Шайтан Иван
Шрифт:
Встали в круг, Никита сделав обманное движение ногой, резко ударил правой в голову, без замаха. Я сместившись влево попробовал сделать подсечку, он отпрыгнул назад и сходу нанес удар левой в голову, а правой хотел провести в корпус. Я присел, пропустив левую над головой, подавшись в право и нанес правый хук, дозируя удар. Все равно, Никита дернулся и упал вперед, стоя на четвереньках, мотал головой. Все прибывшие стояли молча. Только мои бойцы спокойно отреагировали, они не ожидали другого конца. Я присел рядом с сидящим на заднице Никитой, проверил челюсть, вроде цела.
— Ты как Никита,
— Так за что, ваш бродь? — удивился он
— Бери и помни кто тебя на задницу посадил —
Все стали смеяться, подшучивая над донцом и Никитой.
— Благодарствую, ваш броть, такое не забудешь — усмехнулся Никита.
— Так это, ужинать просим — объявился Егор Лукич.
Стол накрыли в свободной казарме, там и решили всех гостей уложить спать. Казарма на 30 человек. По обеим сторонам двух ярусные нары по 8 с каждой, матрас набитый сеном. Стелилась бурка, на ней спали, ей же укрывались. Просто и удобно, остальное снаряжение и ружье хранились в специальных нишах, пистолет и кинжал каждый держал при себе. Егор Лукич расстарался, обязательный кулеш с мясом, малосольные огурцы и помидоры, мое новшество. Нарезка из домашней колбасы и сала, свежий хлеб, он умудрился найти тарелки, ложки и вилки. Бойцы ели из своих котелков и пили из своих кружек.
Когда все расселись, я сказал вступительное слово
— простите господа, у нас все по простому, по военному, как говорится чем богаты тем и рады, прошу, угощайтесь.—
Угощались все с аппетитом, вина пили умеренно.
Глава 12
Утром все как обычно, в 7 подъем, в 7–30 построение, форма 1, голый торс, утренняя пробежка, один круг вокруг базы, комплекс упражнений, отжимание тридцать раз, завтрак. За нами наблюдали рано вставшее полковник, есаул, капитан и прапорщик. В девять построение дежурного десятка, Трофим проверил убывающих и хотел дать команду на выдвижение как капитан, наблюдавший со стороны, спросил
— Господин старший урядник, могу я внимательней рассмотреть снаряжение и оружие казака? —
Трофим посмотрел на меня.
— Трофим, отправляй смену, Александр Константинович, сейчас все увидите, Саня! —
— Я, ваш бродь, —
— Давай Саня, снарядись по полной, как на боевой выход и сюда, —
— Есть — и побежал к казарме. Управился он быстро и через 5 минут стоял перед нами.
Капитан обходя его по кругу внимательно рассматривая амуницию.
— интересное у вас оружие —
— покажи — приказал я и Саня стал снимать по очереди все, что на нем было, аккуратно складывая перед собой. Все заинтересованные подошли ближе. Взял ружье и продемонстрировал все движения, зарядку, выстрел, разрядку, и так несколько раз, медленно и быстро. Ранец, снял прикрепленную, свернутую бурку, показал содержимое боковых карманов, котелок, кружка, фляга. Открыл крышку, портянки, комплект нижнего беля, сверток с комплектом перевязочного материала, патронташ с 15 патронами, кобура с пистолетом. Вынул показал, как пользоваться, патронная сумка с 10 патронами для пистолета, кинжал с крестовиной, палаш, немного короче кавалерийского. Все.
— Простите господа, но как со всем этим воевать? — спросил чиновник, появившийся незаметно для всех.
— Ранец снимается перед боем, после боя его подбирают, пользуют далее, ну, а если убьют, то необходимость в ранце отпадает. — пауза на осмысление. Громкий смех есаула и улыбки остальных.
— Можешь сказать, Петр Алексеевич, коротко и ясно. Потому и такие песни сочиняешь —
— Вы что, Петр Алексеевич, и песни сочиняете? — удивился капитан
— А, то, да еще какие, у нас в Семеновке его Катюшу, девки каждый день распевают, про казачью и говорить не буду, наша она, до самого кончика, только настоящий казак такое может сочинить.—уверено закончил Василий Иванович.
— Да господа, на что я, не природный казак, и то проникся — добавил полковник. — Вам бы серьезно сочинительством заняться, Петр Алексеевич, про коня так за душу берет, что я бесталанный и то пытаюсь петь.—
Запустил песню про коня, в свое время очень любил ее, пел, когда совсем тоскливо было. Пошла в народ моментально. Особенно Сане понравилась, естественно после казачьей.
Капитан что-то усиленно строчил в своей тетради, рисовал, как будто боялся что-то упустить.
— Александр Константинович, завтракать пора, скоро испытания начнутся, до вечера не будет возможности перекусить —
— Да, да, я сейчас — потом остановился и посмотрел на меня долгим взглядом.
После завтрака ко мне подошел прапорщик.
— Господин сотник, Петр Алексеевич, как я понимаю в сотню вы меня не возьмете, навыков подобных вашим у меня нет, к сожалению —
— От чего вы так решили, вовсе нет, навыки эти можно наработать, пройдете испытание на общих основаниях и если все получиться, то добро пожаловать—
— Спасибо, Петр Алексеевич, спасибо большое — воспрянул он.
— Не торопитесь благодарить, Андрей Владимирович, может статься пожалеете, что служите в сотне. Вы в мундире собираетесь проходить испытание? —
— Да, у меня другого нет, мундир и черкеска — растерялся прапорщик
— Аслан, найди мне Анисима.—
Анисим появился быстро
— Я, ваш бродь, —
— Вот, что Анисим, подбери одежду господину прапорщику, нашу полевку, покажи, что да как.—
— Слушаюсь, пойдемте господин прапорщик на склад — прапорщик поклонился и они ушли.
— Решили взять прапорщика, Петр Алексеевич? — спросил подошедший полковник
— Пусть пробует пройти испытание, а там видно будет, а вы что посоветуете, Александр Николаевич? —
— Не знаю, Петр Алексеевич, вам с ним служит, вам и решать. Хотя признаться отпрыск такой высокопоставленной фамилии и хорунжим в пластунской сотне, какое-то недоразумение. —
На базу лишних не пускали. Бойцы, родственники, которых прибыли посмотреть на испытания уходили по увольнительным. Время подходило к полудню. Когда я с начальством выехали за ворота, чуть не присели от открывшейся картины. Целый табор людей заполнил все пространство перед нашей базой, телеги, верховые, просто гуляющие, всех возрастов. Многие нарядно одетые громко переговаривались, смеялись. Какое-то народное гулянье.