Шайтан Иван
Шрифт:
В ответ вахмистр вздохнул и признался себе, что он не смог бы вот так, ни за что, кому-то сделать подобные подарки и отказаться от ордена, не смог бы.
Все вещи мы получили перед отъездом, так что всех ждал сюрприз, с медалями не получилось, все знали, кто получит. Еще, все мои узнали, что я отказался от второго ордена в счет медалей для казаков. Об этом событии в городе прослышали многие военные, кто-то крутил у виска, чудак, это в мягком варианте, кто-то проникся. Среди казаков и думающих людей мой рейтинг поднялся очень высоко, а казака, что посмел усомниться в здравости моего поступка, Егор Лукич, при
Добрались до Семеновки. Я передал командиру полка 6 медалей для награждения казаков из других сотен, попросили в штабе доставить с оказией и презентовал командиру и есаулу подарки приготовленные для них. Они оба имели ордена Анны 4 степени, красные крестики, которые крепились к холодному оружию. Данным орденом награждались младшие офицеры только за боевое отличие. Позже, не знаю точно когда, на рукояти холодного оружия стали крепить темляк из красной ленты с желтыми полосами по краям, для большей наглядности. Крест был малых размеров, прозывался клюква среди офицеров. Вот и подарил я им ленты анненских цветов с кистями по краям. Они приняли подарки и не знали, что с ними делать. Пришлось показать, как крепить их на шашки. Получилось красиво и стильно, а самое главное из далека видно, что кавалер.
— Это что, Петр Алексеевич, новое положение к ношению ордена? — поинтересовался Соловьев.
— Типа того, при парадной форме, сразу видно что кавалер ордена — ни сколько не смущаясь заявил я.
— А ты чего без ордена? — спросил есаул.
— Куда, на полевую, не положено.
Соловьев сел за стол и погрузился в чтение бумаг.
— О, так, Петр Алексеевич у нас теперь сотник и приказ есть о преобразовании полусотни в сотню, по способности не сильно затягивая оное действо. — про цитировал он.
— Поздравляю! — хлопнул по плечу меня есаул. — на днях будем у тебя с командиром, там и обмоем орден с повышением.— новиков отбирать будешь как по прошлой осени? Слыхали о том, теперь охота взглянуть, так, Александр Николаевич.—
— Да, хотелось бы посмотреть —
На базу добрались на следующий день. Все вертелось, крутилось, каждый знал свое дело, я же отправился на помывку в баню. На завтра объявил общее торжественное построение, вся база деятельно стала готовиться к торжеству. Я же облачился в свою новую повседневку, надел орден и расстроенный отсутствием зеркала во весь рост, сел за стол. Аслан затащил три баула в комнату. Анисим занес самовар и увидел меня, такого красивого, не сдержался.
— Орел, Петр Ляксеич, любо дорого поглядеть, чайком грех такое дело обмывать, я счас — и выскочил из комнаты.
Зашел, Егор Лукич,
— Оружие на складе, Тимоха осматривает его, лошадей Кондрату сдали разворчался, но доволен, завтре доложиться. Роман и Амина просили вам кланяться за одежу. Амина так расплакалась, еле успокоили. Не ждала такого подарка, почитай голую Рома привез, а тут такое. Говорит не каждая благородная, подобное может прикупить. Теперича и свадьбу не стыдно сыграть. —
Нарисовался Трофим.
— Здравия, командир, поздравляю с наградой и чином, значит, не врут, что сотня будет, ежели сотника дали.—
— Не врут, у нас то как дела? —
— Не тревожься командир, службу несем, тут давеча двух джигитов словили, девок красть
Анисим как волшебник накрыл стол, водрузил кувшин вина.
— Аслан, зови Саню — попросил я, вытаскивая из баула его форму и аккуратно складывая на лавку, красивой стопкой, рядом поставил сапоги. Анисим с Трофимом внимательно осматривали сложенные вещи.
Зашел запыхавшийся Саня.
— Звал командир? —
— Да, Саня, вот прими от меня подарок, — указал на стопку.
Саня подошел к лавке и осторожно взял бешмет, а потом случилось совсем неожиданное. Он хотел что-то сказать, но не смог сдержаться и заплакал. 20 летний казак, беззвучно рыдал вздрагивая крепкими плечами. Я, как и все в комнате растерялись и какое-то время не знали, что делать. Встал, подошел к Сане и похлопал его по плечу
— Ладно Саня, хватит сырость разводить, или не по душе подарок? —
— По душе, только за что мне такой подарок? — успокоился он вытирая глаза.
— Поощрение за усердие по службе, надеюсь дальше будешь служить еще усерднее. А теперь иди в соседнюю комнату, переодевайся и покажись нам во всей красе.—
Саня собрал все вещи и вышел.
— Да, уж, могешь ты командир до самой печенки достать, аж у мне слезу прошибло, — смущенно сказал Анисим вытирая глаза.
Тихо постучав вошел счастливый Саня. Форма на нем сидела шикарно, карманы с серебряными газырями обшиты тонкой серебряной тесьмой. Ворот синего бешмета тоже был обшит тонким серебряным галуном, спускаясь до пояса. Черные штаны с синим лампасом, синие погоны с шифром ОП обшитые по краю белой тесьмой.
— Ну Саня, ну хорош, не сдержал восторга Трофим, командир, как бы и мне такое пошить, эх жаль, завтра б на построение в такое обрядиться. Эх расстройство одно, лучше б не видеть.— Трофим искренне расстроился.
— Так завтре на построении расстроился бы, да при людях — рассмеялся Егор Лукич — вам бы только красоваться перед девками —
— Ладно, будет тебе Егор, будто сам таким не был, еже ли по совести, я б не отказался от такого наряда. Только, думаю, больно дорого встанет. — с сожалением сказал Анисим.
— Ладно Саня покрасовался, теперь дуй от сюда, готовься к завтрашнему построению, —
Счастливый Саня улетучился, а мы по свойски обмыли мой орден и разошлись.
Глава 8
Утреннее торжественное построение проходило за закрытыми дверями. Посетители стоявшие за воротами, которых было не мало, терпеливо ждали окончания церемонии. Я объяснил это тем, что пока не все имеют парадную форму, в следующий раз все будет как положено, отнеслись с пониманием. Вручил семнадцать медалей и распустил строй. Саня и Рома были звездами сегодняшнего дня. В новой форме с медалью на груди, больше мечтать не о чем. Запустили всех желающих, девки, молодые казаки, нарядные и веселые заполнили нашу базу. Были родители бойцов из Романовки, трое награждены из десятка Саввы. Как в день принятия присяги в моем прошлом будущем. Странное звучание. Не стал предаваться воспоминаниям. Кондрат дожидался меня у входа в штаб