Шайтан Иван 5

Тен Эдуард

Куликов был одет в гражданский сюртук и напоминал заурядного обывателя, мелкого чиновника. Глянешь и не запомнишь.

— Проходите, Жан Иванович, я вас слушаю.

— Подполковник Булавин ознакомил меня с делами и сведениями, которые они смогли собрать по местным делам, связанными с вопросами провиантского и прочего довольствия воинских частей и формирований. Я предпочитаю начинать работать со среднего звена. Так вот, в вашем казачьем войске, интендантскими вопросами ведает некто полковник Кудасов. Зная ваше отношение к махинациям и другим неприятным проявлениям казнокрадства, хотел просить вас, пока, Пётр

Алексеевич, повторяю, пока, не проявлять свою заинтересованность в его делах. Поверьте мы работаем, заведено следствие и собираются материалы подтверждающие все факты воровства и превышения своих служебных полномочий. Через некоторое время я уеду в Тифлис и продолжу работу там, естественно инкогнито. Официальное известие о моей работе и вообще присутствии в Кавказском округе лишь спугнёт не чистых на руку господ и они начнут прятать концы. Правильнее всего проделать всю возможную работу, доложиться начальству и после принятия решения, самого главного начальника, нанести молниеносный удар по всей цепочке. Даже по приблизительным прикидкам будут фигурировать весьма серьёзные персоны. Поэтому будем реалистами, Пётр Алексеевич и возможно, позже, мне понадобиться ваша помощь в виде нескольких надёжных пластунов прикрывать меня. Я, в отличие от вас, сугубо гражданский человек и не смогу эффективно противостоять своим недругам.

— Я понял вас, Жан Иванович, скажите когда нужно и я выделю вам двоих бойцов, можно больше, по вашему желанию. Неужели начальство решиться тронуть самые верха?

— Мне кажется после доклада Великого князя Павла, о том, что творится здесь и доклада моего прямого начальства, главный закусил удила и настроен решительно. Но прошу вас не предпринимать самостоятельно никаких действий, в крайнем случае посоветуйтесь с Булавиным. Тем более он относится к вам с уважением и симпатией.

— Хорошо, Жан Иванович, я поступлю, как вы советуете. Завтра мы уезжаем.

По пути домой Андрей подробно изложил о том что ему удалось сделать, обсудили самые насущные проблемы. Отметил про себя выросший уровень командного мышления и более широкого взгляда у моего начальника штаба. Осталось привить Андрею штабную культуру ведения штабных дел. В Семёновке застали в приказной Соловьёва и Дорожного.

— Ба, Александр Николаевич, вы только посмотрите, кто к нам пожаловать изволили.

Они с интересом разглядывали нас с Андреем.

— Вот, ей-богу, не знаю, как подступиться к вам, господин полковник. То ли обнять, то ли вытянуться смирно и ждать команды от старшего по званию.

— Действительно, Пётр Алексеевич, признаться не знаю, как вести себя в вашем присутствии, ваше сиятельство.

— Во, во, ещё и сиятельство ко всему, верно подметили, господин войсковой старшина.

— Со всем почтением господа и легким подхалимажем, лучше подмазать на всякий случай, неизвестно, как всё обернётся. — рассмеялся я.

Мы обнялись крепко по-дружески.

— Вот скажи, Пётр Ляксеич, ну как не завидовать тебе, ты посмотри на себе и меня. Ну как такое возможно, не хочешь, а поверишь, точно шайтан у тебя в товарищах и ворожит тебе.

— Ну, сейчас наговоришь, Василий Иванович. Что бойцы скажут, когда наслушаются такого от тебя. И так чего только не болтают обо мне.

Давайте господа, товарищи, как соберётесь ко мне на базу. Сядем спокойно и поговорим по душам.

—

Кстати, Пётр Алексеевич, вчера, проездом к тебе, подполковник Мангер засвидетельствовал своё почтение. Сказал с важным делом к тебе, да еще с десятком своих офицеров и нижних чинов.

— О, как, это, что за паломничество ко мне?

— Сказал, распоряжение генерала Галлера. — уточнил Соловьёв.

— Ладно, рад был повидать вас, господа. Поеду разбираться с гостями.

Подъезжая к базе, почувствовал внутреннее волнение. Чувство, когда после долгого отсутствия возвращаешься домой. Смотрю на Андрея, видимо у него такое же состояние.

— Что, Андрюха потряхивает? — улыбнулся я.

— Точно, командир, что-то разволновался.

Подъезжаем к открытым воротам и видим улыбающихся пластунов в парадке стоящих на посту. Вытянули смирно и провожают взглядами. Во дворе построена вся отдельная сотня. Соскакиваем с лошадей и подходим к середине строя. Смотрю на бойцов и чувствую подступающий ком в горле и щипание в глазах.

— Здравия пластуны! — громко здороваюсь с бойцами.

— Здравия желаем ваше высокородие! — синхронно отвечает строй.

Ко мне с докладом подходит Трофим.

— Господин полковник, за время вашего отсутствия никаких происшествий не произошло. Отдельная сотня исправляет службу и обучение согласно вашим распоряжениям. Докладывает сотник Сухинин.

— Вольно! — командую я и иду вдоль строя.

Бойцы одеты в парадную форму, всё как полагается. Загорелые, бодрые все с медалями, многие с крестами. Ещё я привёз кресты за польское дело. Вижу, как рады нас видеть.

— Вольно!

— Вольно! — дублирует Трофим. — Сотня разойдись, заняться согласно расписанию. Вижу в дальнем углу плаца группу егерей во главе с подполковником Мангером.

— Трофим, всех командиров в штаб.

Глава 2

— Здравия желаю, господин полковник! — Подчёркивает моё новое звание Мангер. Его голос дрогнул и он с трудом сдержал удивление видя мои награды.

— Здравствуйте Геннадий Карлович.

Подполковник одет в привычный егерский мундир с эполетами. Наградная сабля с «клюквой» и Станислав третьей степени, с мечами.

— Какими судьбами в наши пенаты?

— Петр Алексеевич, ныне граф Иванов-Васильев. — Уточнил Андрей.

— Простите, ваше сиятельство, не знал, поздравляю. — совсем смутился Мангер.

— Оставьте, Геннадий Карлович, вам можно без чинов.

— Благодарю вас, Пётр Алексеевич, ценю ваше отношение ко мне. Удалось упросить начальство командировать к вам на неделю. Хотим закупить шесть фур и три полевые кухни. Пришлось выдержать целое сражение пока не добился выделение средств на закупку — тень недовольства мелькнула на лице Мангера.

— Намекали на то что надо делиться? — усмехнулся я.

— И вы сталкивались с подобным? — возмущённый подполковник аж покраснел.

— Геннадий Карлович не сочтите за труд, подробно опишите, как всё происходило, кто и сколько требовали. Вы уступили?

— Нет, что вы, требовал всё до копейки. Только средства, вложенные в покупку оружия, пока вернуть не получается, хотя распоряжение генерала Галлера есть, письменно подтверждённое.

— И об этом тоже напишите.

— Думаете, это что-то решит? — засомневался Мангер.