Сезон охоты
Шрифт:
Совместными усилиями сидящих сзади, при полной индифферентности дамы и консультационном участии водителя, гранату удалось привести в начальное, относительно безопасное состояние.
– Подъезжаем!
Действительно, оставалось не больше квартала. Все, за исключением пассажирки и сидящего за рулем, натянули на лица то, что в спортивных магазинах кокетливо именуется «маской лыжника» – черный вязаный чулок с прорезями для глаз и ротового отверстия. Лыжников в таком облачении мало кто видел, зато подобными типажами пестрят кадры хроники об операциях боевиков и многочисленных в наше
– Ого! – На тротуаре перед служебным подъездом томно покуривало несколько предусмотрительно задействованных хитрым Санычем спецназовцев.
Помимо их закованных в бронежилеты и увешанных устрашающей амуницией фигур наблюдались: наряд патрульно-постовой службы, дюжина штатских корреспондентов и сам Владимир Александрович Виноградов, к которому собеседники в зависимости от своего социально-профессионального статуса обращались либо «товарищ майор», либо «коллега».
– Цветов не надо…
При виде такого скопления заинтересованных лиц гаишная машина с седым и его автоматчиками, не снижая скорости, миновала опасное место. И скрылась за поворотом.
– С Богом! – Водитель вывалился из потока транспорта, припарковался вплотную к поребрику. Собравшиеся встрепенулись: за считанные мгновения три выскочившие наружу безликие фигуры выволокли на тротуар легко одетую женщину, подхватили ее и внесли в открывшиеся двери Следственного управления.
Самые везучие успели щелкнуть редакционными фотоаппаратами.
Теперь уже не торопясь, соблюдая правила, водитель влился обратно в поток автомобилей. Тот, кто попытался бы по номеру определить принадлежность используемого им транспортного средства, вряд ли преуспел бы в этом. Тем более что уже тем же вечером в одном из пригородных полулегальных гаражей машину разбирали на запасные части.
Следует добавить, что задержавшиеся на журналистском посту корреспонденты так и не дождались появления скрывшейся за массивными дверьми четверки. Рэмбо с помощниками покинули казенный дом через другой, не известный широким массам выход, затерявшись среди многочисленных клерков главка. А их подопечная так и осталась в холодной и неуютной камере на втором этаже…
– Вряд ли подобное упрямство будет способствовать нашему дальнейшему сотрудничеству! – В голосе посетителя недвусмысленно зазвенел оружейный металл. – Элементарное мальчишество, игра в принципиальность…
Он был тучен, на грани нездорового излишка веса – и в своем тысячедолларовом костюме напоминал рассерженного бегемота. Нога в ботинке из некоего экзотического материала нервно подрагивала, галстук переливался матовыми бликами.
– Надеюсь, вы не хотите обидеть моего молодого коллегу? – Собеседник, напротив, упрятан был в серый пиджак и такого же цвета отечественные брюки из расположенного неподалеку универмага. Без особых примет: профессионал выделил бы только излишне оттопыренные уши. Нельзя сказать, чтобы и эта реплика сочилась нежностью.
Третьим в комнате присутствовал Владимир Александрович Виноградов, тот самый – считавший основным местом своей службы должность заместителя редактора «Криминального обозрения».
– Я
– Да, вероятно. – Всем своим видом Владимир Александрович демонстрировал, что проблемы гостя их практически не волнуют. С точки зрения ушастого, партнер несколько переигрывал, но толстяк уже поддался на провокацию.
– Напрасно улыбаетесь! – Если бы не комплекция, он уже давно бы вскочил и ходил из угла в угол по комнате. – Напрасно… Мы вынуждены будем из-за ослиного упрямства ваших людей тратить огромные суммы. Видимо, стоит их вычесть из оставшейся части гонорара, как считаете?
– Не советую.
– Вот как? Почему же это? – Гость воинственно тряхнул подбородком. Но сделал он это скорее по инерции, уже осознав невыгодность и зыбкость своей позиции.
– Просто – не советую.
Ушастый произнес свою реплику так, что некоторое время все трое молчали. Потом заговорил Виноградов:
– Мы продолжим беседу? Или расстанемся.
– Извините. Погорячился… – Чувствовалось, что подобная капитуляция далась толстяку с огромным трудом.
– Ничего, бывает! – Уши старшего коллеги Виноградова примирительно пошевелились и замерли.
– Давайте определимся. Во избежание, так сказать… – Владимир Александрович явно говорил с гостями без особого почтения. – Мы не бюро услуг по подготовке «разборок». Мы даже не берем на себя функции правосудия! Мы просто помогаем этому правосудию осуществиться.
– Это я слышал. Еще при первой встрече, – поморщился толстяк. Он уже забыл, когда с ним разговаривали подобным тоном. Даже вице-премьер не позволял себе, а этот сопляк!..
– Жаль! Жаль, что не сделали соответствующих выводов… И прошу вас – не перебивайте, хорошо? Вот и договорились. – Виноградов демонстративно буравил взглядом одну из пуговиц на расплывшемся животе собеседника. – Так вот… Вы обратились к нам с проблемой. В упрощенном виде она выглядела следующим образом. Некая гражданка, пользуясь собственными незаурядными способностями и разгильдяйством кое-кого из высокопоставленных чиновников и членов совета директоров, нагрела вашу банковскую ассоциацию на круглую сумму в… несколько миллионов долларов. Пострадали, естественно, прежде всего юридические лица, но и частных вкладчиков оставили с носом. А среди них были та-акие лю-юди…
Владимир Александрович закатил глаза, представив себе череду генеральских погон, демократических кремлевских бородавок и надушенных, известных всей стране по кино – и телевизионным экранам женских бюстов.
– Большие, одним словом, люди. От которых обещаниями не откупишься. Что-то пришлось заплатить сразу, что-то – отсрочить… А дамочка тем временем – испарилась! Вместе со счетами в неизвестной стране, чемоданом наличности и документами на неустановленное имя. Дело, конечно, возбудили уголовное! Но денег-то получать все равно оказалось не с кого, не так ли?