Шаман

Дашкевич Ольга

— Как ты себя чувствуешь, Вер?.. — робко спрашивает Дрюня. Он выглядит таким бледным, как будто это он, а не я, валялся в обмороке полчаса назад.

— Нормально, — я пью кофе и прикидываю, как лучше рассказать им о том, что я видела.

Прошло совсем немного времени, за окном по-прежнему сумерки, ночь еще не наступила. Лампа в плетеном абажуре свисает над столом, наполняя кухню теплым светом и отбрасывая решетчатые тени на лица. Опять поднимается ветер — я слышу тихий мелодичный перезвон металлических трубок китайской звенелки из сада.

— Вера,

ты про Тошку, что ли, говорила? — Иван непривычно мрачен, он нервно вертит в руках сигаретную пачку, то ли не решаясь закурить, то ли просто желая чем-нибудь занять руки. — С чего ты взяла, что он умрет?

— Мне индеец сказал, — я понимаю, что выгляжу, мягко говоря, не совсем адекватной, но надеюсь, что мои друзья все же успели привыкнуть к тому, что мир вокруг нас тоже не отличается адекватностью. — Грета забрала Тошкин амулет. Индеец говорит, что, если его не вернуть, Тошка не проснется.

Они молчат и переглядываются. Я так и знала, что они мне не поверят. Потом Иван встает и идет наверх. Пока его нет, мы не разговариваем. Дрюня с тоской смотрит в окно, Нэнси, избегая встречаться со мной глазами, убирает со стола.

Когда на лестнице раздаются шаги Ивана, мы все поворачиваем головы и ждем, что он скажет. Впрочем, я-то знаю.

— Амулета нигде нет, — сообщает Иван, появляясь в проеме лестницы. — Может, он его потерял?..

— Нет, — я качаю головой. — Грета его украла. Не для себя. Я… знаю, где он.

— Где? — Нэнси требовательно смотрит мне в лицо. Кажется, моя подруга не считает мои слова бредом. Женщины вообще гибче — научно доказанный факт.

— Дрюня, ты знаешь в Нью-Йорке ночной клуб с дискотекой в бывшей церкви? — спрашиваю я вместо ответа.

— Знаю, конечно. Мы там сто раз с Риткой были. Это ее любимое место. Там довольно прикольно.

Дрюня подбирает свои длинные нескладные конечности и подается ко мне через стол.

— А что?..

— Там есть такой… жгучий брюнет… Прилизанный. Испанского типа. Знакомый вашего Гришани. Ты его когда-нибудь видел?

Дрюнино лицо застывает.

— Тощий такой?.. С брюликом в ухе?.. Это Кузнец. Откуда ты его знаешь?

— Я его не знаю. Но амулет у него. Ты поедешь со мной?

— Эй! — говорит Нэнси протестующе. — Куда это? Все вместе поедем!

Я качаю головой.

— Мы не можем все вместе. Кто-то должен остаться с Тошкой.

— Вот ты и оставайся, — рассудительно говорит Иван. — С Анюткой вдвоем. А мы с Дрюней поедем и сами…

— Нет. Вы не справитесь. Это я должна найти амулет. Старик сказал: «Найди вакан, скво».

— Ну, может, он это сказал фигурально! Просто хотел дать тебе понять, что его надо найти, вот и все! — Нэнси нервно сдувает со лба рваные прядки. — Подумай сама, как ты будешь отбирать этот… ватан?

— Вакан.

— Что?..

— Амулет так называется. Оберег. Вакан по-индейски.

— Да какая разница! — Нэнси чуть не плачет. — Посмотри на себя! Ты всерьез уверена, что

сможешь отобрать… эту цацку у здоровых мужиков типа Гришани?.. Иван, скажи ты ей!

Бледный Дрюнечка достает из кармана короткую сигаретку и начинает ее мять.

— Если амулет у Кузнеца, то я вообще не уверен, что эта затея имеет смысл… Кузнец тот еще тип. Гришаня рядом с ним — просто белый барашек.

— Только не закуривай тут траву! — предупреждает Нэнси, заметив его манипуляции с сигаретой. — Весь дом провоняет. Выйди на веранду.

Дрюня покорно плетется на веранду и открывает заднюю дверь, чтобы дым уходил во двор.

— Так ты не поедешь со мной? — спрашиваю я ему в спину.

Длинная худая спина замирает на секунду, узкие плечи приподнимаются.

— С чего ты взяла? — говорит Дрюня тихо, не оборачиваясь. — Поеду, конечно.

Глава 13

Найти парковку в Манхэттене — нелегкое дело, да и водитель я не ахти какой, а у Дрюни даже драйверских прав, как выяснилось, нет, поэтому мы решили ехать до Нью-Йорка на поезде, а там добираться на своих двоих. Дрюнечка уверял, что это не так уж далеко: полтора квартала на восток от вокзала и несколько кварталов на юг.

Мне нравится Манхэттен, как вообще нравятся большие города: они вызывают ощущение праздника… нет, скорее, оживления. Пестрые толпы, движущиеся по тротуарам в обе стороны, обилие витрин, вереницы автомобилей, желтые такси, автобусы с рекламой на боках, тележки с хот-догами и содой, — после тихой провинциальной Филадельфии я почувствовала себя ребенком, взятым на ярмарку, и даже забыла, что нужно бояться.

Страх пришел позже, когда я узнала адрес, по которому мы направлялись: номер 666 на Авеню Америка.

— Это что, нарочно? — спросила я поневоле дрогнувшим голосом.

Дрюня пожал плечами.

— Кто их знает… скорее всего, не без умысла. Приколоться хотели явно, ну, и толпу привлечь. Пипл на это дело падок, а то ты не знала!

Знать-то я знала, но это знание ни капли не добавляло оптимизма. Несмотря на теплый день, пальцы у меня сделались ледяными, колени ослабели, я еле успевала за Дрюней, который знай себе шагал вперед своей развинченной походкой, жестикулируя сигареткой и время от времени хватая меня за локоть, чтобы помочь избежать столкновения с целеустремленными ньюйоркцами.

— Найт-клаб этот, на самом деле, очень клевый, поверь. Называется «Врата». Раньше назывался как-то по-другому, но там вышла темная история с владельцем, и теперь у них новые хозяева… Шевелись же, Вера, иначе тебя тут просто стопчут! Мы же практически в центре находимся…

Потерявший терпение Дрюня швырнул окурок мимо урны и крепко взял меня за руку. Рука у него была сухая и теплая, и это меня немного успокоило.

— Там обычно работают три зала, — Дрюня на ходу вводил меня в курс дела, — Основной, Часовня и Спайдер-рум…