Сезон страсти
Шрифт:
– Тайг думает так же? – спросил он горько, посмотрев сперва на Кейт, а потом на залив.
– Он в смятении. Не знает, что ему думать. Единственное, что он хочет определенно, это увидеть отца. Я сказала, что нельзя. – Кейт снова вздохнула. – И за это он меня сейчас ненавидит. Но он с этим справится. У него есть ты. – Она улыбнулась, глядя на Ника, затем придвинулась к нему и обвила его руками.
– Я ведь ему не отец, Кейт.
– Это не имеет значения. Ты даешь ему больше, чем некоторые отцы. Я не знаю, Ник. Такова
– Я позвонил и сказал, что плохо себя чувствую, пока ты была у Тайга.
– Я рада. – Она улыбнулась и откинулась на кровати. – Я устала до полусмерти.
– Не могу представить себе почему, Золушка. – Он сел и стал растирать ей ступни, потом икры. – Я имею в виду, что ты сегодня проехала всего-навсего триста миль, вернулась домой и должна была ругаться со мной из-за всех твоих тайн, после чего я соблаговолил наброситься на твоего ребенка, заставив тебя вытаскивать его из-под дождя, купать его, утешать и вообще спасать положение. Так какого черта тебе быть такой усталой?
Она улыбалась во весь рот, пока он рассказывал ей все это.
– Так мне полагается государственная награда?
– Ты ее действительно заслужила. А мне полагается пинок в зад.
– А ты рассчитывал на что-то другое? – Она сидела, пока он растирал ей ноги, и обнимала его за шею.
– Я не заслужил. – Он повесил голову, как виноватый ребенок, и она рассмеялась.
– Заткнись и расслабься. – Так они и поступили, а в девять часов Кейт включила воду, чтобы наполнить ванну. – Последи за ней минуточку, я пойду погляжу, как там Тайг.
– Конечно. – Он остановил ее и долго и нежно целовал. Она отдалась ему вся без остатка, он это знал. Ее тело, ее душа, ее сердце – все, что у нее было, принадлежало ему. – Я люблю тебя, Золушка. Больше, чем ты представляешь. Кстати, – он нежно посмотрел на нее и убрал прядь волос с ее лица, – из-за того, что я совал свой нос в твою жизнь и спрашивал отчего и почему, мне кажется, ты кое о чем сегодня забыла.
Кейт смущенно посмотрела на него. Она понимала, что он дразнит, но не могла уловить смысл.
– Забыла? – И тогда она расплылась в улыбке. – Черт возьми! Обед. О, дорогой, прости. Ты умираешь от голода?
– Нет, я не умираю от голода, я вообще не могу есть. Я имел в виду другое, – он прижал ее к себе, чувствуя, что снова возбуждается от тепла ее тела, и они опять стали целоваться. – Ты забыла летающую тарелку, своего рода волшебную ловушку для детей. – Он посмотрел на нее с усмешкой. Он тоже забыл и вспомнил только теперь. Все было вверх тормашками весь
Кейт нахмурилась раздраженно, но без паники.
– Фу ты черт. Я совсем забыла о таблетках!
– Это катастрофа? – Он был обязан спросить, хотя для него это вовсе не было несчастьем. Он хотел ребенка. Не только Тайга, но и своего собственного.
– Нет. Но я не хочу сейчас забеременеть. Это плохое время месяца.
– Откуда ты знаешь? – не понял Ник.
– Я вчера сделала прическу.
– Что? Ты с ума сошла? Ты не ответила на мой вопрос.
– Какой?
Он понял, что она дразнит его.
– Вопрос... Если ты забеременеешь, я брошу тебя в доме для матерей-одиночек и уеду с Тайгом на Таити.
– Не забудь послать мне открытку. И больше не беспокойся о моей ванне. – Она с усмешкой выключила воду и, накинув белый махровый халат, пошла к Тайгу.
– Сейчас вернусь.
– Пожалуйста, – сказал он с улыбкой.
Она вернулась. Через секунду, но без улыбки. Стремительно влетела в ванную комнату в развевающемся халате, обнажившем ее стройное тело. По лицу разлилась смертельная бледность.
– Тайга нет.
Для Ника это был гром среди ясного неба. Она молча протянула ему записку.
Глава 30
– Нет, мы не знаем, куда он пошел. Мы знаем только то, что есть в записке. – Ник посмотрел на Кейт. Они все обсудили до приезда полиции. Они не собирались ничего рассказывать о Томе. Это делу не поможет.
– Давайте еще раз прочтем, что он там написал.
Записка была оскорбительно простая: «Я ухожу искать моего отца». Короткая фраза, детский почерк. Он собирался искать своего отца. Сыщик в штатском посмотрел на Ника и Кейт.
– Вы не его отец, мистер... Уотерман?
– Нет, он сын миссис Харпер, но мы с Тайгом очень дружим.
Сказав это, он почувствовал себя полным идиотом. Зачем так прямолинейно? Кейт вся посерела. Она даже не могла разговаривать с полицией, и Ник боялся, что с ней случится обморок.
– Вы знаете, где его отец? Можно просто ему позвонить. Кейт смотрела на него затравленно, и Ник энергично затряс головой.
– Боюсь, что нет. Отец мальчика умер еще до его рождения.
– Значит, он на вас рассердился? – Полисмен быстро повернулся к нему, но на этот раз первой отреагировала Кейт.
– Нет, но если и рассердился, то на меня. У него, я думаю, слишком много новых впечатлений. Мы только недавно переехали в Сан-Франциско, и он пошел учиться в новую школу... – Ник стиснул ей руку.
– У него есть деньги? Кейт покачала головой:
– Не думаю.
– Он взял что-нибудь с собой?
– Да. Своего медвежонка. – Глаза Кейт наполнились слезами, и она добавила: – Такой большой коричневый ведь в красном галстуке. – Она опустила глаза на Борта, который вовсю вилял хвостом и крутился рядом, но она только сильнее заплакала.