Шайкаци
Шрифт:
– Так мне озираться в Цеху? – Кир не понимал, беспокоится ему или нет.
– Конечно, – кивнул Ли. – Нас там периодически убивают, но мы упрямо ходим в Цех.
– Я понял.
– Кир, я дарю тебе вечную жизненную мудрость, – торжественно объявил Ли. – Абсолютному большинству людей на тебя плевать. Толпе нужно подсказывать ненавидеть. Власти Цеха не считают это своевременным. Так что там живут сплошь замечательные людей – пока не поступил призыв убивать. – Саймо недобро покосился на него. – Что? – очаровательно улыбнулся Ли. – Он большой мальчик, ему
Взгляд командира потяжелел, но он промолчал и отвернулся.
– Пикантная деталь, – заговорила Райла. – Ты же предысторию Ли знаешь? А в основном бывших преступников набирали в грузовые терминалы и цеха. И заправляет там сейчас мрачная троица с темным прошлым. Ну и в целом контингент такой.
– Ты не права, – мягко возразил ей Будер. – Люди там обычные. Сюда брали тех, кто намеревался исправиться.
– Скажи это о мрачной троице, – фыркнула Райла.
– Что за мрачная троица? – спросил Кир. – Там разве не Нил руководит?
– Нил? – прыснула Райла. – Он своими усами не способен руководить! Нил был мелким администратором в Цеху. Таким и остался. Формально-то именно у него там самый высокий пост. Но на деле руководят там люди покруче. А он так, шестерит как представитель Цеха в Порту.
– Завязывайте, – процедил Саймо. – Подходим.
Они приблизились к воротам в Цех. Судя по их размеру, прежде этот проход использовался и для подъезда техники. Теперь она бы здесь не проехала: часть коридора перегородили укрепления – два металлических колпака с прорезью и из каждой целится шип резака. «Первые люди» прошли в дверь, сделанную в одной из створок.
Помещение, которое открылось взору Кира, показалось ему куда большим, чем терминал Порта. Оно было ярко освещено и до дальней стены застроено производственными линиями. Высились мощные аппараты, в чьих недрах рождались прочнейшие материалы, индустриальными цветками распускались над сборочными столами манипуляторы, изгибались, исчезая в механизмах, ленты конвейеров, стояли станки, висели краны, извивались трубы. Цех гудел, стучал, шипел, многими голосами кричал о проводимых здесь работах. Промышленный шум – ничтожный отголосок былого грохота – укрывала доносившаяся с дальних концов музыка. Там Кир увидел многоэтажные лачуги, похожие на те, что привалились к стенам Порта.
От двери в центральную аппаратную вела лестница. За высокими окнами Кир заметил троих человек угрюмого вида, между которых высилась алкогольная бутылка. Один из них равнодушно следил за вошедшими, остальные наблюдали за Цехом. Возле них стоял Нил, рассказывавший о чем-то невнимательным слушателям. Он переводил взгляд с одного собеседника на другого и заметил, что один из них смотрит на вход. Увидев «Первых людей», посол Цеха в Порту приветливо махнул им.
– Подожди Нила, – сказал Саймо. – Узнай у него, может, появилось новое оружие, взял бы себе. И попроси прислать к тебе мастера насчет ножа. Мы можем задержаться, не жди – иди на тренировку.
«Первые люди» пошли вглубь Цеха к своим техникам, а Кир, посмотрев наверх,
Нетрудно было догадаться, что это сидела мрачная троица. В первую очередь, по безразличным физиономиям; под этими минами, казалось, были заперты все чувства, глухие к чему-либо за пределами их круга. Один чем-то напоминал Колодина – тот же бритый череп, примерно тот же возраст, столь же измявший лицо. Но этот был суше, не такой крепкий. И в глазах его не было острой мысли – сплошная мутность, как будто болото, что-то опасно затаившее. Стиснутая челюсть кривила рот презрительно. Именно он наблюдал за вошедшими.
Другой был ненамного младше, густые русые волосы, тщательно расчесанные с пробором. Лицо широкое, но не толстое, мощная челюсть, ярко-голубые глаза, могучий от природы торс – в молодости наверняка был завидным парнем. С тех пор он пожух, ослабел, лишился стати, наверняка смешивая годы с алкоголем и наркотиками, но в компенсацию, видимо, расправил чувство своего превосходства. Когда Кир вошел, он посмотрел как бы с вызовом – если человек, готовый раздавить таракана, посчитал бы того достойным вызова.
Третий, примерно того же возраста, был тонким, заостренным, с длинным носом, кинжальным подбородком, худыми руками. Черные волосы сально покрывали узкий череп. Скривленные вперед зубы приоткрывали рот, делая его ощеренным. Взгляд широко расставленных темных глазок был игольчатым, готовым к злобе.
Кир приветствовал Нила, поздоровался с остальными. Лысый не шевельнулся. Пялившийся кивнул, не изменив выражения. Тонкий коротко повернулся, не проявив большего интереса.
– Господа, это Кир, я говорил о нем! – представил гостя Нил. – Кир, а это…
– Не надо, – оставаясь в прежней позе, сказал лысый. Голос его прозвучал на удивление сильно, глубоко. – Мы пока с ним не знакомимся. – Наконец, он соизволил взглянуть на вошедшего. Глаза его скользнули по лицу человека. Казалось бы, равнодушно, но что-то скрытое, сделавшее их еще более сумрачными, происходило внутри – он оценил и сделал какие-то выводы о нем. – У тебя дело к Нилу?
Кир подтвердил это. Лысый сделал жест, словно отмахнулся от мухи, после чего Нил, как на трамплине, подскочил к посетителю и вытолкал его наружу. Прежде чем оказаться за порогом, Кир успел заметить на столе, рядом с бутылкой, пачку сигарет со знакомым синим вензелем. Лысый, заметив его взгляд, тут же накрыл ее ладонью и убрал.
Когда они оказались на площадке, Кир произнес, желая что-нибудь выяснить об этой компании:
– Мрачная троица, а?
Нил испуганно оглянулся на дверь, которую только что плотно запер. Выдавив улыбку, он неловко перевел тему на цель визита. Кир спросил о новом оружии.
– Цех многое отдал Порту, – заявил Нил, закатив глаза. – Теперь на хорошую пушку не хватает деталей, а создать их с нуля нужны специалисты. У нас есть хорошие головы. Мы думаем над конструкциями попроще. Но не все получается сразу. Однако я буду иметь тебя в виду, – с милостивым видом обещал он.