Шебеко
Шрифт:
— Смотри! — встревожено заметил лейтенант.
— Начинается… — спокойно проронил Вацлав. — Если все пойдет по заданной программе, то с тебя коньячок…
Из открытых дверей комнаты бесшумно выплыла предохранительная пробка и врезалась в забор.
Нагорный стремительно подбежал к пробке.
— Странно, но она холодная. По логике вещей, она должна быть горячей, ну хотя бы теплой…
— Это по нашей логике… — уточнил Вацлав. — А с точки зрения черта, возможно, все наоборот.
Заскрипели оконные петли. Из
— Скоро очередь дойдет до матраца… — бесстрастно шевельнул губами Вацлав.
Но, вопреки прогнозу, в спальне вдруг установилась странная тишина. Бес почему-то смолк.
— Кажется, сработала наша мышеловка! — со смаком произнес Вацлав. Довольный, он стоял у входа на веранду и с любопытством вглядывался в распахнутое окно. Где сейчас неуловимый бес, за которым они охотятся два дня?
В комнате друзьям открылась страшная картина: журнальный столик был перевернут, огромный дубовый шкаф сдвинут, все остальное разбросано в пространстве.
— А вот и светлое пятно! — впервые за день удивился Вацлав, рукой показывая на пятачок возле голой проводки.
— Ну и что? — не понял товарищ.
— Как, ну и что? Ты представляешь, что это значит? Это либо Существо, либо его часть… Ну-ка, ну-ка, — заинтересовался физик и контактами магнитометра, а затем и вольтметра ткнул в светлое пятно.
— А стрелки-то ведь движутся! — все более удивляясь, заметил Вацлав.
Возбуждение охватило его. Теперь он пальцами тронул загадочный объект. Руку пощипывало, видимо, от электрических зарядов, но чувствительные кончики пальцев прикоснулись к чему-то липкому и противному.
— Тело, как патока… — отметил физик и вновь стал возиться возле Существа.
Только сейчас лейтенант понял, что произошло.
— Он что, убит? — спросил он, похолодев от предчувствия беды.
— Ладно, не ной! По глазам вижу, что расстроился, — отчужденно сказал Вацлав. — Собственно, мы не рассчитывали на такой сильный эффект, верно?
— Что мы думали — это никого и не интересует… — уныло проговорил лейтенант. — За смерть придется отвечать… К тому же, кто его знает, насколько развито чувство мести у этих живчиков…
— Ты хочешь сказать, нас может настигнуть месть?
— Во всяком случае, этого исключать нельзя! Когда Вацлав расставил приборы и взял в руки видеокамеру, лейтенант прибавил:
— За эту смерть я тебе не судья. Но мне бы хотелось, чтобы встречи с другими цивилизациями обходились без потерь.
— Что ты предлагаешь? — обозлился Вацлав. — Мы же хотели лишь выкурить беса, но никак не убить… Если бы он тихо-мирно сидел на печке да пощелкивал семечки, не было бы проблем!
Нагорный лишь тяжело вздохнул.
— Чего уж там… После драки кулаками не машут! Погрузим Существо в машину и отвезем в милицию.
— Зачем?
— Чтобы удостоверить смерть! Да и вообще… — сделал
Но пятно вдруг стало на глазах исчезать. Видимо, Существу не хотелось в милицию. В воздухе запахло озоном.
— Ясно! — буркнул физик. — Система пошла на самоликвидацию…
— Что это значит?
— А то, что она перешла в энергию и испарилась в пространстве. Теперь ищи ветра в поле… Пустой номер!
И жалость, и горечь, и неудовлетворенность пронизали физика. Он был без пяти минут у порога открытия, а окончилось нелепо, будто и не было нежданного везенья.
Но лейтенант был совершенно другого мнения.
— Хорошо то, что хорошо кончается… Беса выгнали. Значит, задачу выполнили, верно?
1989 г.
Молодая поросль
Глава первая
Солнце клонилось к закату, но в округе все еще торжествовала духота. На извилистых проселочных дорогах злодействовала пыль; она густыми, плотными лохмотьями вздымалась в небо, упорно захватывала новые пространства и крепко обнимала все, что попадалось на ее пути.
Вот ветер дремотно ворвался в село Большое Чеменево, лениво зашаркал по дворам, а после снова затих, забиваясь в разные щели. И эта веселая, бесноватая жара сегодня явно не нравилась Коле, ибо предстояло ему ни много ни мало два часа находиться в пути: средняя школа, которую он давеча окончил, располагалась в соседнем селе, в Первомайском, и нынче он должен был непременно посетить выпускной вечер.
Коля надел брюки — неглаженные, с явными следами пыли, клетчатую сорочку, нехотя захватил пиджак и выскочил на улицу. Невысокого роста, с тонкой мальчишеской шеей и темным загаром лица, он скорее всего напоминал восьмиклассника, нежели выпускника десятого «б». И его до боли жгла обида, что растет слабо, отставая от всех. Товарищи по школе — рослые и крепкие парни. Он же весил лишь около сорока килограммов. И это в семнадцать лет! Даже Валя Косогорова, его давняя мечта, на него смотрела снисходительно, словно на мальчишку, которого следовало пожалеть…
Дорога проходила мимо клуба. Помещался клуб в бывшей церкви. Высокие потолки и печальные стены этого здания вечно страдали по ремонту. Здесь, кроме клуба, еще находились правление колхоза, сельский Совет и библиотека. Все вместе и составляло одно емкое название — Правление.
Село выглядело пустынным: люди еще не вернулись с работы. Привыкли они летом горбиться от зари до зари. Коля вышел за околицу и резво пошел вперед. Возле конного двора, что рядом, подле околицы, несколько женщин на машину грузили навоз. Видно, Колю они узнали. Одна из девушек — среднего роста и стройная, как лань, — крикнула ему: