Шаман
Шрифт:
Алекс кивнул, Шаман потрепал его по щеке и уехал.
Снаружи снега было по колено, поэтому он не стал брать повозку. В сарае висел недоуздок; он нацепил его на лошадь и поехал без седла. До самой лавки Барнарда конь еле плелся по заснеженной дороге, но в черте города снег был уже сильно притоптан, поэтому Шаман смог поехать быстрее.
Он весь окоченел, но не от холода. Когда он терял пациентов, которых собирался спасти, это всегда оставляло глубокий след в его душе. Но до сих пор он никогда не убивал
Он оказался у телеграфа слишком рано, поэтому ему пришлось дожидаться семи утра, пока тот откроется. Он отправил сообщение Нику Холдену.
Убил солдата. Самозащита. Пожалуйста, пришлите представителя военных властей в Эльмиру в поддержку. Алекс Бледшо Коул со мной. С благодарностью, Роберт Джей Коул.
С телеграфа он отправился прямиком к шерифу округа Стюбен, чтобы сообщить об убийстве.
Очень быстро вокруг домика миссис Клэй столпились люди. Шериф, коренастый седовласый мужчина по имени Джесс Мор, страдающий от утреннего несварения желудка, все время хмурился и издавал отрыжку за отрыжкой. Его сопровождали два помощника. Прибыло подкрепление от военных: первый лейтенант, два сержанта и пара рядовых. Через полчаса к ним присоединился майор Оливер Поул, смуглый офицер в очках, с черными тонкими усиками. Все первыми поприветствовали его — очевидно, он был главным среди них.
Солдаты и штатские сновали туда-сюда по дому, топая по ступеням тяжелыми сапогами и перешептываясь между собой. Они выпустили все тепло из дома и натащили в комнаты на сапогах снега и льда, нанеся тем самым непоправимый урон натертым воском полам миссис Клэй.
Шериф с помощниками были предельно сосредоточены, военные казались очень серьезными, а майор демонстрировал холодную учтивость.
Наверху майор Поул осмотрел пулевые отверстия в двери, стене и комоде, а затем приступил к телу.
— Вы узнаете его, доктор Коул?
— Никогда не видел его раньше.
— Значит, вы предполагаете, что он хотел вас ограбить?
— Понятия не имею. Все, что я знаю, так это то, что, когда я бросил ботинок в темноте, этот человек тут же выстрелил на звук, а я выстрелил в него.
— Вы обыскивали его?
— Нет, сэр.
Майор начал рыться в карманах убитого, выкладывая их содержимое на кровать. Найдено было немного: табакерка, скомканный засморканный платок, семнадцать долларов и тридцать восемь центов. А еще майор нашел там увольнительную, которую Поул вначале прочел сам, а потом передал Шаману.
— Это имя говорит вам о чем-то?
Увольнительная была выдана сержанту-майору Генри Боуману Коффу из штаб-квартиры восточного командования армии США, Элизабет, штат Нью-Джерси.
Шаман прочел ее и покачал головой.
— Никогда не слышал это имя прежде, — честно признался
Но через пару минут, спускаясь по лестнице, он понял, что это имя вызывало в нем подсознательное беспокойство, и очень скоро сообразил почему.
Ему не придется продолжать дело отца, о котором он не забывал до самой смерти, пытаясь разыскать человека, сбежавшего из Холден-Кроссинга в то утро, когда Маква-икву изнасиловали и убили. Шаману больше не нужно было разыскивать человека по имени Хэнк Кофф. Хэнк Кофф сам нашел его.
Затем пришел коронер, чтобы констатировать смерть убитого. Он холодно поприветствовал Шамана. Все в доме открыто показывали свою неприязнь, и он наконец понял, почему это происходит. Алекс был для них врагом; он бился против них, наверняка убивал северян, после чего попал к ним в плен. А теперь брат Алекса убил солдата в форме Союза.
Шаман успокоился, когда они погрузили тело на носилки, с трудом спустили его по ступенькам и вынесли из дома.
Начался серьезный допрос. Майор сидел в спальне, в которой произошло убийство. Рядом с ним, на другом стуле, принесенном из кухни, сидел один из сержантов, который записывал сведения, полученные в ходе допроса. Шаман примостился на краешке кровати.
Майор Поул спросил его о политической принадлежности. Шаман ответил, что за всю свою жизнь состоял лишь в двух организациях — Обществе в поддержку отмены рабства, когда учился в колледже, и в Медицинском обществе округа Рок-Айленд.
— Вы — тайный сторонник южан, доктор Коул?
— Нет.
— Не испытываете ни малейшего сочувствия к южанам?
— Я противник рабства. Я хочу, чтобы война закончилась и все эти страдания прекратились. Нет, я не поддерживаю позицию Юга.
— Почему сержант-майор Кофф явился в этот дом?
— Понятия не имею.
Он, почти не колеблясь, решил не упоминать то давнее убийство индианки в Иллинойсе и тот факт, что некие три человека и тайное политическое общество виновны в ее изнасиловании и смерти. Все это было настолько давно, настолько запутано. Он понял, что эта тайна лишь усилит недоверие этого неприятного офицера и навлечет на их головы тысячи новых опасностей.
— То есть вы хотите, чтобы мы поверили, что этот сержант-майор армии США был убит при попытке вооруженного ограбления?
— Нет, я не хочу заставлять вас верить во что бы то ни было. Майор Поул, неужели вы считаете, что я сам пригласил этого мужчину, чтобы он выбил окно в арендованном мною доме, незаконно проник в него в два часа ночи, поднялся по лестнице и ворвался в комнату моего больного брата, размахивая пистолетом?
— Тогда почему он сделал это?
— Не знаю, — ответил Шаман, и майор снова нахмурился.
Пока Поул допрашивал Шамана, в гостиной лейтенант допрашивал Алекса. Одновременно двое рядовых и помощники шерифа проводили обыск сарая и дома, досматривали багаж Шамана, рылись в комоде и шкафах.