Шахта
Шрифт:
Выяснялся принципиальнейший вопрос: кто у кого спер какие-то гребаные хомуты. Две бригады плотников готовы были решить его на кулаках.
«Ну, начистят они друг другу рыла. Работа тяжелая. Какое-то развлечение. А все-таки зачем меня вызывают?» – размышлял Бирюлев на бегу.
Ругань за его спиной усилилась, оборвалась вдруг на полуслове, взмыла до невозможного градуса и вновь оборвалась, рассыпавшись на одиночные, бессвязные восклицания. Драка началась.
«Как бы не поуродовали друг друга, отвечать потом».
Начальник
Войдя в гудящий как растревоженный улей дом, где заседала комиссия, он сразу почувствовал, что атмосферка там затхлая. Большая комната под завязку набита была чинами из органов. Лишь некоторые из них побриты. Пол давно не метен. Мужчины в расстегнутой форме и в штатском, с опухшими от переутомления лицами, вяло переговаривались, сидя на углах столов, табуретах и подоконниках. Некоторые перекусывали. На Бирюлева никто внимания не обратил. «И пьяные с глазами кроликов…» – припомнилось ему.
– Начальник строительства Бирюлев по вашему приказанию явился! – ему хотелось, чтобы прозвучало этак по-гусарски, но вышло не очень. Никто даже не улыбнулся. Бирюлев и сам был грязен, лохмат и вонюч, на каждом его сапоге, несмотря на ясную погоду, налипло по килограмму засохшей грязи. Озираясь, он непроизвольно сжимал коленки, как ребенок, которому хотелось «по-маленькому».
– Садитесь, – выдержав паузу, ответил ему Чесноков из самого темного угла, – вон там табурет. Вы инженер Бирюлев Петр Андреевич?
– Да.
– Вы были начальником строительства этой шахты в двадцать восьмом – двадцать девятом годах?
– Да, я.
– Вот акт о приемке шахты в эксплоатацию, это ваша подпись?
– Вроде моя. Это что – допрос?
– Там будет видно, – ответил прокурор района, мужик в общем неплохой и Бирюлеву знакомый.
– Допрос не допрос – какая разница? – усмехнулся Чесноков. – Просто честно отвечайте на наши вопросы.
– Тогда давайте лучше отложим это дело до конца восстановления шахты. Сейчас я занят по горло!
– Вы полагаете, что мы будем дожидаться еще полтора месяца или сколько вам там осталось?
– Два или три дня осталось, после этого я целиком в вашем распоряжении.
– Вы что, издеваться над нами вздумали? – вскочил распаренный толстяк в штатском.
– Да нет.
– Чем вы можете подтвердить свое заявление? – прошипел Чесноков.
– Ничего нет проще, – Бирюлев тяжело встал, – пройдемте-ка со мной, товарищи, тут недалеко.
– Товарищ полковник, – подал голос один из штатских, – почему бы нам действительно не прогуляться, тем более если недалеко? Погода хорошая.
Комиссия, щурясь на яркое солнце, выбралась на улицу и потянулась вслед за Бирюлевым. Пройдя четыре дома, они свернули за угол, и вся стройка оказалась как на ладони. Весело блестели башни копров. На одну из них как раз тянули тяжелый шкив, на верхушке другой
– И наши тут как тут! – обрадовался круглолицый майор, заметив, что часть каменщиков одета в черные робы.
– Видите, я вовсе не шутил. Работа очень напряженная, мое отсутствие приведет к сбою графика, хаосу и срыву всех заданий!
– Мы, собственно, хотели задать вам парочку формальных вопросов, товарищ Бирюлев, но если вам некогда… – развел руками Чесноков, как бы беспомощно.
– Да ничего, конечно, если несколько вопросов, то… Хорошо, я отвечу сейчас.
– Почему копры были построены из смолистых бревен? Кстати, я вижу, вы и теперь собираете их из того же материала!
– Думаете, я из чего хочу, из того и строю? Вы, помнится, задавали уже этот вопрос заместителю наркома. Все делается по проекту, разработанному соответствующей организацией. Проект отвечает всем нормам и утверждается наркоматом и другими ведомствами. Никакой самодеятельности тут нет и быть не может.
– Но ведь за границей и у нас в Донбассе копры строят из стали! – запальчиво вмешался толстяк.
– Где пласты богатые, там и строят надолго. А здесь еще лет десять – и всё.
– Что всё? – не понял Чесноков.
– Уголь кончится.
Члены комиссии переглянулись.
– Вот еще такой у нас к вам вопросик…
– Пожалуйста.
– Из акта приемки шахты следует, что комиссия приняла ее с недоделками.
– Да, это верно, – у Бирюлева неприятно засосало под ложечкой.
– В частности, не были установлены пожарный водопровод, дождевальные установки на копрах и гидроизоляция пожарного резервуара. Вы должны были тогда же в двухнедельный срок все это исправить. Так?
– Так.
– В своих показаниях Красильников и Титков утверждают, что многократно требовали от вас это исполнить, но вы всякий раз отнекивались. То у вас труб не было, то людей, то сметы… Так?
– Вижу, куда вы клоните, только ничего у вас не выйдет!
– Почему же? – ласково осведомился толстяк.
– Потому что данный вопрос давным-давно решен в рабочем порядке. Шахта доделала все своими силами, а мне влепили строгий выговор. Иначе я не понимаю, как бы она вообще могла функционировать все эти десять лет. Пожарная инспекция…
– Действительно, товарищ полковник, при чем тут это? – вскинулся пожарный инспектор. – Ну попил он тогда нашей кровушки, но теперь-то какое это все имеет значение? Мы самым тщательным образом… Я ж вам докладывал уже. Вот и акты.