Сезон дождей
Шрифт:
Лицо Гарри было белым как мел, неразличимые зрачки застыли, ничего не выражая. Он вытянул руки вперед, как зомби. Александр не стал ждать и ударил первым. Гарри глухо стукнулся об лед и упал.
Подтаявшие глыбы ожили и пришли в движение. С верхушки соскользнул тяжелый блок и, рухнув вниз, разлетелся на тысячи осколков у головы Гарри. Ледяное стекло засыпало его тело целиком. Александр рванулся к нему и успел оттащить его, прежде чем вторая глыба, переливаясь гранями, вдребезги раскололась у них под ногами.
Гарри
Гарри вскинул голову. Его грязная, порванная одежда насквозь пропиталась кровью и водой. Впадины вокруг глаз почернели. Александр, превозмогая отвращение, заставил себя не отводить взгляд.
— Ты не понял, — Гарри сплюнул кровавый сгусток. — Мы должны уехать вместе — я и она. Это ее вещи.
— Эти? — Александр кивнул в сторону рюкзака.
— Так будет лучше всем — тебе, мне, ей.
— Мне? — переспросил Александр, усмехнувшись.
— Да, — Гарри улыбнулся разбитым ртом. — Ты не умрешь!
— Ты снова спасаешь мне жизнь? — Александр покачал головой. Его мокрая рубашка покрылась инеем. Он полез в карман, нащупывая пачку сигарет. — А она хочет ехать?
— Я и она — одно целое.
Александр не сразу справился с дрожащими руками, но в конце концов закурил, выдыхая изо рта табачный дым вперемешку с паром.
— Мы вместе, — повторил Гарри. Он поднял грязный палец и прочертил в воздухе круг.
Александр почувствовал растущее внутри бешенство. Он был готов задушить его, растоптать, зарезать… Где нож? Александр внезапно вспомнил про кукри и инстинктивно попятился к двери.
Он вновь увидел жалкого наркомана, который, возможно, когда-то был хорошим человеком. Сейчас он ничто, переработанная опиумом материя, существо под властью вечно голодных демонов. Целыми днями они требуют пищи, их все время надо кормить, они мешают жить, думать. Александр еще помнил их голоса.
— Гарри, — его тон смягчился, — Мари не сможет поехать с тобой, завтра мы уезжаем на Бокор. — Он поднял с пола рюкзак.
— Я замерз, — сказал Гарри. — Его зрачки закатились. — Я хочу клубничный сок.
Александр не нашел что ответить. Он продолжал стоять, сжимая в руках рюкзак. Гарри на мгновение очнулся. Он с удивлением оглядел себя, потом посмотрел на Александра, как будто ища объяснения.
Дождь кончился. Стихла барабанная дробь капель по железной крыше.
Тяжело переставляя ноги, Гарри пересек хранилище и открыл дверь на улицу. Александр зажмурился, ослепленный сиянием ледяных осколков.
Улица так же стремительно наполнилась людьми, как и опустела. Рикша, запряженный в тележку со свежей рыбой, замер, испуганно провожая его глазами. Александр сел в машину. «Виллис» покашлял и замолчал. Он вытащил ключ и,
Новость о драке белых людей быстро разнеслась по округе. Александр шел вдоль торговых рядов под любопытными взглядами продавцов и покупателей. Он брел наугад, в обратную сторону, к центральной площади, где стояли рикши-такси.
Он испытал облегчение, поравнявшись со знакомой дверью лавки Марча. Его магазинчик выглядел уныло при дневном свете, не осталось и следа от таинственности, которая присутствовала во время их ночного визита. Неожиданно дверь распахнулась, и двое полицейских в сопровождении врача выкатили носилки, покрытые брезентом.
Александр остановился рядом с остальными, наблюдая, как они толкают носилки к зеленому фургону. Зеваки галдели возле входа. Повинуясь порыву, он догнал полицейских и приподнял край брезента. Смерть как магнит тянула его к себе. Он чувствовал ее на расстоянии, везде, куда бы ни шел, где бы ни находился. В Камбодже они стали по-настоящему близки.
Он посмотрел на лицо бывшего человека. Один полицейский что-то сказал другому, и они рассмеялись. Кхмерский мальчишка отделился от толпы и участливо взял Александра за руку, отводя в сторону. Он чувствовал тепло мягкой детской ладони.
— Май Лонг умереть.
Александр кивнул. Все это казалось нереальным. Незнакомый человек, утопающий в ярких лучах солнечного света, чувствующий их на своем лице, слышащий голоса людей вокруг, но уже не живой. Как можно было, находясь по эту сторону, вдруг оказаться на другой?
Александр хотел уловить то, что отделяло их друг от друга. Между ними должно быть что-то невидимое, неосязаемое, но непреодолимое. Внезапно его пронзила страшная мысль. А что, если между ними совсем ничего нет?
Звякнул колокольчик на двери, хозяина забрали, Марч снова остался один.
Он опустился на колени и продолжил тереть лужу под прилавком побагровевшей тряпкой. Ночь закончилась. Заныли старые раны. Он вернулся в прошлое. В Чоенг-Ек, лагерь для смертников, где остались тысячи безымянных людей, закопанных в братской могиле. Пытки в секретной тюрьме S-21, садистский театр для Пол Пота, сто способов кровавого умерщвления невинных жертв. Он должен был лежать с ними, должен был стать «черепом в ступе»… если бы не Май Лонг. Его хозяин… его друг… теперь мертвец.
Марч встал и подошел к двери. Полицейские уехали. Он задвинул засов, взял чистую тряпку и принялся за нож. Тщательно протер лезвие, очищая его от засохших бурых пятен на острие. Cuneus cuneum trudit.
Он никому не показал нож, вытащенный из тела хозяина… он лично вернет его владельцу.
Глава 18
Им предстояло проехать полстраны к побережью Южно-китайского моря. Как только «виллис» привели в порядок, они, не теряя времени, тронулись в путь.