождавшись, когда Сергей бросит сумку на пол и сядет за стол, Владимир сел рядом с внуком. Он был одет в рубашку-поло и тёмно-зелёные брюки, на поясе висела кобура с пистолетом Макарова, Сергей думал, что это травматический. Дед посмотрел своему внуку в глаза. Этот взгляд был обезоруживающий. Ещё в детстве, когда Сергей совершал проступок, дед всегда узнавал от него чистую правду. Да и врать уже не имело смысла.
— Рассказывай, — мягко попросил дед.
Сергей налил чай из заварного чайника, долил кипятка из самовара, затем пригубил и поставил чашку. Глубоко вздохнув, он начал рассказ.
— В общем, начинать надо с того, что произошло полгода назад, — Сергей смотрел куда-то в сторону, — отец тогда получил письмо от юриста из Пензы, который занимался завещанием деда Степана, сказал, что после вступление в права наследства отцу было выдано не всё, кое-что Степан Иванович просил отдать только через три года после его кончины.
— И что же это было?
— Я так понял, речь шла о ячейке в одном из пензенских банков. Отец уехал туда незамедлительно.
Владимир закивал.
— Да, помню, он приезжал ко мне, — сказал он.
— Так вот, — продолжил Сергей, — отец вернулся в Петербург с увесистым брифкейсом.
— Чемоданом, по-русски.
— Да. Он занялся изучением этих бумаг, буквально погрузился в них с головой. Сначала у него получалось совмещать его "новое хобби" с работой и он даже помогал маме с моей сестрой. Но потом он обнаружил, что помимо бумаг в брифкейсе лежало несколько тетрадок по девяносто шесть листов. И вот тогда он совсем ушёл в это дело, обо всём забыл, с работы уволился. После получения брифкейса прошло два месяца. Он всё дочитал, передал маме все свои накопления и уехал в Зарубино.
— А что было в том чемодане, ты не узнавал?
— Пытался узнать, дед, но отец меня не подпускал к бумагам, — Сергей сделал ещё глоток чая, — но всё же мне удалось прочитать содержимое одной из тетрадей.
— Так, и что же там было.
— Дед рассказывал о своём детстве, о том, как в годы Великой Отечественной Войны, он ходил в лес. К счастью, силы врага не дошли до Пензенской области. Одним летним вечером в лесу он встретил женщину, красивую, но, как он пишет, "холодную". Она его тоже увидела. Он остолбенел от её взгляда. У неё были красные глаза и ни следа загара. Это была его школьная учительница. Она подозвала деда Степана к себе.
— Ну и что? Может это был какой-то маскарад. Может она любовника в лесу ждала?
— Но тут дед пишет, что её похоронили за два дня до этого, а на следующий день после её похорон её могилу
— Занимательно. Больше похоже на байку, которой старики тешат детей, — Владимир снова посмотрел Сергею в глаза, — только вот Степан никогда не лгал, и его сын Леонид — тоже. А вот ты, внучек, лгать не умеешь, хотя иногда пытаешься. И, вообще, люди перед смертью, как правило, не лгут, — он оторвал взгляд от внука, потом допил чай в чашке, — мне бы хотелось взглянуть на эти бумаги. Отец их брал с собой?
Сергей кивнул.
— Брал, они где-то здесь. Ты когда сюда зашёл?
— Около часа назад, готовился к твоему приходу, — Владимир развёл руками, — не успел осмотреться.
Тут пришла очередь внука задавать вопросы.
— Подожди, дед! А как ты попал в этот дом?
Старик грустно улыбнулся.
— Понимаешь, Серёж, мы со Степаном были близкими друзьями, — Владимир налил себе кипятка из самовара, — сдружились мы после того, как его сын и моя дочь создали семью. Мы частенько заезжали друг к другу, мы ходили на охоту, когда я приезжал сюда, и в ресторан, когда он приезжал ко мне. Когда родился ты, Лёня с Катей уже жили в Петербурге. Я был у него в гостях, когда они привезли тебя маленького. Тебе было меньше года. Он плакал, когда взял тебя на руки, — дед сделал глоток чая, — а я плакал, когда его не стало. Поэтому я всегда знал, где Степан прятал запасной ключ и, где лежит его кухонная утварь.
— Надо же! — Сергей был в восхищении от того, что его деды были друг другу почти братьями.
— А теперь, Серёж, нам надо узнать, где твой отец и разузнать у него все подробности. Для начала надо банально ему позвонить.
— У него был недоступен неделю назад, с тех пор я не звонил ему.
— Самое время это исправить.
Глава 5
Леонид уже восьмой час сидел за столиком в придорожном кафе. Чай, который он заказал, стоял в белой чашке нетронутым, он уже успел остыть. Леонид смотрел куда-то мимо всего, Саша обещал придти за ним сразу после пяти часов вечера. Его мысли замедлили ход, могло показаться, что он задремал, но он не дремал. Он ждал. Ждал, когда пройдёт жара, когда солнце скроется за горизонтом, вот тогда и вернётся аппетит. Может, зря он отказался от предложения Кристины? Может вернуться ночью в лес?
— С Вами всё в порядке? — он настолько ушёл в себя, что не заметил, как подошла буфетчица и взяла его за плечо, — может отвести Вас в подсобку? Там прохладнее.
Леонид посмотрел на женщину, ей стало не по себе от этого взгляда: будто бы оживший мертвец смотрел прямо в глубину её души. Она невольно сделала шаг назад.
— Сколько времени? — спросил Леонид.
Женщина посмотрела на настенные часы над барной стойкой.
— Почти пять, без трёх минут.
Леонид снова вернул голову в прежнее положение.