Шелест. Том 2
Шрифт:
Грин свистнул.
– Крепкий орешек и профессионал, каких поискать!
– Именно, мистер Дью, – хмыкнул Таун, натягивая на глаза капюшон.
– Слышал, у него были проблемы.
– А у кого их нет в наше-то время! Корвин с командой прочесывают территорию маяка. Может, ублюдок, который сотворил такое, затаился именно там?
– Возможно и так. Мы это скоро узнаем, Барти.
– Если не против, я вздремну часок, пока мы не доберемся до Порт-Силвера. Мне ведь еще отчет строчить, – зевнул парень.
– Давай, валяй, напарник! – Хмыкнул Грин и ударил
Пелена дождя скрыла из глаз джип. Молнии теперь сверкали одна за другой. Вайлет задумчиво посмотрела в сторону маяка, в окне отразился ее расплывчатый силуэт, развернулась, прошла к дивану, где стоял компьютер. Включила и только теперь вспомнила, что продолжает сжимать кулак, в который что-то сунул мистер-загадка Таун. Она медленно разжала руку.
Прямо посреди ладони лежала скомканная смятая головка белой лилии.
– Откуда?
Компьютер пискнул, показывая пришедшее сообщение.
– Вайлет, у меня имеется информация на ваш запрос. Переведите указанную сумму на этот счет, после чего я свяжусь с вами. Нам необходимо встретиться лично. Данная информация не может быть выложена в сети или выслана по электронной почте, а передана только при встрече. О месте и условии сообщу дополнительно. Никто не должен знать об этом и присутствовать при передаче данных. Письмо самоуничтожиться через три минуты после открытия. Маркус.
– Мистер Хеслер, – прошептала она, – вы правы: неважно, что думают другие, важно, во что веришь ты…
7
Фред икнул, чертыхнулся и потряс головой. Руки дрожали так, что попасть в замок удалось не с первой попытки.
– Гребаное виски, – прохрипел он.
Тошнота поднималась из глубины протестующего желудка. Время эйфории прошло слишком быстро, а прекрасный вечер закончился головной болью и похмельным синдромом. Плюс ко всему, он поцапался с Рейчел, которая обозвала его безобразной обезьяной за грубую попытку поцеловать, обдавая ее запахом перегара и сигар.
– Ну и катись ты, – буркнул он. – Сама прибежишь, подумаешь, принцесса!
Наконец ключ оказался в замке, и парень вошел в темный номер отеля Слипинхилл.
– Добро пожаловать домой, – буркнул он. – Ложись спать в кровать, на которой до тебя перебывало человек сто или двести.
Как он ненавидел эти разъезды, бесконечные погони за все время ускользающей впереди тенью и обещаниями, что осталось немного, и скоро он сможет возглавить орден. Да! Осталось добавить, это произойдет после того, как он доставит к ним девчонку. И на кой черт она сдалась? Почему все вновь крутиться вокруг нее?
Он думал, что разделавшись с главным конкурентом на пути к заветной цели, получит желаемое. Он думал, что только Джек отделяет его от этого. Он думал, что не составит труда убедить всех в том, что он истинный хранитель, а Джек – одна большая ошибка.
– Надо же, гребаный любимчик, и где ты теперь? – Хмыкнул он. – Слился с природой!
Он засмеялся и тут же поперхнулся, когда голова пошла кругом, а в затылок будто ударили кулаком. Фред,
Парень шлепнулся на мягкую обивку и потер виски кончиками пальцев. Да, он всегда завидовал этому выскочке – внимание, забота, которыми его окружали незаслуженна. Почему его выбрала Афения, тупая старая корова?! Почему Джека, а не его? Ведь тогда все было бы по-другому, и не пришлось бы гоняться за призраками, полагаться на всяких придурков и ждать с моря погоды.
Почему лучшие девчонки достались ему, что эта Шелдон нашла в Джеке, и почему отвергла его? Почему Рейчел тайно вышла за него замуж, не сказав не слова? Почему они все не ставили Фреда в расчет, ведь у него есть деньги, власть, он не дурен собой, тогда какого хрена им надо?
Рейчел продолжает строить из себя безутешную вдову, смотреть тошно. Шелдон же горько пожалеет о своем выборе, и будет умолять его, когда останется одна. Да, когда она останется совсем одна, уж он постарается, он все припомнит. Ведь теперь некому прийти ей на помощь. Осталось-то всего ничего. Устранить эту пешку Луиса, гребаного телохранителя, и дело в шляпе.
Желать смерти кому-то и самому убить человека – две разные вещи. Уж кому как не Фреду это знать. То, что произошло возле чаши «Подношений», долго приходило в кошмарах – посиневший Дэнни, со свисающим багровым языком, протягивал к нему скрюченные пальцы, шипя, как обкурившаяся гадюка, а из дырищи в груди сочилась зеленая гниющая жижа, от вони которой слезились глаза и перехватывало дыхание.
Фред боялся ежечасно, ежесекундно, что за ним придут копы, упрячут за решетку, но время шло и ничего не происходило. Землетрясение уничтожило все следы, а единственный свидетель должен скрываться, чтобы защитить девчонку. Единственный свидетель, до которого он, Фред, скоро доберется, чтобы закрыть его вонючий рот навсегда.
Он зевнул, скривившись от запаха перегара, и только теперь заметил в проеме спальни темный силуэт. Он хмыкнул, стянул с себя футболку и зашвырнул в противоположный угол. Медальон на груди в свете люстры тускло блеснул, глаз в центре треугольника будто ожил, переливаясь матовым светом.
– Ну, извини, – бросил он фигуре в проеме. – Совсем забыл! Забыл, что у нас назначена встреча.
– В нашем деле такого быть не должно. Ты все провалишь, Фред! Ты еще хочешь быть главным хранителем, – человек сделал шаг вперед.
– Я же извинился, что еще нужно. С кем не бывает?
– Со мной не бывает и с другими, которые рядом с нами.
– Да, бросьте, сэр! У всех нас есть слабости.
– Ошибаешься. В нашем деле этого быть не должно, повторил он. – Все слабости ты должен оставить в прошлой жизни, иначе все бесполезно. Это последний раз, когда я говорю об этом, иначе мне стоит поискать другую кандидатуру.