Шанс полюбить
Шрифт:
Портер обернулся, и его правильные черты исказились от гнева.
– Кто ты такой, черт тебя побери? Это семейное дело. Почему твоя задница еще не за дверью?
На первый взгляд они оба были чем-то похожи. Высокие и смуглые, и проступало в них что-то, указывающее на схожее происхождение. Но на деле лоск Портера был поверхностный, за ним скрывались слабость и бесхарактерность. Впрочем, и наружность Джейка была обманчивой – небритое лицо и мятая одежда могли легко ввести в заблуждение.
Либби за руку потащила Джейка в кухню. Как собаку от шипящего кота.
– Пойдем,
– В самом деле, почему бы тебе не уйти? – кипятился им вдогонку Портер. – Очевидно, вкус моей бывшей жены в выборе дружков не лучшим образом действует на сына. Пожалуй, попрошу адвоката пересмотреть дело об опеке.
Это был явный перебор, и даже Портеру стало не по себе. Впрочем, если повесить всех собак на Джейка, то он выгородит себя. Джейк повернулся к нему, еле удерживаясь от искушения вправить ублюдку мозги, и сдержался только потому, что в результате расхлебывать все пришлось бы Либби.
Двое мужчин завладели всеобщим вниманием, все взгляды обратились к ним. Полицейский смотрел своими серо-стальными глазами выжидающе, Роза – взволнованно, а Дэнис Кейт, хлопая густо-синей бахромой ресниц, – с любопытством.
Зеленые глаза Либби были неестественно спокойны и ничего не выражали, но Джейк знал-то, каково ей сейчас. Обняв Либби за плечи, он потащил ее через комнату. Портер глядел им вслед.
– Дыши, милая, – бормотал Джейк. – Дыши глубоко. Ты же знаешь, что это пустые угрозы. Он сам струхнул. Не обращай внимания.
– Придется.
Улыбка Джейка осталась ею не замеченной.
– Вот и хорошо. Проклятый подонок чует свою вину, потому что Дэвид исчез из его дома. Думаю, он просто не знает, что делать.
Либби сделала несколько глубоких вдохов. Уж не предупредить ли ее, что слишком глубоко дышать, тоже не стоит?
– Все это время я размышлял, – сказал Джейк, – и вот что тебе скажу. Помнишь, ты рассказывала, как Дэвид реагирует на знакомых тебе мужчин?
Вопрос озадачил Либби. Роза вертелась рядом, предлагая сандвичи из цыпленка с салатом, но им было не до еды. Джейк развивал свою теорию. Не взглянув на сандвич, Либби пыталась вникнуть в его рассуждения.
После того как он закончил, она судорожно вцепилась в край стола.
– Джейк, если твоя теория верна, то он, верно, где-то прячется. Любопытно, что думает на этот счет полицейский?
– Парень слишком молод. Ему трудно представить, как мальчишка может воспринять мачеху. Или отчима. Любой коп на его месте скорее заподозрил бы похищение с целью выкупа или ради чего-нибудь другого. – Он сжал ей руку. – Не хочу тебя обнадеживать, Либби, но не исключено, что Дэвид по какой-то причине заподозрил, что мисс Кейт с Портером собираются пожениться. Представляешь его реакцию?
– У него же есть я. Зачем ему вторая мама?
– Знаю. Ни Портер, ни его подружка не потрясли меня своими воспитательными способностями. Тебе известна детская логика. У твоего дяди на пруду я случайно подслушал разговор двух мальчишек. Малыш Пити, друг Дэвида, рассказывал какие-то чудовищные басни о мачехе. У них в голове засели сказки о злых мачехах.
– Мне
– Почему-то мне кажется, что он не перенес последний вариант на мисс Кейт.
– Сначала он был готов разорвать на куски водопроводчика, от которого всегда разило пивом. Мы его частенько вызывали, когда переехали в наш дом. Но как-то Дэвид увидел новенький его фургончик – с двойными колесами, кучей шлангов, инструментов и всяких приборов – и решил, что у него будет новый, крутой папочка.
– Надо будет ему показать нашу усовершенствованную модель, – проговорил Джейк и, стиснув ей руку, добавил: – Ладно, милая, иди к телефону и начинай звонить. Разговоры, верно, записываются на пленку, но ничего страшного. Звони туда, где он может быть, и даже туда, где, по-твоему, быть не может. Соседям, приятелям – словом, всем подряд. Расскажи, во что он одет, и спроси, не видел ли кто его со вчерашнего дня.
Должно быть, полицейские давно это проделали, но кое-что от них могло ускользнуть. Главное, нужно ее чем-то занять.
Больше всего Джейка беспокоил ее растерянный вид.
– Во что он был одет?
– Зеленое пальто, желтые кроссовки и джинсы. С ним был Икки.
– Икки? – повторил Джейк. – Боюсь даже спрашивать.
Лицо ее осветилось подобием улыбки.
– Ты его знаешь. Его лучший друг. Не вздумай только назвать Икки тряпочной куклой. Мальчики в куклы не играют.
– Хорошо. Герой гражданской войны.
– Мы купили ее на ярмарке елочных украшений. Обычная кукла-самоделка, волосы из желтых ниток. Увидишь – узнаешь сразу. Дэвид с ним никогда не расстается.
– Ладно. – Джейк откинул назад волосы и встал. – Иди, звони, а я обследую все вокруг. Знаю, здесь все обшарили, но мальчишки порой прячутся в такие щели, что и представить трудно. Как мышки.
Джейк хотел вызвать в ней улыбку, но напрасно.
– Встретимся здесь, – он взглянул на часы, – через час.
Наклонившись, он приподнял ей подбородок, заставляя посмотреть ему в глаза.
– Держись, милая, – мягко произнес он, – на этот раз мы победим, обещаю тебе.
Господи, чего бы нам ни стоило, мы должны победить.
Спустя час Джейк уже начал в этом сомневаться. Пока они добирались сюда на машине, он успел рассмотреть окружающую местность. На первый взгляд для ребенка тут был сущий рай – множество деревьев, оранжерея, конюшня, три автомобиля, двухэтажный гараж. Масса укромных уголков.
Итак, оранжерея! Здесь, пожалуй, нашли бы его без труда. В ней ничего не росло. Очевидно, садоводством занималась Либби, а не Портер. В конюшне стоял гнедой конь. Хотя Джейк и не специалист, но мог побиться об заклад, что стоит он дороже его автомобиля. Обыскав стойла и сенник, он направился в гараж. По дороге обследовал местность. Подлесок состоял преимущественно из рододендрона и диких на вид зарослей папоротника. Искусно выложенный булыжник пересекал русло высохшего ручейка.