Сфера
Шрифт:
– Тонкий аромат благородного напитка! – восторженно повторил Парагон и, вскочив, притащил с соседнего стола чистые стаканы.
Вскоре коньяк был разлит, и компания стала пробовать, сначала осторожно, потом все с большей охотой.
– Как компот, – удивленно заметил Сирс. – Даже ягодой пахнет.
– Но брюхо греет, – заметил Баландеш. – Значит, градус есть.
– Да есть, есть там градус, – подтвердил Маккензи, до этого молчаливо ковырявший вилкой холодец.
После того как бутылка закончилась и
– Ты не простой прохожий, Руди, при деньгах и про коньяки знаешь. Как тебя в наши края занесло – чего ищешь?
Все посмотрели на Веллингтона, а он не спеша прожевал соленую репку, вытер губы грубой салфеткой и сказал:
– Нужны надежные ребята для серьезной работы и чтобы лишнего не болтали.
– Мы все лишнего не болтаем, у нас так принято, – заметил молчаливый Маккензи.
– Это не совсем то. Вы тут поболтаете лишнего, а потом пойдете морду друг другу бить или на перестрелку нарветесь с такими же, как вы. Попал, не попал, разобрались и больше никаких друг к другу претензий.
– Ну, а ты про что говоришь?
– При серьезной работе кердык наступит всем, кто участвует, всем из-за одного болтуна.
– И надолго такая работа? – спросил Сирс, потянувшись к тарелке с соленьями.
– Ненадолго. На раз.
– На кой нам на раз, если мы при хозяине и всегда сытые? Коньяков, как ты, конечно, не распиваем, но совсем не жалуемся.
– Да, совсем не жалуемся, – подтвердил Парагон.
– Можно, конечно, долго быть при хозяине и терпеть, когда он тебе в рыло ни за что тычет, а можно заработать и податься куда захочешь своим собственным ходом.
Должно быть, мысль бросить Егеря появлялась в головах его бойцов неоднократно, и уж, конечно, они обсуждали это в узком кругу – таком как этот, однако дальше разговоров дело не шло.
– Ну и сколько, к примеру, такое дело может стоить? – спросил Сирс.
– А сколько ты считаешь было бы нормальным для тебя?
– Штука деккеров!
За столом, было, зашумели, обсуждая дерзкие запросы Сирса, но потом разом примолкли и повернулись к Веллингтону.
– Штука деккеров, ребята, это только аванс, – сказал он. – Парагон, подай-ка мне чесночного хлеба… Спасибо, приятель…
– Сколько же всего на рыло полагается? – повернув голову чуть набок, что свидетельствовало о крайней степени недоверия, поинтересовался Сирс.
– Пять тысяч.
Бойцы переглянулись и, казалось, совсем протрезвели.
– У нас таких денег не платят, – сказал Маккензи.
– А у нас платят.
И снова была пауза, во время которой Веллингтон успел сделать себе бутерброд.
– Тут не все так просто, да, Руди? Против кого работать нужно?
Веллингтон доел бутерброд и сказал:
– За такие деньги только против клыков.
– Против клыков?! – воскликнул
– Чего орешь, спалить все хочешь? – угрожающе привстал Сирс. – Вон Лаура там – ушки на макушке. Стуканет Кролику, а тот хозяину…
– Я… Я просто… Так неожиданно, – начал оправдываться Баландеш.
Когда все немного успокоились, Сирс спросил:
– Сколько нужно бойцов?
– Десяток.
– Что делать?
– С минометами знакомы?
– Спрашиваешь, – усмехнулся Парагон. – Мы с Егерем в районе с этого начинали, пока Жоржа Сиплого не выдавили.
Сирс строго на него посмотрел, и Парагон замолчал.
– Да, с этим мы хорошо знакомы.
– А сами игрушки у вас имеются?
– Четыре трубы сто миллиметров.
– А чушки к ним?
– Сколько надо?
– Надо, чтобы на объекте приземлились полсотни.
– Так, – Сирс распрямился и, постукивая пальцами по столу, посмотрел на товарищей. – Это значит надо брать штук семьдесят.
– Да, чтобы с гарантией, – кивнул Парагон.
– А что за объект, Руди?
Веллингтон посмотрел поочередно на всех присутствующих, потом покосился на кухонную дверь.
– Что, вот так прямо здесь и говорить?
– Говори, не бойся. Из нас никто не проболтается – мы друг за другом не один год приглядываем. А Лаура, если слышит… – тут Сирс заговорил громче: – То будет молчать, она знает, что за такие вещи бывает!
– Объект – ремонтно-перевалочная база особого пехотного батальона майора Земана.
88
Веллингтон ожидал услышать испуганные возгласы, вроде недавней реакции Баландеша, но все молчали, только Маккензи покачал головой и хмыкнул.
– А чего ты думал, тебе за такие-то бабки предложат деревенский магазин вскрыть? – заметил ему Сирс.
– Нет, про базу я как раз угадал, только я про другую думал. И еще о бабках – как ты себе это представляешь, Руди?
– Когда трубы предъявите, получите по штуке наликом. И еще нужно сделать карточки на имена всех участников – пусть вымышленные, это неважно, главное чтобы вы их потом сами не забыли. Карточки будут у меня, после завершения дела вы их получите, но уже с деньгами на балансе.
– То есть с четырьмя штуками?
– С пятью. Я же сказал – штука наликом только аванс.
– Уф, Руди! Ну ты жжешь! – покачал головой Парагон и стал вытирать раскрасневшееся лицо рукавом. – Прямо подбрасываешь дровишек и подбрасываешь!
– Дровишки не проблема, парень. Мне важно это сделать и точка.
– А зачем они тебе, Руди? – спросил вдруг Маккензи, глядя в стол. – По повадкам и прикиду ты вроде на нашей криминальной волне, а лезешь в политику. Ведь это политика, Руди, ты бледнолицый, значит, работаешь на человеков.