Shell шокирует мир

Кумминс Ян

С этой встречи Берд ушел, имея в кармане письменное разрешение султана через нескольких месяцев вернуться в Оман с другой группой геологов. Вскоре он воспользовался этой возможностью, и на сей раз экспедицию сопровождал личный представитель Сайда. Но как только группа вступила на территорию, контролируемую имамом, она немедленно была обстреляна и вынуждена поспешно отступить.

К этому времени ставки еще более возросли из-за небольшой войны за раздел сфер влияния в этом богом забытом уголке, о котором многие даже не слышали. Но Shell и другие нефтяные компании теперь уже серьезно относились к поискам нефти в Омане. Поэтому кризис в Бураими, который привел к началу боевых действий между Оманом и Саудовской Аравией, чьи интересы столкнулись

как в нефтяном вопросе, так и из-за саудовской поддержки диссидентов отчаянно противодействующих любому расширению границ влияния султана во внутренних областях страны, сыграл на руку Сайду. Султан искусно и вполне успешно манипулировал ситуацией, чтобы гарантировать материальную британскую помощь в деле объединения нации.

Темп событий значительно ускорился. В 1954 г. Shell, Standard of New York, Mobil, Compagnie Francaise des Petroles и ВР создали новое подразделение для ведения нефтеразведки в султанате. Компанию назвали Petroleum Development (Oman) Ltd., в дальнейшем – PDO.

Два года спустя в 150 милях от Фахуда компания PDO пробурила первую скважину. Она оказалась сухой. Учитывая этот факт и все местные трудности, сопровождавшие проведение работ, большинство партнеров тут же прекратили свое участие в проекте. Бурение скважин оказалось исключительно дорогим, и не в последнюю очередь потому, что для охраны персонала и механизмов требовалось содержать на месте фактически настоящую частную армию, финансирование которой осуществлялось преимущественно за счет Shell. Кроме того, необходимо было доставлять на побережье центрального Омана и транспортировать через пустыню вглубь страны и другие труднодоступные места массу громоздкого оборудования.

Но это не напугало Shell: ведомая, как это часто случалось в ее истории, сырьевым голодом, компания приняла на себя обязанности вышедших из проекта партнеров и продолжила поиски в качестве 85 %-ного владельца компании PDO. Однако ситуация с безопасностью во внутренних областях страны серьезно ухудшилась в результате поднятого мятежа, приведшего к кровопролитию.

ГОРНАЯ КРЕПОСТЬ

После смерти старого имама его место занял еще более консервативный и просаудовски настроенный Галиб бин Али аль-Хинаи. Воспользовавшись этим, активные участники мятежа – при поддержке политически ловкого и мощного брата Талиба Талиба, правителя близлежащей области Ростак, – расценили присутствие иностранных нефтяников близ Фахуда как свидетельство нападения на автономный имамат.

Повстанцы расположили свой военный штаб в огромной крепости на Жебель Ахдар (Зеленой горе) – самой высокой вершине Омана, возвышавшейся на 10 тыс. футов. К тому времени брат имама Талиб официально возглавил мятеж и был объявлен эмиром Жебель Ахдара.

Поскольку саудовские войска концентрировались на границе с Оманом, что в конечном счете могло перерасти в серьезный вооруженный конфликт на далеком юге страны, султан Сайд, интересы которого Shell энергично, но осторожно лоббировала в Лондоне, получил британскую военную помощь на земле и в воздухе. Города и деревни, расположенные в автономной области, из которой военный отряд султана в недавнем прошлом был вынужден позорно бежать, теперь подвергались бомбежке и ракетным обстрелам королевскими ВВС.

Некоторые идеи по поводу того, кто мог фактически спровоцировать начало серьезных боевых действий, можно получить из разговора, который состоялся в Маскате между султаном Саидом, его легендарным военачальником полковником (позднее – бригадиром) Колином Максвеллом и «человеком Shell» Фрэнсисом Хьюзом, представителем компании и генеральным директором в Омане. Полковник задал своему хозяину специфический вопрос, связанный с текущей военной ситуацией. Ответ султана был показателен: «О, не спрашивайте меня об этом. Человек, который может дать реальный ответ на ваш вопрос – господин Хьюз».

Самая большая военная проблема для султана – и для мистера Хьюза – состояла

в том, что повстанцы Талиба, выбитые из городов и деревень, закрепились высоко на Жебель Ахдаре, где их еще сохранившаяся военная мощь, а также оборонительная дисциплина и тактика впечатляли британские войска. Казалось, что они смогут оставаться в этой крепости вечно. Необходим был прямой штурм цитадели мятежников, и британский спецназ провел его под покровом ночи с 25 на 26 января 1959 г. Ключевую роль в этой операции сыграл полк, одним из командиров которого был молодой офицер по имени Питер де Ла Билльер. За свое участие в сражении за гору он был награжден Военным крестом, а в конце своей карьеры, после того, как побывал командующим британскими силами во время войны в Ираке, возвратился в Оман уже в качестве генерала.

С падением горной крепости и уходом Талиба в Саудовскую Аравию, где он присоединился к своему брату Талибу, мятеж был почти подавлен. Редкие перестрелки продолжалась в течение нескольких лет, поэтому нефтяникам Shell-PDO и их подрядчикам, работавшим в глубине страны, приходилось соблюдать особую осторожность, перемещаясь по дорогам, которые мятежники продолжали минировать до начала 1960-х гг.

После анализа данных, полученных в ходе геолого-разведочных работ, область поисков в 1962 г. была смещена в район под названием Иибал, расположенный в 25 милях от Фахуда. Как и в предыдущем случае, первая скважина оказалась сухой. Буровая установка была перемещена на короткое расстояние, и началось бурение скважины Иибал-2. И вот, 18 сентября, спустя почти 40 лет после начала поисков, нефть наконец-то была найдена. Пробуренная скважина производила в час немногим более 20 баррелей чистой нефти. Эта находка стоила дорого: долгие, трудные, а иногда и сопряженные с серьезной опасностью поиски обошлись в общей сложности более чем в 20 млн долларов.

Находка в иссушенной пустыне на севере центрального Омана стала успешным финалом особенно изнурительных поисков, но одновременно она же положила начало для еще более трудного процесса становления в этой стране международной нефтедобывающей промышленности и превращения султаната в богатого экспортера. Проблемы, с которыми столкнулась Shell в процессе «продвижения» Омана из средневековой изоляции через дворцовые перевороты и ожесточенную партизанскую войну к некоему подобию цивилизации XX века, даже для компании такого размера, с мощными финансовыми мускулами и серьезным политическим влиянием, были огромны.

После первой находки в 1964 г. последовали следующие, в Натихе и в Фахуде, всего на расстоянии одной мили от первой сухой скважины. Попытки определить границы нефтяного месторождения привели к тому, что буровая установка постепенно была перемещена в каменную долину, где была расположена скважина Фахуд-1. И теперь, всего в 150 метрах от этой заброшенной скважины, после бурения которой, как уже было сказано, многие партнеры вышли из проекта, производительность скважины Фахуд-18 стала наглядной иллюстрацией невероятно противоречивой и сложной геологии Омана. Султанату было суждено получить печальную известность как земле, очень неохотно раскрывающей свои подземные тайны.

КРАЙ ИЗОБИЛИЯ

Открывшаяся возможность добывать нефть в коммерческих масштабах вывела на передний план отсутствие инфраструктуры. И поскольку Оман не имел ни автомобильных или железных дорог, ни аэропортов, британцы построили в Салалахе в 1100 километрах к югу от Маската базу для королевских ВВС, на которой была единственная взлетно-посадочная полоса, подходившая исключительно для военных самолетов. Еще одна полоса, меньшая по размеру и не имевшая бетонного покрытия, располагалась в Байт аль-Фалаи близ столицы, – ни электростанций или каких-либо иных источников электроэнергии, любое строительство базовых конструкций требовало героических усилий. Здесь не было даже пригодного для использования глубоководного порта; грузовые суда любого размера должны были стоять в море и разгружаться на лихтеры.