Сезон охоты
Шрифт:
– Как второй? – Оба поняли, что Виноградов имеет в виду оставшегося в живых напарника Освальда.
– Оклемается! Хотя, конечно, может
и заикой стать, после такого зрелища…
Еще некоторое время они по-деловому обсуждали технические вопросы, касающиеся ликвидации ненужных последствий акции. Потом перешли к планированию…
Самым сложным оказалось – незаметно вернуться в Штаты. Эту часть миссии, выполняя первоначальный договор, взяли на себя люди Китайца.
Виноградова доставили на территорию США через сутки – мексиканский
Выбираясь из кабины, Владимир Александрович даже не почувствовал усталость – перелет почти не отнял ни сил, ни времени. Погода стояла такая же, как по ту сторону гор, и маленький частный аэродром в окрестностях Феникса приветствовал появление гостя пронзительным солнцем и чистотой взлетно-посадочной полосы.
По совести говоря, куда больше проблем доставила подготовительная работа: нужно ведь было не просто добраться до базы в Мексике, а сделать это тайно, в кратчайшие сроки и без всяких отметок в паспорте.
Документы Виноградова у властей никаких отрицательных эмоций не вызвали – в стране он находился официально, а здешние чиновники натасканы были на «нелегалов» из сопредельного государства. Согласно бортовому журналу и куче справок разной степени достоверности, их самолетик вообще территорию США не покидал – так, развлекательные перелеты над Аризоной и Техасом.
– У моего друга нефтяной бизнес в России, – пояснил пилот. – Хотелось показать ему промыслы, познакомить с людьми… У них там нет частных самолетов.
– О'кей! – одобрил офицер и для порядка сунул нос в какой-то лючок на фюзеляже. – Виски, табак, сельскохозяйственная продукция?
В принципе, ему было плевать, кто и откуда прилетел, – лишь бы не было контрабанды и незарегистрированных иммигрантов.
– Что вы, сэр… Как можно?
– Ваш друг говорит по-английски?
– Практически нет. Он первый раз в Америке… Скоро домой.
– Он собирается возвращаться? – В голове чиновника никак не укладывалось, что кто-то готов покинуть его благословенную страну добровольно.
– У него там хороший бизнес.
При словах «Россия» и «бизнес» Владимир Александрович кивал и улыбался… Больше всего его в данный момент беспокоили штампики о пребывании на Кипре. Это было не единственное, что могло подвести при дотошном контроле, но другие даты легко увязывались в приемлемую версию – а вот с посещением острова Афродиты пришлось повозиться. Пригодился опыт подделки отметок в школьные годы: паспорт, конечно, посерьезнее дневника, но принцип тот же.
Офицера, однако, интересовала только американская виза. А она была подлинной и пока еще годной.
– О'кей… Переведите вашему приятелю, что он нарушил правила пребывания в южных штатах.
– Простите? – побледнел пилот.
А Виноградов с трудом удержал на лице выражение идиотского дружелюбия.
– Скажите ему, что у нас положено ходить в ковбойских шляпах и сапогах
Сначала с облегчением захохотал сопровождающий Владимира Александровича, потом сам шутник и последним, не дожидаясь перевода, майор.
– Да, сэр, обязательно! Шляпу ему в Сан-Антонио уже подарили, осталась в багаже. Предъявить для досмотра?
– Не стоит… Счастливо отдохнуть, парни!
– Спасибо, офицер.
– Спасибо! – забирая обратно документы, поблагодарил с чудовищным акцентом Виноградов.
…В тот же день он узнал об аресте господина Иващенко. Телевизор в аэропорту Цинцинатти трижды, по разным каналам, прокручивал одни и те же кадры – новость подавалась как сенсация дня. Потом последовали комментарии, но табло объявило посадку на нужный Владимиру Александровичу рейс, и в течение перелета он с пессимизмом взирал на грядущие перспективы.
Вопреки ожиданиям, Виноградова встретили. Он даже успел перемолвиться парой слов с Горенштейном – накоротке, понимая, что вовсе не до гостя тому сейчас. Информация телевизионщиков подтверждалась – рассерженное ФБР наносило удар за ударом, и каждая секунда требовала принятия единственно верных решений: на языке разведчиков это именовалось красивым термином «локализация провала». Обусловили все, что положено в таких ситуациях: способы экстренной связи, фамилии, адреса… Потом расстались.
– «Блэк лэйбл»! – Владимир Александрович хотел попросить, чтобы дали еще и орешков, но не решился – могли заметить акцент, а теперь приходилось перестраховываться.
Конечно, алкоголь сейчас был не ко времени, но прийти в бар на Сорок второй и заказать минеральной воды было как-то не слишком естественно.
Ноги гудели. Даже для такого любителя пешеходных экскурсий, как Виноградов, сегодняшняя нагрузка оказалась весьма ощутимой.
Конспирация – дама капризная: чем больше внимания ей уделяешь, тем больше ее претензии. Поэтому майор, прежде чем воспользоваться резервным тайником господина Горенштейна, вдоволь надышался прохладным воздухом мегаполиса. Да и потом, получив у задумчивого негра-лоточника обтянутый сувенирной бумагой сверток, он еще около часа слонялся по залитым светом этажам «Мэйси'з» – легче всего затеряться в толпе посетителей универмага.
– Сорри?
Коротышка-латинос за стойкой повторил вопрос – его интересовало, откуда приехал посетитель.
– Санкт-Петербург, – неизвестно зачем сказал правду Владимир Александрович.
– О йес! Флорида… Далеко. – Разговорчивый бармен высказался в том духе, что в южных штатах погода сейчас не в пример лучше, чем здесь.
Виноградов кивнул. Его не в первый раз поражала географическая ограниченность средних американцев – они и собственную страну представляли плохо, а уж об остальном мире просто знать ничего не желали. Городок с названием Санкт-Петербург действительно существовал на побережье Атлантики, в нескольких сотнях миль отсюда, – и по мнению собеседника, это был другой конец света.