Шарадж
Шрифт:
— Ты один! Это хорошо.
— Что хорошо? — Спросили Маринкиным голосом, одновременно с ее явлением перед наши очи.
— Все хорошо, говорю. Классное путешествие, дом и Джон прикольный.
— Да. И мне нравится. Что? Повеселимся наконец?! — И Маришка с разбегу запрыгнула на кровать, заставив мою тушку вознестись на пару сантиметров.
— Чур, я первая! — Маринка рыча навалилась на меня и принялась стаскивать купальный халат.
— Маришь! Может я по быстрому и пойду к Гене?
— Ты по быстрому не умеешь! Можешь сначала
— Не. У Гены я почти сразу засыпаю… Становится так хорошо! — Даша закрыла глаза и сложила на груди руки. — И снится что-то замечательное, но я ничего не помню. — Ну, Мариша! Давай ты быстро кончишь, потом я, а потом опять ты. Хоть обкончайся!
— Ладно! Майн либер фройлян! Будешь за это пятки мне щекотать! Как увидишь, что я кончаю, сразу начинай!
— А зачем?
— Где-то прочитала, что от этого двойное удовольствие получается.
— Ой! А ты мне пощекочешь?
— Эй, эй! А мне кто пятки будет щекотать?!
— Тебе?.. Тебе пусть Гена щекочет! Ха-ха-ха!
На этом Маришка добралась до нужного и сходу взялась за дело.
— Дашка! Неси пока полотенце. А то неудобно будет перед хозяевами за испачканные простыни. И не спеши, щекотать еще не скоро! Ха-ха!
Короче простыни мы сохранили, эксперимент у девушек можно сказать прошел удачно, во всяком случае оргазмировали обе не хуже чем обычно.
Даша ушла спать с Геной, а Марише по обычаю требовалось догнаться и она терлась о мое бедро, пока я восстанавливался после Дашкиного марафона.
— Бедненький! Заездили мы тебя? А почему ты весь такой гладенький? Ведь я не видела, чтобы ты брился. И писюн голый как у младенца! Ой! Еще и мокрый! — Она вытерла руку о полотенце. — Хотя… Мне нравится! Давай уже… Вставай! Не был бы он в Дашкиных соплях, можно было бы попробовать очень занимательный способ реанимации! — И лизнула мой сосок.
— Так я могу помыть! — Такого девушки мне еще не делали, но видно подошло время и я вроде созрел.
— Так чего ждем? Бегом!
Я метнулся в ванну и через десять секунд уже лежал на месте, предвкушая неизведанное.
— Только ты не смотри! Глаза закрой!
Я закрыл глаза и мой расслабившийся писюн сразу напрягся в ожидании того самого. Мариша накрыла мой пах волосами, жарко подышала, зачем то понюхала и лизнула головку. Затем неуверенно стала опускаться губками, задевая о нежную плоть зубами. Я поежился, но стерпел. Затем меня пососали как леденец, прикусывая в процессе зубами.
— Ой! Мариша… Мне кажется я уже готов!
— Да? Может еще…
— Нет, нет! Лучше как обычно. Там хоть зубов нет.
Маришка хихикнула и плюхнулась рядом, затягивая меня на себя. Именно так чаще всего заканчивалась наша вторая часть «Марлезонского балета». С удовольствием устраиваюсь между раздвинутых ножек и погружаюсь в теплую нежность.
— И кто придумал этот минет? По моему так гораздо лучше!
— А уж мне-то как хорошо! — поддержала подруга,
— Не дыши в ухо… Можно подумать ты уголь разгружал!
— А вы мадам, почти не двигались!
— Я тебе помогала! Руками!
— Я итак вниз шел, а вверх никто не помогал! Смотри вверх все мышцы напрягаются, а вниз сам падаю, — хлопаю животом о скользкий от пота животик. — Вверх, вниз…
— Ты меня опять пользуешь?
— А ты против?
— Нет, но я пока пас.
— Тогда и я пас. — Вынимаю свой на удивление бодрый орган и секунду подумав опять погружаю его в мокрую глубину, выгнав с хлюпанием наружу содержимое.
— Давай попробуем! Ты еще ни разу три раза подряд не кончала.
— Не считается! Между первым и вторым Дашка была.
— А я все же попробую.
Работаю как нефтяная вышка, качая маятник и выбивая на поверхность белую пену.
— Хи-хи! Смотри не перестарайся! А то меня завтра Дашка убьет.
— Сдвинь ноги.
Хлюп, хлюп. Красиво, приятно, но и только. Видимо мера нужна во всем.
— Все! Сдаюсь! — Валюсь рядом и кладу руку на «скважину». — Там два полка зародышей. Надеюсь, бебика мы не заделали?
— Я тоже надеюсь… Если только в аптеке мне не подсунули контрафакт. Ха-ха! У тебя такое лицо сделалось!
— А Дашка? Она вроде говорила, что не любит таблетки.
— Любит, не любит… Есть еще способы! Не волнуйся. Все под контролем!
— Это хорошо! Давай слезай с полотенца!
Проснулся рано и одевшись по-походному спустился в гостиную на первом этаже. Почти сразу ко мне присоединился Дракоша, и мы еще пол часа пили кофе, когда появился хозяин.
— О! Да вы ранние пташки! А что девушки?
— Они не ранние…
— Будем ждать?
— Если можно, то хотелось бы сплавать по холодку, а потом и с девушками прокатимся. Не разорим вас?
— Конечно нет!
Через пятнадцать минут мы сели в плоскодонку и под рев пропеллера помчались почти паря над водой. Джон сидел в кресле управления на высоком помосте, а мы с Кошей внизу на местах для пассажиров. Борта были низкими, и близкая вода давала ощущение стремительного полета в самолете без кабины, вызывая ощущение пустоты в животе и судорожное сжатие руками скамейки сидений. Мы быстро вылетели из обустроенных мест и полетели по болотам иногда казалось и по земле, на самом деле по разросшейся на воде растительности. Вокруг во множестве взлетали разнообразные птицы и раздавались плески вспугнутых кайманов и крупной рыбы.