Шарада любви
Шрифт:
— И что это значит? — Спросила себя Эля в тридцатый раз, увидев подобные надписи. — А это значит одно: Мойра влюблена в мужчину с именем Адам, или похожего на рисунок Адама, в книге. Очень интересно. И у кого мне об этом спросить?
Она закрыла книгу, и её взгляд тут же упал на небольшую дверь под лестницей.
— О, да этаже знаменитая кладовка, в которую злая мачеха Юна запирала мальчиков Джо и Гари, если они набедокурят. — Произнесла она и направилась к двери. — Очень интересно на неё посмотреть.
Эля
— О, да тут можно зависнуть надолго, рассматривая всё это богатство. — Произнесла эля, смело проходя внутрь узкой комнаты. — Только надо найти включатель.
Эля поискала включатель глазами у входа и продолжила его искать, проходя дальше вглубь коридора при свете из библиотеки, но… вдруг очутилась в полной темноте. Она не сразу поняла, что произошла и на ощупь добралась до двери. Толкнув дверь ладонями, она поняла, что дверь была закрыта снаружи на крючок.
— Только этого мне и не хватало? — Прошептала она, осознавая весь ужас ситуации, и тут же застучала кулачками в дверь, одновременно крича. — Эй, кто меня закрыл? Откройте. — Но ей отвечала только тишина. — Молодей, Эля, попалась в ловушку. Вот теперь сиди здесь, жди, когда найдут твой скелет… Или ищи выход?
Сцена 2.
Эля тупо смотрела на дверь кладовки, находясь в темноте. Свет в кладовку всё же попадал из библиотеки через дверную щель. Видно со временем, деревянная дверь немного усохла, и образовалась щель между дверью и стеной.
Эля прислонила глаз к щели и увидела лишь тонкую полоску пустой библиотеки и ещё какую-то перекладину.
— Что? — Спросила она себя и тут же ответила. — Да это же латунный крючок, на который меня заперли. Что же делать?
Голова её вновь заболела от напряжения и возмущения. Эля приложила ладонь сначала ко лбу, затем к затылку и вдруг воскликнула. — Эврика!
Собираясь на «подвиг в библиотеку», именно так она назвала эту операцию, потому что голова её продолжала болеть, Эля собрала волосы в пучок на затылке и проткнула его металлическим длинным зажимом для волос. На него и наткнулась её рука. Она тут же вынула зажим из причёски и попыталась его рассмотреть в скудном свете из щели.
— Ты должна мне помочь освободиться из этого плена. — Произнесла она, примеряя заколку к щели. Она просунула длинные и острые края заколки в щель и попыталась приподнять ими латунный крючок. — Давай, поднимайся! — Поддерживала она себя словами, но крючок не поддавался.
Эля в отчаянье пнула ногой дверь и произнесла ругательное
Только теперь она поняла всю прелесть быть свободной и прониклась ещё большим сочувствием к бедным мальчикам Джо и Гари, которые были вынуждены терпеть дрянной характер мачехи Юны в этой кладовке.
— Надо будет тебя сюда запереть, Юна, — зло произнесла она, закрывая дверь кладовки и запирая её на крючок, — что бы ты прочувствовала всю прелесть своего воспитания.
Эля пошла вон из библиотеки, захватив по пути книгу Жана Эффеля «Роман Адама и Евы» так, на всякий случай.
— Меня уже ударяли по голове. Теперь меня почти замуровали в кладовке. Спасибо, что дверь кладовки усохла, а я впервые использовала для волос эту заколку… — Эля остановилась у своей двери, открыла её и договорила. — Что теперь? Осталось только меня сжечь на костре, как ведьму?! Ну, нет… — Голова заболела и она приложила ко лбу большую книгу Эффеля. — … Это я вас буду жечь в огне своей злости сегодня за обедом. Берегитесь, пощады не будет! Никого не пощажу! Особенно….
Эля вошла в свою комнату, громко хлопнув за собой дверь перед самым носом Гари.
— Я так и не понял, кого ты хочешь сжечь за обедом? — Услышала она голос Гари, когда дошла до своей постели и кинула на неё большую книгу. — Ты захлопнула передо мной дверь и чуть мне нос не прищемила.
Эля смотрела на него с удивлением, но потом взгляд её сменился на жалостливый.
— Как же тебе, наверное, было плохо сидеть там, в темноте и ждать освобождения? — Произнесла она, удивляя Гари.
Он быстро подошёл к ней и положил ладонь к Эле на лоб. — Что происходит? Ты бредишь? Вместо холодного компресса прикладываешь книгу ко лбу, собираешься кого-то сжечь, а теперь …вообще тайнами заговорила. Эля, я беспокоюсь за тебя.
— И напрасно. — Он откинула со лба ладонь Гари. — Я в твёрдом уме и трезвой памяти, а ещё я зла до изнеможения и не могу понять, кто запер меня в кладовке библиотеки?
— Что? — Гари тут же прижал её к себе. — Ты, что говоришь? Как запер? Кто? Как ты вообще очутилась в библиотеке?
— Пошла посмотреть на погром, который устроили Мойра и Ирен. Славный погром! Столько страсти и злости! А потом я прошла в кладовку, посмотреть, где вы томились с Джо в детстве, и была кем- то заперта. Всё!
— Все? А как ты освободилась?
— С помощью смекалки, заколки для волос и матерных русских слов.
Гари невольно улыбнулся, но потом нахмурился. — Ты почему меня с собой не взяла? Мы же обещали вчера быть всегда вместе и в печали и в радости.
Глаза Эли широко раскрылись, а голова пошла кругом. Она пошатнулась, а руки Гари скрепились вокруг её талии ещё сильнее.