Сфера
Шрифт:
– Тед, а как спутник отличает наши машины от вражеских?
– В корпусах ставится набор радиопрошивок.
– То есть даже не одна?
– Не одна.
– Их ставят много, чтобы труднее было подделать, – добавил Шойбле, с шумом и пыхтением устраиваясь на кровати. – Что-то койки здесь неудобные, как ни лягу, все не так.
– Ты просто пережрал сегодня, – сказал Хирш и зевнул.
– И вчера тоже, – добавил Джек задумчиво. – Значит, чтобы подобраться к нашей базе, достаточно украсть у нас машину или
– Да, – подтвердил Шойбле. – Найти их, вырезать и переварить в новый корпус. Но не факт, что этот фокус сработает.
– Может, на танкетке это как раз и проверяли? – спросил Джек.
– Может, и так, спи давай.
41
Выход из-за луны прошел по расписанию. Сначала последовал удар станции по наземной цели, а потом пилот вывел машину из тени естественного спутника Глории.
В течение минуты после этого лейтенант Бербант сидел, закусив клыками губу, ожидая сообщений от пилота. Если бы у станции хватило энергии, ее система слежения наверняка бы заметила челнок и полоснула бы по нему дистанциомером перед залпом. Но секунды бежали, а станция их «не ощупывала».
– Вроде порядок, командир, – сообщил пилот.
– Вроде?
– Минута пятнадцать, а нас никто не проверяет.
– Ладно, будем считать, что здесь мы проскочили.
– Там штаб прорывается, подключить?
– Подключай.
В наушники щелкнул цифровой скремблер, потом прозвучало какое-то бурду-бурду-бурду и наконец голос капитана-фризонтала, который готовил операцию.
– Привет, лейтенант.
– Рад вас слышать, сэр.
– А уж мы как рады.
– Как команда?! Как настроение у бойцов?! – вмешался в разговор этот клоун в парадном костюме.
– Они отдыхают, сэр.
– Но они же оценили маневр на поверхности, правда? Прекрасный маневр, все тютелька в тютельку!
Лейтенант понимал, что начальник сильно перетрусил перед началом операции и теперь его несет от полученного адреналина. Наверно, он крепко заложился перед каким-нибудь гризоттом-куратором.
– У нас закрытая связь, сэр. Своим бойцам я не говорю ничего лишнего, чтобы они были спокойны до самого начала операции. Я не нагружаю их своими проблемами – так удобнее.
– А-а-а… – несколько озадаченно протянул майор Понан. – Ну что же, очень разумно, лейтенант. Чувствуется опыт и это самое… Выучка, да.
– Я выйду на связь, когда мы подойдем ближе, сэр.
– Конечно, лейтенант, конечно, – сразу согласился майор. В наушниках щелкнуло, и связь разорвалась.
Лейтенант пошевелился, проверяя, как подогнана оснастка. Никаких люфтов, все в порядке. Дыхательный прибор работал ровно, смесь поступала в достаточной степени обогащения, и это было важно. Как-то раз из-за сбоя в программе он и его люди едва не задохнулись.
– Командир… – подал голос
– Слушаю тебя.
– По нам два раза прошлись сканером.
– И что?
– Ничего особенного, сканером прошлись, но дистанциомер не наводили.
– Значит, не видят?
– Видят, конечно, но принимают за что-то безобидное.
– Хорошо.
Лейтенант посмотрел на своих солдат. Все они дремали, но не отдыхали, а набирались сил в состоянии скрытой концентрации. Они могли вскочить в любую минуту и прошибить какую угодно стену, хоть подрывной шашкой, хоть плазменным резаком. В них лейтенант был уверен, это были те, кто уцелел после многочисленных операций.
На группу был особый спрос, и они знали, что за возможность использовать их на своих участках конкурировали высшие чины генштаба.
Правда, из-за этого случались разного рода накладки. Бывало, они направлялись для участия в операции в один регион и вдруг их срочно перебрасывали в другое место, где заново начинались тренировки для новой операции, а через пару недель – бах, и опять переброска по первому адресу. Там в верхах кипели нешуточные страсти.
– Командир, по нам чиркнули дальномером.
– И что это значит?
– Пока ничего. Фокусировать не стали.
– А сканер?
– Сканер так и прохаживается, но это нормальное состояние его работы. Вот если бы он шуранул по нам, когда мы только из-за луны вышли, тогда было бы того…
– Но не шуранул же.
– Да, все рассчитали правильно.
– Кстати о дальномерах, сколько там до цели?
– Включать приборы не имею права, но пассивная оптика дает расчет на сорок три минуты.
– Время подхода?
– Так точно. Но еще будут торможение, правда, уже в слепой для них зоне.
Один из солдат пошевелился, это был Четвертый номер. Он всегда нервничал, но на работе это не отражалось. Наоборот, реакции этого парня были феноменальными и часто он помогал отряду выходить из критических ситуаций.
Два месяца назад пришлось штурмовать огромную шаланду в поясе Риксхона. По данным разведки, это был передвижной штаб савояров-хинстеров, одних из самых грозных и эффективных мятежников империи, и, если бы хинстеры не воевали еще с полудюжиной мятежных групп среди самих савояров, они могли бы стать реальной угрозой.
Разведка не подвела, в шаланде действительно оказался штаб, однако находился он в центре судна. Прорваться на штурмовых глейдерах к входам не получилось, они хорошо защищались ракетно-артиллерийскими модулями, а когда лейтенант отдал приказ резать незащищенный борт, оказалось, что все отсеки по периметру заполнены горгонами – мерзкими тварями, с прочным, как сталь, хитиновым покровом и острым полуметровым жалом. Горгоны весили порядка двадцати кило и в прыжке развивали скорость до ста километров в час.