Шарада Шекспира
Шрифт:
– Не скажу. Подтвердить мои слова та женщина все равно не сможет.
– Она замужем? Вы опасаетесь за ее репутацию?
Адамов упрямо сжал губы и отвернулся.
– Речь идет о вашем алиби, дорогой Лев Назарович, - вкрадчиво произнес сыщик.
– Поздним вечером третьего марта была убита Раиса Крюкова, и подозрение падает на вас. Я объясню почему! Способ похож.
– Я ее не убивал, - твердил Адамов.
– Не убивал…
– С кем вы провели тот вечер? Говорите, ради вашей же пользы!
– С Лейлой…
– Садыковой?!
Адамов
Ева вела занятие по испанскому языку машинально, постоянно отвлекаясь. То она смотрела в окно, где на сером фоне уныло покачивались голые черные ветки, то погружалась в свои мысли. Закончив урок, она рассеянно попрощалась с ученицей и поспешила уйти.
Шел мелкий снег, подмораживало. Зима упорно не желала сдаваться. Тротуары стали скользкими, как каток. Ева чудом не упала, добираясь до подземки. В метро она позволила себе задремать, ехать предстояло полчаса. Некрепкий сон - все же сон, и Еве явился в нем Денис Матвеев, ее бывший любовник: красавец мужчина с карими иудейскими глазами, хозяин собачьего клуба «Звезда» и дачи в Мамонтовке.
– Ты думаешь, я умер?
– небрежно усмехался он.
– Такие, как я, не уходят без следа. Мы бессмертны, ибо неистребимы порок и обман, интриги и корысть. Их питает не столько зло, сколько скука. Я сплел хитрую, прочную паутину, в которой запуталась не одна жирная муха! Но разве не в этом предназначение паука?
– Ты играл моими чувствами, - прошептала Ева.
– Я просто играл. Ты же любишь театр, дорогая!
Он отвернулся и зашагал прочь - безукоризненный, шикарный и омерзительный.
– Подожди!
– крикнула Ева ему вслед.
– Объясни мне…
Денис повернулся, но это уже был не он, а Кристофер Марло - изящный, ироничный и загадочный. С молодым, но мертвенно-бледным лицом.
– Вот я и умер, - печально сказал он.
– А вы мне не верили. Ведь не верили, Ева? Хоть теперь не предавайте меня, придите, куда обещали. Зло должно быть наказано!
– Я не обещала, - сгорая от стыда за себя, свою трусость, пробормотала она.
Кристофер так укоризненно посмотрел, что Ева решилась.
– Я приду, Крис…
Что-то словно толкнуло ее изнутри, и она очнулась, услышала голос, называющий остановку. Пора выходить!
Не очень вежливо проталкиваясь к двери, Ева успела-таки выскочить из вагона. Поезд тронулся, а она зашагала к эскалатору. Ей показалось, что кто-то окликнул ее сзади, голос из толпы, двигавшейся в ту же сторону. Шея вмиг одеревенела, а по спине поползли мурашки. Лучше не оглядываться!
Борясь с желанием побежать, она вышла из подземного перехода в белую снежную мглу. Тротуары превратились в ледяные дорожки, по которым можно было бы кататься. Ветер рвал с головы капюшон, крупинки снега били в лицо.
Ева не замечала холода, она торопилась домой: укрыться за спасительной двойной дверью квартиры,
Оказавшись наконец дома, Ева с облегчением перевела дух. Время приближалось к обеду, холодильник был пуст, а мысль о том, что придется идти в магазин, вызвала у нее нервную дрожь.
– Почему я не купила продукты по дороге?
– запоздало сокрушалась она.
«Ты испугалась, - услужливо ответил ее внутренний голос.
– Струсила без всякой причины. Летела домой как угорелая. До сих пор отдышаться не можешь. Это психоз!»
«Может, уехать к маме в Пермь?
– мелькнула тоскливая мысль.
– Отдохнуть, успокоиться? Погулять по знакомым с детства аллеям? Смирнов не будет против, наоборот, обрадуется. Я перестану ныть, киснуть и бояться каждого шороха. У него руки развяжутся, отпадет необходимость торопиться ко мне, рассеивать мои страхи».
Через десять минут позвонил Славка, предупредил, что будет занят допоздна и не приедет не только на обед, но и на ужин. Ева обрадовалась. Теперь ей можно не ломать голову, чем его накормить.
– Хорошо, - сказала она.
– Я поваляюсь, почитаю что-нибудь.
Такие моменты невольно напоминали ей прошлую семейную жизнь, - картошку с котлетами, салатики и компоты, которые она подавала бывшему супругу, бесконечные стирки, гудение пылесоса, редкие пустые разговоры. Они с Олегом плыли по жизни, как два корабля, каждый - своим курсом. У Рязанцева первое место занимала работа, а у Евы - домашнее хозяйство. Потом появился Денис, тонкий эротоман, интеллигентный развратник…
– Опять они!
– сердито прошептала Ева.
– Мои бывшие мужчины. Когда же я смогу стать свободной от них, от всего, что с ними связано?
Ее жизнь - с девичества до этого холодного мартовского дня - развернулась перед глазами: веселые, беззаботные студенческие годы, недолгая карьера учительницы в одной из пермских средних школ, знакомство с Рязанцевым, скромная свадьба, переезд в Москву, шесть лет «идеального» брака… Напоследок идеальная жена изменяет мужу с Денисом Матвеевым, таинственной личностью, «великим комбинатором», который погибает от руки одной из своих любовниц, известной журналистки Аглаи Соломирской.
А что, если не погибает? Если они с Аглаей придумали эту дьявольскую хитрость, чтобы сбить с толку всех без исключения?
Ева с сомнением покачала головой. Вряд ли бы им удалось! В деле были замешаны спецслужбы и еще слишком много заинтересованных лиц. Даже такому ловкачу, как Матвеев, не обвести их вокруг пальца.
– Стоп!
– остановила она себя.
– Зачем я думаю о Денисе? Он мертв. Мертв и похоронен. А я своими мыслями вызываю его к жизни! Выходит, он продолжает существовать в моей душе, творить свои черные дела.