Шелковое сари

Картленд Барбара

На ее рыжих волосах была изумрудная тиара, а колье из изумрудов украшало шею, делая еще более заметной белоснежную кожу. Марине показалось, что у леди Флоры было слишком глубокое декольте. Марина была уверена, что ее мать была бы шокирована.

Леди Флора двигалась по комнате с такой грацией, что выглядела нимфой, рожденной из морской пены, или духом горных пещер.

Когда ужин закончился, в бальном зале заиграл оркестр. Гостей еще прибавилось.

Стоя рядом с леди Суффольк, Марина надеялась, что майор пригласит ее танцевать.

Сначала

девушка подумала, что он еще не выходил из столовой, а потом она увидела, что он танцует с леди Флорой.

Значит, майор подошел прямо к ней, когда джентльмены присоединились к дамам после ужина. Еще трое мужчин стояли рядом с леди Флорой и смеялись над чем-то, что она говорила.

И все они, думала Марина, совершенно покорены ею. Оркестр заиграл вальс, и девушка увидела, как леди Флора, выступив вперед, буквально растаяла в объятьях майора. Запрокинув голову, она не сводила с него глаз.

Ни одна пара не могла бы выглядеть более привлекательно, думала Марина, или более романтично. Она заставила себя произнести это слово.

Повернувшись к леди Суффольк, сказала:

– У меня немного болит голова. Будет ли очень невежливо, если я уйду и лягу спать?

– Это как раз то, что я намерена сделать, – сказала леди Суффольк. – Если вы хотите, милочка, мы ускользнем вместе.

Леди Суффольк увидела в другом конце зала маркизу и добавила:

– Никто не заметит, здесь мы или нет, а мне лично необходим ранний сон.

Они вышли из зала и поднялись наверх, где их спальни были расположены рядом.

– Я думаю, милое дитя, – сказала леди Суффольк, когда они подошли к своим дверям, – вам следовало бы потанцевать с этими симпатичными молодыми людьми, что собрались внизу. Вы уверены, что хотите лечь спать?

– Да… это то, чего я хочу, – ответила Марина.

Леди Суффольк поцеловала девушку. Она точно знала, что чувствовала Марина и почему.

Когда, расставшись с Мариной, она вошла к себе, леди Суффольк вздохнула. Это неизбежно, думала она, что все женщины влюбляются в Вильяма Виккерса. Они находят его неотразимым, потому что он от них ускользает. Но Марина другая. Он разобьет девушке сердце, и она даже не поймет, почему оно разбито.

Майор заметил, что леди Суффольк и Марина покинули бальный зал. Ему и в голову не приходило, что он мог быть причиной, почему Марина ушла.

Вильям решил, что поскольку она боялась мужчин, то вообще не желала ни с кем танцевать. «Чем скорее я найду могилу ее отца, – подумал он, – и отправлю ее обратно в Англию, тем лучше».

Для такой молодой девушки было трудно это понять. Но в жаркой Индии, где большому количеству молодых мужчин не хватало чем себя занять, романы были своего рода развлечением. Флирт считали чем-то само собой разумеющимся. Сам он находил Шимлу, где романтические истории следовали одна за другой, довольно скучной.

Майор мог понять, что для женщин, которым приходилось мириться

с однообразной повседневной жизнью военных лагерей, это было спасением. Но после своего опыта с Летицией сам он такой участи не желал.

Марина очень бы удивилась, если бы услышала разговор майора с леди Флорой, когда они танцевали.

Она сама попросила его потанцевать с ней. Трое других стоявших рядом с ней кавалеров ожидали ее решения, кого она выберет.

Леди Флора была проказлива отчасти по натуре, а отчасти потому, что она уже не первый год самым беззастенчивым образом преследовала майора. Она никак не могла понять, почему он, в отличие от многих других, не находил ее неотразимой.

– Теперь, когда вы вернулись, Флора, – сказал он, – ради бога, ведите себя прилично и не разбивайте сердца младших офицеров. В прошлом году Рейвеншоу чуть было не покончил самоубийством.

– Он был чересчур эмоционален, – ответила леди Флора, – но вы должны признать, что он очень хорош собой.

– Если вы будете так плохо вести себя в этом году, – сказал майор, – я попрошу вице-короля выслать вас как особу, представляющую опасность для нашей армии.

Леди Флора рассмеялась:

– Вы же знаете не хуже меня, Вильям, я бы гораздо охотнее флиртовала с вами, чем с этими безусыми юнцами.

Это было высказывание в обычном ее духе.

– Я слишком занят, чтобы обращать внимание еще и на вас, в добавление к более важным вещам, – ответил майор.

– Что может быть важнее меня? – возмутилась леди Флора. – И знаете, было бы очень забавно, если бы вы согласились скрыться со мной в какое-нибудь секретное место, где бы нам никто не помешал.

– Нет таких секретных мест, – ответил майор, – которые были бы неизвестны этим ужасным женщинам в Шимле с их длинными языками.

– А если я найду одно такое место, им неизвестное, вы пойдете со мной?

Леди Флора смотрела на майора и была при этом так очаровательна, что наблюдавшие за ней мужчины затаили дыхание.

– Вы же знаете мой ответ. Если бы я и пошел с вами, то уверяю, только для того, чтобы вас там отшлепать, чего вы заслуживаете с колыбели.

Леди Флора засмеялась:

– Если бы вы так поступили, я бы убедилась, что вы способны на какие-то эмоции в отношении меня! Но в настоящий момент только опасаюсь, что айсберг еще больше заледенел.

Майор улыбнулся, но не ответил.

Они медленно кружились под музыку Штрауса.

– Что бы вы сделали, если бы я вас сейчас страстно поцеловала? – спросила леди Флора.

– Не советую вам так рисковать, – ответил майор. – У меня возникло бы искушение больно вас отшлепать и настоять, чтобы вице-король отправил вас в Англию на следующем же пароходе.

– Я вполне верю, что вы и правда могли бы так поступить. Позвольте мне вам сказать, Вильям Виккерс, что вы самый несносный, раздражающий и волнующий человек, какого я когда-либо встречала.