Шалунья
Шрифт:
Прерывисто вздохнув, Кит задала последний вопрос:
— Ты уверен, что от Фуше нельзя отделаться каким-то другим способом?
— Я же тебе уже говорил, что чем выше риск, тем больше прибыль. Если мы сумеем помочь ему доставить этот груз, мы будем богаты и счастливы.
— Мне было бы легче, если бы я знала, что это за груз.
— Лучше тебе не знать, — резко ответил отец.
— Но не овощи и не одеяла, — констатировала Кит и посмотрела, как он отреагирует.
Однако он никак не отреагировал.
— Увидимся через несколько дней. Доверься своему отцу, детка.
— Я всегда
Стюарт устремился к двери, но на полпути обернулся и, бросив на нее взгляд, ухмыльнулся.
— Вот и молодец, девочка.
Проводив его глазами, Кит уселась на краешек роскошной кровати и принялась медленно стаскивать с себя мокрую одежду. Две недели она сможет продержаться. Сможет заставить графа Эвертона познакомить ее со своими дружками-аристократами и узнать, кто из них мешает коммерческим делам отца именно в тот момент, когда граф Фуше предложил ему очень выгодное сотрудничество. Пусть у Эвертона красивые глаза и он чертовски привлекателен, она сможет две недели морочить ему голову, как морочила головы всем окружающим на протяжении многих лет. И эти англичане никогда не узнают, как Стюарту Брентли снова удалось выскользнуть из их рук. А если и узнают, то будет слишком поздно. Они с отцом будут уже далеко.
Глава 2
В половине девятого утра, завтракая, Александр Кейл пребывал не в самом хорошем расположении духа. Должен он что-то Стюарту Брентли или нет, но тот мог бы явиться к нему со своими бредовыми требованиями в более урочное время. Не следовало ему соглашаться оставлять в своем доме мальчишку, это доставит ему массу неудобств. Нужно было сунуть им денег, да и отослать их прочь. Он бы наверняка так и сделал, если бы не этот мальчик.
Было в нем нечто такое, что его настораживало, а вот что, он не мог понять. То ли во взгляде темно-зеленых — это он помнил точно — глаз, смотревших дерзко, вызывающе, то ли в манере держаться, несколько скованной, неуверенной. Алекс нахмурился и подал знак Уэнтону, дворецкому, чтобы тот снова наполнил его чашку. Может, мальчишка и странный, однако это ничуть не объясняет его собственную на него реакцию, надо сказать, весьма непредсказуемую, — прилив желания. Похоже, он просто устал. Да и пришли незваные гости в самый неподходящий момент.
В этот момент его размышления прервал какой-то грохот, донесшийся из кухни, и Алекс сделал знак Уэнтону узнать, что там случилось. Но не успел дворецкий выйти из комнаты, как дверь распахнулась и на пороге появилась запыхавшаяся судомойка.
— Милорд, — провозгласила она, — что-то случилось на конюшне. Шум стоит ужасный.
Уэнтон устремился было к двери, но Алекс вскочил, — Пойду сам посмотрю, что там такое, — бросил он и прошел через кухню во двор: это был самый короткий путь на конюшню.
Его встретило утро, серенькое, влажное и холодное. Подойдя к конюшне, Алекс понял, что судомойка ничуть не преувеличивала: маленький дворик оглашался доносившимися оттуда криками, проклятиями, фырканьем лошадей. Распахнув ворота, Алекс вошел, да так и замер.
Его гость, мистер Кит Брентли, стоял, прижавшись к противоположной стене, сжимая в руках грозное оружие — вилы, — а Бен Конклин, главный конюх, — в нескольких футах от него,
— В чем дело? — крикнул Алекс, и шум тотчас же смолк.
— Этот придурок чуть не проткнул меня вилами, милорд, — ответил Конклин, с опаской наблюдая за юношей.
— Нечего было на меня набрасываться и орать, — хмуро бросил тот, тяжело дыша.
— Что, позвольте вас спросить, вы делаете у меня на конюшне? — насмешливо поинтересовался Алекс, не испытывая ни малейшего раздражения. Обычно Конклин всегда одерживал верх в драках, и что этот хилый парнишка способен его побить — такое Алексу и в голову бы не пришло.
— Может, послать за полицейским? — спросил дворецкий, который вышел следом за хозяином. Обычно он редко покидал свою территорию — особняк. Двор, по их взаимному с Конклином соглашению, считался вотчиной старшего конюха.
— Не надо, — ответил Алекс и заметил, что сердитое выражение лица парнишки стало настороженным, — Может, бросите свое оружие, мистер Брентли, и пойдете со мной завтракать?
— Я только хотел посмотреть, — недружелюбно буркнул Кит и, взглянув на вилы, с видимой неохотой отшвырнул их в сторону.
И в ту же секунду Конклин кинулся на него.
— Вот черт! — воскликнул Алекс, бросаясь между дерущимися. — Хватит! — рявкнул он, оттолкнув Конклина, и, схватив Кита за руки и за талию, стал оттаскивать его в сторону.
Мальчишка оказался на удивление легким для такого высокого роста, талия слишком тонкой, а бедра слишком округлыми, и когда Алекс невольно теснее прижал его к себе, паренек принялся вращать бедрами, как не сделал бы ни один мужчина. И Алекс вновь почувствовал прилив желания. На секунду он застыл как вкопанный, терзаемый смутными сомнениями, но тут Кит стал вырываться еще неистовее, исступленно крича:
— Отпусти меня сейчас же, идиот этакий!
Алекс разжал руки, и мальчишка кубарем свалился на землю, но тотчас же вскочил, весь в соломе, и, сжав кулаки, встал в стойку, типичную для боксеров.
— Только попробуй еще раз меня тронуть, дурак! — завопил он.
Несколько секунд Алекс молча смотрел на него. В голове у него мелькали странные мысли, которые привели к еще более странным заключениям.
— Гм… — наконец пробормотал он и, круто повернувшись, бросил: — Пошли в дом.
— Нечего мне приказывать!
— Идем!
Не оборачиваясь, Алекс снова вышел во двор и, пройдя через кухню, вошел в комнату, где завтракал.
— Уэнтон, принесите еще одну тарелку, — приказал он и, прежде чем дворецкий успел ответить, захлопнул дверь перед его носом. — Ну, доброе утро, мистер Брентли, — проговорил он, поворачиваясь лицом к гостю. — Может, присядете?
— Нет, — буркнул Кит, пятясь к двери. — Мне нужно сначала привести себя в порядок.
Пока он отмерял своими зелеными глазищами расстояние, отделявшее его от двери, Алекс не сводил с него пристального взгляда. То, что он начал подозревать, было просто невозможно. Но с другой стороны, лишь так можно объяснить странное влечение, возникшее вдруг у него к этому пареньку.