Шалун в ее постели

Джеффрис Сабрина

— К сожалению, он знает дело еще меньше, чем ты, — заметила старуха, нахмурившись. — К тому же он сейчас занят своим последним предприятием.

Джаррет почувствовал облегчение, однако не выдал себя.

— Значит, найдется другой человек, способный взяться за это дело, — ответил он с невозмутимым видом.

Бабуля кашлянула в платочек, потом проворчала:

— Я никому не доверяю.

— А мне разве доверяешь? — Джаррет рассмеялся. — Я ведь прекрасно помню, как несколько лет назад ты заявила, что все игроки — «паразиты общества».

Не боишься, что я высосу кровь из твоего драгоценного пивоваренного заводика?

Бабуля даже порозовела от смущения.

— Дорогой мой, я сказала так только потому, что не могла смотреть, как ты растрачиваешь свой острый ум за карточным столом. Такая жизнь не годится для столь умного молодого человека. И я точно знаю, что ты способен набольшее. Ты уже как-то раз сделал удачные инвестиции, так что с легкостью смог бы разбираться в делах пивоварении. Да и я всегда буду рядом, чтобы помочь тебе в случае необходимости советом.

Жалобные нотки в голосе бабушки заставили Джаррета задуматься. В ее словах звучало, чуть ли не отчаяние.

«Что ж, почему бы и нет? — подумал Джаррет. — К тому же из этого дела, возможно, удастся извлечь какую-то выгоду…» Снова усевшись у кровати, он проговорил:

— Если ты действительно хочешь, чтобы я в течение месяца управлял пивоварней, ты должна обещать мне кое-что взамен.

— Ты будешь получать жалованье. И я уверена, мы договоримся о…

— Нет, не деньги, — перебил Джаррет. — Я хочу, чтобы ты отменила свой ультиматум. — Он наклонился к бабушке, чтобы получше видеть выражение ее лица. — И никаких больше угроз, что лишишь нас наследства, если мы не вступим в брак, понятно?

Глаза старухи грозно сверкнули.

— Нет, я ни за что не отменю свое решение!

— Тогда тебе придется нанять управляющего, — ответил Джаррет, пожав плечами. Поднявшись со стула, он направился к двери.

— Постой! — крикнула ему вслед бабуля.

Джаррет остановился и, обернувшись, вопросительно взглянул на нее.

— А если я отменю ультиматум только для тебя? — спросила старуха.

Джаррет с трудом удержался от улыбки. Вероятно, положение бабули было действительно безвыходным, раз она соглашалась на такую сделку.

— Значит, только для меня? — переспросил Джаррет.

— Да, совершенно верно. Я попрошу мистера Богга изменить завещание — чтобы ты унаследовал пивоварню в любом случае. — Бабушка вздохнула и добавила: — Так что можешь оставаться холостяком до конца своих дней.

Это предложение стоило обдумать. Владея пивоварней, он сможет помогать своему брагу и сестрам, если до конца года они все же не выполнят бабулины условия. Конечно, потом, когда бабуля умрет, им придется самим как-то перебиваться, хотя… Но ведь он, Джаррет, и после этого сможет взять их на содержание, не так ли?

С улыбкой кивнув, Джаррет сказал:

— Что ж, я согласен. Меня такие условия вполне устраивают.

Снова вздохнув, бабуля заявила:

— Но тогда тебе придется проработать на пивоварне до конца этого

года.

Джаррет нахмурился и проворчал:

— А почему это?

— Дело в том, что от тебя зависит благополучие очень многих людей. И раз уж мне придется оставить дело тебе, то я должна убедиться, что ты сможешь содержать все в полном порядке, даже если наймешь после моей смерти управляющего. Ты должен обладать необходимыми для пивовара знаниями, чтобы нанять подходящего человека. Я должна быть уверена, что ты справишься и не запустишь дело, не дашь ему погибнуть.

— О, Господи, неужели ты так не доверяешь родному внуку?! — воскликнул Джаррет. И тут же понял, что бабушка была права — ведь он уже мною лет не переступал порога пивоварни. Интересно, помнил ли он еще хоть что-то о процессе пивоварения? — Что ж, отлично, — кивнул Джаррет. — Я останусь до конца года. — Бабуля расплылась в улыбке, и он добавил: — Но я хочу полного контроля над предприятием. Я буду держать тебя в курсе дел, выслушивать твое мнение, советы, но принимать окончательные решения буду сам.

Улыбка исчезла с лица бабушки, а Джаррет между тем продолжал:

— Управлять пивоварней Пламтри я буду по своему разумению — так, как посчитаю нужным, и без твоего вмешательства. И ты изложишь все в письменной форме, чтобы мистер Богг потом заверил этот документ.

Голубые глаза бабули снова сверкнули, и это означало, что она была не столько больна, сколько притворялась.

— Но за этот год ты можешь натворить непоправимых бед, — проворчала старуха.

— Все правильно, — кивнул Джаррет. — Но если помнишь, идея исходила не от меня…

— Тогда ты должен обещать, что не будешь проводить радикальных изменений.

Джаррет скрестил на груди руки и решительно покачал головой:

— Нет, не согласен.

Старуха тяжело вздохнула.

— По крайней мере обещай, что не станешь делать рискованных инвестиций.

— Нет, не согласен, — повторил внук. — Ты либо доверяешь мне целиком и полностью, либо ищешь себе управляющего.

Было чертовски приятно создавать, что можешь диктовать условия. Джаррет не желал, чтобы бабушка ходила за ним по пятам и проверяла каждое его решение. Уж если ему придется руководить предприятием, то он собирался делать это по-своему. А когда год закончится, он будет волен поступить так, как ему захочется. И сможет обеспечить такую же вольную жизнь своему брату и сестрам.

Но бабуля вряд ли примет его условия. Она никому и ни в чем не уступала. А уж тем более не уступит внуку, которого считала паразитом.

Так что для Джаррета ее ответ стал настоящим сюрпризом.

— Очень хорошо, — сказала бабушка. — Я удовлетворю все твои требования. К завтрашнему дню все будет изложено в письменной форме. Но у меня тоже есть одна просьба, — продолжала бабуля. — Ты должен оставить мистера Крофта в качестве своего секретаря.

Джаррет едва не застонал. Секретарь бабули на пивоварне был чертовски странным человеком.